Фантастика 2026-90 - Василий Седой

План Б, – резко сказала Фрирен. – Сайтама. Видишь тот обруч? – Она указала на центральный пьедестал, где вращающиеся кольца все еще светились, питая оставшийся барьер. – Он – сердце барьера. И… вероятно, сейф.

– Сейф? – Сайтама насторожился. – Там еда?

– Возможно, знания! – поправила Фрирен. – Важные знания! Защищенные сильнее всего. Мы не можем его открыть. Но ты… – Она сделала паузу. – Ты можешь его… проверить на прочность. Аккуратно. Очень аккуратно. Может, там внутри есть что-то, что поможет нам укрепить барьер? Или найти другой выход?

Сайтама посмотрел на обруч. Он действительно напоминал хитроумный замок сейфа.

– Ладно, – согласился он. – Но если там опять несъедобные камни, я разочаруюсь. – Он подошел к пьедесталу и начал внимательно осматривать вращающиеся кольца, пытаясь понять, с какой стороны к нему подступиться, как к упрямой банке с солеными огурцами. Его неуязвимые пальцы скользнули по светящимся символам, не обращая внимания на исходящую от них защитную энергию, которая могла бы испепелить любого мага.

Штарк и Ферн встали плечом к плечу перед брешью, готовясь к новой атаке слуг, чьи тени уже сновали в конце коридора. Фрирен молилась (впервые за несколько веков), чтобы в этом «сейфе» действительно оказался ключ к спасению. Или хотя бы инструкция по починке щитов. А Сайтама искал щель, куда можно было бы подсунуть свой «универсальный ключ» – палец. Приключение в архивах Древней Теократии принимало неожиданно… практичный оборот.

Глава 29: Сейф, Щит и Неудобные Координаты

Глава 29

Щелчок, произведенный Сайтамой при «вскрытии» центрального обруча, был не громким, но невероятно значительным. Он звучал как сломанная пружина в столетних часах или ключ, повернутый в давно заржавевшем замке. Вращающиеся кольца замерли. Светящиеся символы на них погасли. Гул, питавший барьер, стих, оставив после себя звенящую тишину, прерываемую лишь шипением тающей ледяной стены Ферн у бреши и настороженным дыханием группы.

Сам обруч раскрылся, как странный металлический цветок. Внутри пьедестала, на бархатной подкладке, истлевшей до лохмотьев, лежал не слиток золота и не сияющий меч. Там был единственный предмет: гладкий, яйцевидный кристалл размером с кулак. Он был прозрачным, как горный хрусталь, но внутри него пульсировал и переливался призрачный, холодный белый свет, напоминавший отражение звезд в глубине колодца. От него не исходило тепла или холода, лишь ощущение…глубины. И тишины.

– Знания? – разочарованно протянул Сайтама, заглядывая внутрь. – Опять камень? Хотя… светится. Красиво. Но не съедобно.

– Это не просто камень, – прошептала Фрирен, забыв на мгновение об осаде. Она осторожно протянула руку, но не коснулась кристалла. – Это… накопитель. Очень древний. И мощный. Чистый свет… Противовес тьме Мастера. В нем может быть… все. Планы, ритуалы, карты…

Как будто в ответ на ее слова, кристалл заговорил. Вернее, из него полился поток голографических образов и звука, заполнивших пространство над пьедесталом. Но это был не хаос разрушения, как в Камне Памяти.

Перед ними предстал старый жрец. Его лицо, изможденное и мудрое, было обрамлено седыми прядями. Он сидел в кресле, похожем на трон, в помещении, уставленном свитками и приборами, напоминающими щиты-диски из арсенала. Его голос звучал тихо, но отчетливо, на том же древнем языке Теократии, который знала Фрирен.

«…если ты видишь это, значит, Защитный Круг пал, и Тень снова у порога. Знай, хранитель: сила Покровителя – в страхе и раздоре. Он питается слабостью духа, искажает восприятие, заставляет видеть врага в друге…»

Жрец поднял руку, и в воздухе перед ним возник сложный, вращающийся символ – сплетение защитных рун и геометрических фигур.

«…это ключ. Ключ к Ритуалу Заката. Он создает зону чистоты, временное убежище, где его шепот стихает, а тени теряют силу. Но для активации нужны три точки силы…»

В этот момент снаружи, из коридора, раздался резкий, пронзительный свист. За ним последовал гул, нарастающий, как рой разъяренных шершней. В брешь барьера, где лед Ферн уже превратился в лужицу, влетело нечто. Это был не кристалл-игрушка. Это был сгусток сжатой, вихревой тьмы, размером с мяч, испускающий лиловые молнии и вой, от которого закладывало уши. Он летел прямо к группе, к пьедесталу с говорящим кристаллом!

– Всем вниз! – закричала Фрирен, бросаясь к ближайшему столу.

Штарк инстинктивно рванулся вперед, подняв древний кинжал из прозрачного минерала. Его клинок засветился ярким, чистым светом, как маленькое солнце. «Защити!» – пронеслось в его голове. Он замахнулся, не столько для удара, сколько чтобы закрыть собой летящую тьму.

Взрыв.

Но не разрушительный. Столкновение светящегося клинка Штарка и сгустка тьмы породило ослепительную вспышку и громкий хлопок, как от лопнувшего воздушного шара. Тьма рассыпалась на клубы едкого черного дыма, которые тут же начали растворяться. Штарка отбросило назад, он упал на спину, оглушенный, но целый. Кинжал в его руке погас, его клинок потускнел, покрылся паутиной микротрещин.

– Штарк! – крикнула Ферн, бросаясь к нему.

– Жив… – прохрипел воин, отплёвываясь от гари. – Но… кинжал… – Он посмотрел на поврежденный артефакт. – Хрупкий.

Сгусток тьмы был лишь первым залпом. Снаружи слышались возбужденные голоса слуг, звуки перезарядки или подготовки нового выстрела. Голограмма жреца, казалось, не заметила хаоса. Он продолжал, его голос звучал спокойно среди дыма и напряжения:

«…точки силы… ищи там, где земля помнит падение звезд, где вода поет камням, и где корни мира обнажены…» Над его головой возникли три сложных символа, похожих на картографические метки, но составленных из рун и звездных скоплений. «…храни ключ. Используй мудро. Свет… всегда найдет путь, даже в самой густой Тени…»

Образ жреца померк. Голограмма схлопнулась обратно в кристалл, который теперь светился чуть тусклее. Тишина в зале снова стала зыбкой, нарушаемой лишь готовящейся атакой снаружи.

– Точки силы! – воскликнула Фрирен, ее пальцы лихорадочно копировали сложные символы в гримуар. – Координаты Ритуала Заката! Это то, что нам нужно! Убежище от его пси-атак!

– Где это? – спросил Штарк, с трудом поднимаясь с помощью Ферн. – Звучит… поэтично. Но неконкретно.

– Карты! – сказала Ферн, оглядываясь на столы со свитками. – Должны быть карты!

Сайтама, который наблюдал за взрывом и голограммой с отстраненным любопытством, подошел к пьедесталу и взял светящийся кристалл. Он был тяжелым и холодным.

– Интересно, – сказал он, поворачивая кристалл в руках. – Этот свет… он как фонарик? – Он прищурился,