Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

Нор. — Наши горы — дэкайский край. Разные народы трудятся для остальных, делая то, что умеют лучше всего, а мы, северные воины, сражаемся за всех, если припечет. В горах есть серебряные рудники. Это только говорится "серебряные". Повелители драгоценных камней и металлов умеют извлекать из горных жил очень многие ценные находки. Серебро — главная статья дохода в Норладе, так же как горный лён, шерстяные ткани, кабанье мясо, овечий и козий сыр… Были и волчьи шкуры, пока… да ты сам знаешь. Караваны серебряных слитков идут отсюда в долины Севера, Юга и Запада, а возвращаются с золотом и хлебом. Наши кузнецы лучшие, кроме лесных мастеров, кому заказывают короны с драгоценными камнями все королевские дома четырех частей света. Представляешь, как забиты сокровищницы сильверголдов?

Погода назад на их общину напали. Караваны пытаются перехватить постоянно, набеги на шахты бывают почти каждый месяц, но в этот раз всё иначе. Дэйки северо-западных гор из Вестерлада пришли сюда войной, а не разбойничьими набегами. Их рудники истощились, и они желают пополнить запасы за счет наших. Мы дальняя родня. Впрочем, родня — все короли, так что мы, можно сказать, близкие родственники. Дедушки-прадедушки, давние браки, сам ничего в этом не понимаю. Но если уступить даже половину тех двадцати рудников, которые они требуют как, якобы, законные наследники, Норлад останется нищим. Тем более, им нужны не только шахты, но и всё, что там добыто за долгие годы. Компенсация, так сказать. Им нужны сокровищницы.

Тяжбы и битвы длились полгода. Разумеется, наши рудокопы и владельцы рудников возмутились. А когда почувствовали, что не устоят перед воинами чужого края, сбежали, прихватив все сокровища и запечатав шахты. Это близкая родня моей покойной жены, я не мог отказать им в убежище. Теперь эта башня и все тайники замка забиты золотом и самоцветами. Вестерладцы явились сюда и потребовали выдать глав общины, которых они называют захватчиками, но, главное, — уступить сокровищницы. Как король я не могу этого сделать, как родственник, у которого есть замок и армия, тем более. Я отказался. Пробовал вести мирные переговоры, ничего не вышло. Они дали нам три недели голодной осады на размышление. После этого начнут штурм. Ты никогда не видел, как всерьез сражаются дэйки? Лучше этого и не видеть. Светопреставление.

— Когда будет штурм?

— Срок их требований закончится сегодня на закате. Я не передумаю. Это мой край, оставленный мне в наследство моей королевой и ее предками. Я обязан его защищать ото всех посягательств.

— Почему всегда из-за денег? — по-детски возмутился Дик.

Король растерянно пригладил бороду и снова коснулся плеча рыцаря, за это раз надеясь смягчить его горячность.

— Не знаю, сынок. Не мы придумали жадность. Не мы, а Всевышний создал золото таким, что нравится слишком многим. Тебе ведь тоже по сердцу блеск драгоценностей, — Нор взглядом показал на меч Дика. Тот отступил, отводя отеческий жест короля.

— Нет, если на них кровь!

Нор больше не уговаривал.

— Многие ценители красоты не придают значения таким мелочам, — с горечью заметил он. — Защити мою девочку, это всё, о чем я прошу.

Дик молча прикрыл веки, обещая сделать всё, что в его силах.

Глава 35

Ласка уже очень давно собралась в дорогу, но никто ее почему-то никуда не уводил. В последние дни королеву вообще не выпускали гулять, кроме как на плоскую крышу башни. Ласка чувствовала, что такое война. Королева народа воинов испытывала одновременно сильное возбуждение, радость оттого, что происходит нечто важное, и страх, оттого, что ее отца могут убить, а от замка не оставят камня на камне. Армия Вестерлада, хотя и скрывалась в лесу, виделась между деревьями. Кроме того, Ласка ощущала плотность кольца осады, ведь никто из ее друзей не мог пробраться сюда. Иногда она видела своих волков высоко на скале, над замком. Они не могли там подолгу стоять, опасались стрел.

Но когда появился Дик, Уласса забыла обо всех страхах. Очень быстро попрощалась с отцом, уверенная, что теперь всё пойдет хорошо. Проститься с друзьями, слугами и родными ей не позволили. На это не только нет времени. Нор не хотел огласки. Отправляя дочь из осажденной крепости тайно, он защищал ее и поддерживал боевой дух своих воинов.

Дик и Ласка выбрались из замка тесным потайным ходом, вырубленным в скале. Похоже, в старину здесь была личная шахта одного из предков норладских королей. Выйдя наружу над рекой, беглецы долго шли по узенькой тропке высоко над обрывом. Ласка привыкла бродить по горам, но даже она несколько раз испуганно хваталась за руку Дика, когда камни осыпались у них под ногами. Когда маленькая королева поняла, что тропа рано или поздно выведет их в Волчье ущелье, она успокоилась и повеселела.

Стоило им спуститься на дно ущелья, присесть на плоском камне, умыться и опустить усталые ноги в воду, как вокруг зацокали подковы. Эхо искажало звук. Казалось, враги наступают со всех сторон. Дик поспешно вскочил. Натянул сапоги, одной рукой схватил меч, а другой прикрывал свою подружку. Они вертели головами, не зная, куда бежать, чтобы не выскочить прямо навстречу дозорным из армии Вестерлада.

Со стороны входа в ущелье показались трое всадников в синих безрукавках поверх легких кольчуг. Не дэйки — уже хорошо, — те не пользуются стальными доспехами, полагаясь в бою на свою власть над стихиями.

— Тот самый мальчишка! — удивленно вскинул руку один, заметив Дика. Тут же все трое устремились к ним.

— Отойди, — велел Дик сквозь зубы, отталкивая Ласку. — Стань за камнем. И не смотри, пожалуйста! — Он заранее представлял, как понравится маленькой королеве, когда ее друг проткнет кого-то мечом. А другого выхода, похоже, нет. Сам Дик мог бы даже сдаться в плен, но девочка слишком важный трофей для этой войны. Ей нельзя попадать в руки "дальних западных родственников".

Вестерладцы не сочли нужным спешиться и нападать по очереди, они двинулись на Дика все вместе. Он отреагировал соответственно: парировал удары и старался свалить противников с седла или рубануть по рукам. Одному перерезал сухожилия на локте, другого ткнул в живот, но промахнулся. У третьего выбил меч, но воин не растерялся, сразу схватился за длинный лесной кинжал. Дик не мог наносить удары невинным и безоружным лошадям, никак не мог. А они грозили его затоптать. Мечи звенели над головой. Чтобы не отступать, Дик нырял пару раз под брюхо коней, появляясь и нападая с неожиданной