Фантастика 2026-72 - Даниил Сергеевич Калинин

— Твоя мать, наконец, подохла, щенок? — Плосколицему явно не понравились слова Яна. Набычившись, он шагнул к мальчику.

Март подобрался невольно, приготовившись драться.

Ян вспыхнул. Пёс, прилёгший было у его ног, вскочил зарычав.

Это заставило мужчину остановиться и чуть сбавить тон.

— Ты ушёл из стаи, ослабив мой клан, — проворчал он уже не так агрессивно. — Но как отец я прощаю тебя, раз ты вернулся.

— Ты не отец мне.

Когда Ян сказал это, в его голосе не было такой же твёрдой решимости, как тогда, когда он сказал то же самое Кайрату. Голос его дрожал. Стоя рядом, Март чувствовал, как мальчика трясёт то ли от страха, то ли от ярости, то ли от того и другого разом.

— Да как ты…. — Мужчина сделал шаг, потянув из-за пояса рукоять тяжёлой шипастой дубины.

— Я его отец, — сказал Март, сделав ещё шаг и встав между Яном и надвигавшейся на него тушей.

Это заставило всю площадь замереть.

А потом взорваться возмущёнными криками.

— Тихо!

Рявкнули вдруг от костра, и Март увидел того, кто был тут на самом деле главным.

Гороподобный человек с густой копной белых волос, выбивающихся из-под серой шапки, шёл, глядя ярко-красными глазами. Седой. Вожак стаи. Раньше Март видел его только через оптику бинокля и не представлял, насколько же он огромен.

Высокий, крепко сложенный Март рядом с ним казался себе недомерком.

Захотелось отступить. Март усилием воли заставил себя остаться на месте.

Гомон немедленно стих.

— Ян? — спросил Седой, не спуская с Марта внимательного взгляда.

Ян колебался всего секунду, прежде чем шагнуть, стать рядом и твёрдо ответить:

— Я называю его своим отцом.

— Давненько такого не было, — Седой остановился в нескольких шагах, но даже стоя поодаль, казалось, нависал над ними всей своей массой. Март подумал, что по габаритам Седой не уступает танкам. Если бы Уроды не были бесплодны, можно было бы подумать, что Седой — полукровка.

Март знал, по законам зверей Ян имел право привести чужака в стаю.

— А это, — Март повёл рукой, показывая на Тесака и Барна, — мои братья.

Барн поперхнулся.

Тесак лишь криво усмехнулся в ответ.

Только что Март дал понять Седому, что в стае появился новый клан и три не самых слабых бойца в нём. О том, что тело Марта начало ему изменять, вожаку стаи знать было вовсе не обязательно.

Седой всё ещё смотрел с явным сомнением.

— Не слушай его! — Скал, в первый момент ошеломлённый сказанным, пришёл, наконец, в себя. — Лекова тварь пытается заманить нас в ловушку. Добить всех, кто остался в Городе! Мало им того, что случилось на Комбинате... Это он! — Палец Скала ткнул в Яна. — Он заманил нас туда!

— Неправда! — выкрикнул Ян, но Март повёл рукой, и мальчик замолчал послушно.

Теперь, когда он сам назвал Марта своим отцом, он начал вести себя соответственно.

— Ты лжешь, — спокойно сказал Март. Хотя сказанное и было отчасти правдой. Март действительно использовал Яна и ненавидел себя за это. Но собравшимся тут знать об этом было не обязательно. — Это ведь ты заманил людей на Комбинат, пообещав им еду. — Март прекрасно помнил, что слышал, стоя на лестнице Комбината перед началом сдвига. И ему не показалось, он видел в толпе те же лица, которые видел там. Сюда вместе со Скалом пришли и остатки Губителей. — Ты просто хочешь убить меня чужими руками, потому что ты — мой кровник.

Седой смотрел с живым интересом. Сложил руки на груди, отступив чуть дальше. Так, чтобы видеть и Марта, и Скала.

— Ты мой кровник, Скал, — продолжил Март. — Ты знаешь, я убью тебя рано или поздно. Семь лет ты бегал от меня как трусливая шавка… — Он помедлил, прежде чем продолжить, чуть повысил голос, чтобы слова его долетели до слуха каждого. — Ты изнасиловал мою дочь! А теперь хочешь убить меня чужими руками? …не выйдет, — сказал он тихо, а потом крикнул во всю силу лёгких: — Я вызываю тебя, Скал!

Глава 26

Скал расхохотался в ответ.

Март стоял, спокойно глядя, как тот смеётся, смахивая выступающие на глаза слёзы.

Седой тоже молчал, смотрел выжидающе.

Отсмеявшись, Скал, увидел, наконец, этот внимательный взгляд.

— Не сходи с ума, Седой. — Всё веселье улетучилось без следа. — Я не буду драться с лековым отродьем. Он не из банды, не Губитель. Он вне наших законов.

Седой безразлично пожал плечами.

— Он твой кровник. И бывший мясник Города. Это все знают. Он вправе потребовать поединок.

Кровь отхлынула от лица Скала. Глаза опасно сузились, превратившись в две щёлки. Он отступил на шаг.

— Я привёл тебе своих людей, — зашипел он в ответ, сжав кулаки, — вместе мы раздавили бы Лека и его уродов. А ты смерти моей хочешь?

Седой и правда хотел смерти Скала. Март понимал это. Наверняка это понимал и сам Скал.

Вожаку Губителей удалось собрать для атаки на Комбинат невиданную доселе силу, объединив многие мелкие банды обещаниями накормить их из запасов Лека. Но почти всех он потерял во время начавшегося на Комбинате сдвига. Март диву давался, как сам Скал смог выбраться оттуда и не погиб под руинами рухнувшего здания. Сукин сын был невероятно живуч.

Но теперь, потерпев такое поражение, он стал уже невыгоден как лидер и союзник. Седой явно предпочёл бы, чтобы во главе оставшейся горстки Губителей встал кто-нибудь другой. Например, он сам. Звери охотно принимали к себе чужаков.

— Нет. — Скал отступил, так и не дождавшись ответа. Оглянулся беспомощно, ища поддержки у своих людей. — Это лекова тварь! — выкрикнул он. — Я не стану драться с ним один на один!

Март едва сдержал усмешку. Предводитель Губителей сам не понял, как загнал себя в ловушку, допустив возможность поединка. Теперь, сказав это, Скал не мог уже отвертеться от схватки. Вопрос оставался в том, какие условия поставит Седой…

— Справедливо, — с готовностью согласился тот, и Скал побледнел, только тут сообразив, что натворил своими словами. — Ты не можешь драться с леканом один на один. Возьми себе… — Седой бросил короткий взгляд на Марта, явно оценивая, сколько противников стоит выставить, чтобы бой не казался убийством, но Скал