Фантастика 2026-90 - Василий Седой

Атака пришла бесшумно. Не твари, не монстры. Тени.

Они выплыли из-за черных стволов мертвых деревьев, как сгустки ночи. Невесомые, без четких форм, лишь с намеком на человеческие очертания и двумя холодными точками – «глазами» – в центре. Их было четверо. Они не двигались по земле, а скользили над ней, не оставляя следов. Воздух вокруг них мерзко звенел, как натянутая струна.

Первой заметила Ферн. Ее предупреждающий крик превратился в хрип – ближайшая тень коснулась ее тени на песке. Ферн вскрикнула от резкой, ледяной боли, будто ей вонзили иглу в сердце. Она рухнула на колени, посох выпал из ослабевших рук.

– Ферн! – Штарк бросился к ней, но его собственная тень заплясала под ногами, пытаясь сплестись с тенью атакующего. Он замер, боясь сделать шаг, меч беспомощно опущен.

Фрирен вскинула посох, выкрикивая заклинание света. Сгусток энергии ударил в ближайшую тень. Она… искривилась. Свет словно обогнул ее, не причинив вреда, и ударил в песок, подняв фонтан искр. Тени продолжали приближаться, их холодные «глаза» были устремлены на Сайтаму, который все еще сидел.

Одна тень скользнула прямо к нему. Она вытянула нечто похожее на руку, чтобы коснуться его тени.

Сайтама поднял голову. Он не вскочил, не замахнулся. Он просто… посмотрел на тень. Не на существо, а именно на его темный, колышущийся силуэт на песке, освещенный закатным солнцем.

И тень Сайтамы ответила.

Обычная, плоская тень вдруг приобрела объем. Она резко приподнялась с песка, став похожей на черную, плотную статую его самого. И двинулась. Не на Сайтаму. На тень-агрессора.

Черный кулак теневого двойника Сайтамы ударил с невероятной скоростью. Не было звука удара, но тень-слуга разорвалась. Не рассеялась, не отпрянула – именно разорвалась на клочья черного тумана, которые тут же растворились в воздухе с тихим шипением. Холодные «глаза» погасли.

Остальные тени замерли. Их скольжение прервалось. Казалось, они в недоумении.

Сайтама встал. Он не смотрел на своих теневых двойников или на врагов. Он смотрел на свою собственную, снова ставшую плоской и обычной тень на песке, с легким недоумением, как будто увидел что-то странное в собственном отражении.

– Хм, – произнес он. – Интересно.

Это было сигналом для остальных. Тени, словно по команде, отпрянули и начали растворяться, сливаясь с наступающей ночью. Через мгновение их не было.

Ферн, бледная и дрожащая, опиралась на Штарка. Боль ушла, но слабость осталась. Штарк смотрел на Сайтаму с новым, глубоким изумлением, смешанным с тенью страха. Фрирен стояла неподвижно, ее гримуар забыт, взгляд прикован к тому месту, где только что действовала тень Сайтамы, а затем к нему самому.

– Ты… – начала Фрирен, но слова застряли в горле. Что можно было сказать? Он не только остановил пространственный разлом. Он заставил свою собственную тень… защитить себя? Или это была его сила, проявленная через отражение?

Сайтама потянулся, его тень на песке снова была безобидной и плоской.

– Эти штуки… они тени? – спросил он, как будто ничего особенного не произошло. – Странные. Настоящие тени не кусаются. – Он посмотрел на Ферн. – Ты в порядке? Выглядишь бледной.

– Я… я в порядке, – прошептала Ферн, все еще опираясь на Штарка. – Спасибо… тебе. И… твоей тени.

Сайтама пожал плечами. – Не за что. Она сама. – Он повернулся к палатке. – Пора спать. И колодец этот… лучше от него подальше. Он скрипит. И пахнет. – Он взял на руки сонного Камешка. – Идем, Камешек. Там хоть не дует.

Он пошел к палатке, его желтый комбинезон выделялся призрачным пятном в сгущающихся сумерках. Его тень, длинная и обычная, тянулась за ним по песку. Ничего не выдавало в ней того могущества, что она проявила минуту назад.

Фрирен, Штарк и Ферн остались стоять у мертвых деревьев. Колодец зиял черной дырой позади них. Воздух все еще звенел от остаточной энергии теней и… чего-то еще. От того, что они только что увидели.

«Объект «С» демонстрирует неконтролируемое взаимодействие с пространственными искажениями и… проекциями», – мысленно записала Фрирен, ее рука дрожала. – «Его сущность искажает реальность на фундаментальном уровне, включая такие базовые понятия, как свет и тень. Опасность изучения возрастает экспоненциально. Но опасность *незнания*… может быть еще страшнее». Она посмотрела на черный камень колодца. «И он прав. Он скрипит».

Путь на юг казался теперь не просто опасным. Он казался путешествием в самое сердце безумия, где законы мира гнулись вокруг одного лысого человека в желтом комбинезоне. И враг, наблюдающий из теней, теперь знал об этом чуть больше.

Глава 25: Песчаная Казнь и Эхо Разрушенного Города

Глава 25

Ночь после атаки теней прошла в тревожном полусне. Штарк и Ферн дежурили попеременно, их взгляды беспокойно скользили по барханам, ожидая новых теней или чего-то похуже. Камешек, несмотря на заботу Сайтамы, слабо скулил во сне. Фрирен не сомкнула глаз, сидя у потухшего костра, ее пальцы водили по страницам гримуара, но не записывали – размышляли. Обломок устройства из колодца лежал рядом, холодный и немой обвинитель. Тень Сайтамы… Это нарушало все законы, которые она знала. Свет, тень, отражение – базовые элементы реальности. А он заставил свою тень ожить. Не магией иллюзии, а… переписав локальную реальность? Или его сущность просто не подчинялась этим законам?

Сайтама спал. Спокойно, почти безмятежно, его дыхание ровное. Его тень под слабым светом луны была обычной, скучной полосой на песке. Но Фрирен видела в ней теперь нечто иное – спящий вулкан, потенциал, грозящий уничтожить саму ткань восприятия.

Утро принесло не облегчение, а Песчаную Казнь. Не просто ветер. Стена бурого, кипящего песка, движущаяся с воем, как разъяренный зверь. Видимость упала до нуля. Воздух стал густым, едким, пропитанным мельчайшим абразивом, выжигающим легкие. Даже дышать было мучительно. Идти – невозможно. Они едва успели укрыться под навесом скалы, втянув за собой Камешка, которого Сайтама прикрыл своим телом.

Три дня. Три бесконечных дня буря ревела за пределами их крошечного убежища – естественной расщелины в скале, едва защищавшей от безумства стихии. Песок просачивался внутрь, покрывая все тонкой, вездесущей пылью. Запасы воды таяли, несмотря на экономное использование и магию Фрирен, замедлявшую испарение. Штарк молча точил меч, его