Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

Город, лишённый привычного пепельного савана, предстал во всем своём убогом величии. Облупленные, покрытые многовековой копотью фасады, ржавые трубы, бельё, развешанное на веревках между домами. Без пепла всё казалось каким-то голым, незащищённым. Воздух был непривычно прозрачным, и от этого ещё сильнее стали городские запахи. Со всех сторон несло затхлой водой, отходами, страхом.

Люди на улицах вели себя странно. Одни, запрокинув головы, с недоумением и суеверным ужасом смотрели на небо. Другие торопливо бежали по своим делам, крадучись вдоль стен, словно боялись что на них обрушится небесная твердь. Слышались приглушённые разговоры, плач детей. Город, привыкший к своему вечному проклятию, замер в нерешительности, почувствовав его исчезновение.

Мы двигались быстро, стараясь держаться теней и безлюдных переулков. Рик шёл впереди, его взгляд постоянно сканировал окрестности, выискивая угрозы. Тень скользила за нами, её фигура будто растворялась в очертаниях домов, лишь холодная, ледяная энергия выдавала её присутствие.

Я шёл сразу за Риком, сжимая в кармане кулак, в котором лежала Частица Забвения. Она была ледяной и живой одновременно.

— Патрули, — внезапно, не оборачиваясь, бросил Рик.

Мы прижались к стене в грязном, заваленном мусором проходе между двумя складами. Мимо, чётким строем, прошёл патруль из четырёх человек в чёрной, без каких-либо опознавательных знаков, форме. Их движения были отточенными, синхронными, а взгляды, скрытые за тёмными стёклами шлемов, направлены прямо перед собой. Они не просто патрулировали, они шли с определённой целью.

Мы переждали, пока солдаты гвардии скроются за поворотом, и снова рванули вперёд. Чем ближе подбирались к старым докам, к бывшему логову банды «Гроза», тем безлюднее и тише становилось вокруг. Казалось, сама жизнь отступила от этого места, почуяв неладное.

И вот, наконец, перед нами открылась знакомая панорама. Заброшенные портовые краны, скривившиеся от времени, заросшие ржавчиной и каким-то серым мхом; огромные ангары с выбитыми стёклами, похожие на черепа доисторических животных; бесконечные груды контейнеров, ставшие лабиринтом. Воздух здесь был особенно спёртым и влажным, пахло тиной, мазутом и… чем-то ещё. Чем-то древним и скорбным. Странно, раньше я не настолько чувствительно относился к «ароматам».

Мы подошли к главному ангару, тому самому, где когда-то ютилась «Гроза». Дверь была распахнута настежь, и из темноты внутри тянуло ледяным сквозняком. Похоже, теперь парни, с которыми я провёл год своей жизни, выбрали другое место для дислокации.

В принципе, понять их можно. Лично я, находясь рядом с этим доком, почувствовал вдруг леденящее дыхание смерти. Будто там, внутри, таилось что-то опасное. Конечно, обычным людям вряд ли доступно такая тонкая чувствительность, но думаю, негативные эмоции и ощущение гиблости этого места они могли уловить.

— Все случилось здесь, — тихо сказал я, чувствуя, как во мне отзывается знание, оставленное Серай Госпожой. — Здесь Леонид произнёс своё проклятие. Здесь всё началось.

— Ты уверен? — Рик с сомнением покосился на чёрный прогал входа. — Так-то времени прошло до хренища. Я знаю хорошо план города. И нижнего, и Верхнего. В том числе, что и где располагалось около пятидесяти лет назад. Это, конечно, не время начала Проклятия, но все же. Издержки профессии. Иногда в самых неожиданных местах имеются крайне полезные двери или проходы. Но вот, хоть убей, не помню, чтоб здесь было что-то кроме доков.

— Так показала Серая Госпожа. — Ответил я Палачу. — В той информации, которую она мне дала, отправной точкой значится именно это место.

— Ну… Хорошо. Идем. — Пожал плечами Рик. Хотя я видел по выражению его лица, что делать ему этого очень не хочется.

Мы вошли внутрь. Гигантское пространство ангара поглотило нас. Лучи блеклого света, пробивавшиеся сквозь дыры в крыше, выхватывали из мрака знакомые очертания: груду старых матрасов, ржавую бочку, служившую когда-то костром, граффити на стенах. Но что-то было не так.

Буквально два вздоха, два удара сердца, несколько шагов вперед и я понял, что именно. Ангар не был пустым.

В центре, там, где когда-то располагался «штаб» банды, ровным строем, словно изваяния, замерли двенадцать фигур в чёрной форме. Три «четверки», в каждой маги огня, воды, воздуха и земли. Ну что сказать, неплохо они подготовились к нашей встрече.

Свет падал на холодные, бесстрастные лица Гончих. Они стояли, не двигаясь, их руки лежали на эфесах магических клинков. Гончие знали, что мы придем. Они ждали нас

Впереди них, опираясь на длинный посох с сияющим набалдашником, стоял тот самый Гончий-Мастер, которого мы оставили в живых в особняке Волконских. Которого я оставил в живых.

Его лицо было бледным, перекошенным от ненависти и… триумфа.

— Мы ждали тебя, некромант, — его голос гулко раскатился под сводами ангара, наполненный злой уверенностью. — Пророчество сбывается. Чума возвращается в мир. И мы здесь для того, чтобы выполнить свой долг. Очистить его. В последний раз.

Глава 6.2

— Очистить? — Рик нахмурился, его пальцы нервно забегали по рукоятям ножей. Взгляд, острый как бритва, впился в фигуру Мастера-Гончего. — О чём ты вообще городишь, убогий? Какое, ко всем чертям, ещё «очищение»?

— Мы не будем уничтожать Нижний город, хотя, учитывая, что здесь творится, это было бы самым логичным решением. Мы его… перезапустим, — высокомерно, с каменным лицом, произнёс маг. Он расправил плечи, и с вызовом посмотрел на Палача, — Проклятие некроманта — это не просто пепел и тлен. Это гигантский магический резервуар, заправленный болью и яростью самого Леонида. Сто лет оно служило пробкой, сдерживающей нежить в подземных пустотах. Теперь пробку выбило, и скверна вот-вот хлынет наружу. Наш долг — не дать ей расползтись по всему миру, как чуме.

Слова Синего повисли в спёртом, пропавшем гнилью, воздухе ангара. Они были тяжёлыми и зловещими, словно погребальный звон, от которого закладывает уши.

— Мы используем тебя, некромант, как катализатор, — продолжил Мастер-Гончий. Его глаза горели сухим, фанатичным блеском и это, скажем прямо, изрядно напрягало. Похоже, Пёс уже плохо славливался со своей же головой. Им двигало какое-то безумие. — Твоя связь с Леонидом, твоя собственная, едва пробудившаяся сила… Мы сконцентрируем её в эпицентре проклятия, в этой точке. Мы не станем его снимать — мы его перенаправим. Вся энергия, всё зло, вся нежить, что копилась под городом, будет не выпущена на волю, а сожжена в огненном вихре. Прямо здесь, в сердце Нижнего Города. Это хирургическая операция. Мы прижжём рану, чтобы спасти тело Империи. Да, доки и всё, что их окружает, будет стёрто с лица земли. Но