"Фантастика 2026-114". Компиляция. Книги 1-30 - Екатерина Владимировна Скибинских

— О каком предательстве оно говорит, Астарот? — Громко спросила Ниакра, кивая своим подчинённым. Те, аккуратно прикасаясь пальцами к темноте, начали что-то колдовать. — Тебя убить сразу или сначала подождать объяснений?

— А ты сможешь, девчушка-на-побегушках? — Ядовито процедил демон, нехотя убирая ноги из вскипячённой им тушки и ставя их на гальку. Он встряхнулся и посмотрел на Ниакру, выгнув спину и чуть ли не зашипев: — Силёнок-то хватит?

— Так это правда, да? — Ниакра даже как будто обиделась, судя по встрепенувшимся за спиной эмоциям. По ним тягучим вареньем начала разливаться та самая обида, отравляя её чувства. — Это всё было игрой ради каких-то твоих целей, да?

— Ты удивительно проницательна, душенька. Только раньше тебе это не помогло, когда ты…

— Остановись, пока не поздно! — Женщина вскинула руки, будто пытаясь защититься от его слов.

— Пока я не рассказал, как тебе было со мной хорошо, моя маленькая грешница? А, точно, ты же не такая, тебе же только изысканные ухаживания и аристократов-ухолизов подавай, как я мог забыть… — Демон ещё сильнее оскалился. С каждым его словом он делал небольшой шажок к Тёмной, которая теперь уже смотрела на него с обидой, страхом и разочарованием. Ненависть схлынула, как будто её и не было, осталась только душевная боль.

— Заткни свой поганый рот, тварь! Не смей подходить ближе! — Её руки окутала Тьма, словно желающая помочь ей отомстить за раненую гордость, оттого бурлящая и то и дело срывающаяся с пальцев мелкими иголками.

— Ой, какие мы злые стали, узнав правду… А, или ты ещё не поняла? О, неужели тебя оказалось так легко поразить в самое твоё тёмное сердечко, что теперь…

— Хватит!

Стоящий перед ней Тёмный загнул указательный палец, и большое плетение, сформированное воинами, пришло в действие. В сторону Астарота полетели горящие магические снаряды, самих же Тёмных окутало Материей, залечивающей раны и складывающейся в новое оружие, а в центре строя стояла, игнорируя стекающие по щекам слёзы, Ниакра. Её взгляд не выражал никаких эмоций, но Аспер их всё равно прекрасно видел, пусть и не мог описать: разочарованная в любимом человеке, — ладно, уговорили, демоне, — женщина испытывала слишком многое, чтобы про это можно было говорить словами, и слишком сильны были её чувства, чтобы их можно было в принципе описать.

Единственное, что мог сказать Астерот — она его ненавидела и хотела прибить. Как, видимо, и сам демон хотел избавиться от ставшей ненужной игрушки.

— А ты, юный Император? Что же ты в стороне стоишь, не хочешь разве им помочь? А, и правда, чего их трогать — сами разберутся. Теперь слушай меня…

Глава XXVIV. Дело рук самих утопающих

За спиной Астарота распахнулись крылья. Нет, не те, что он наколдовал недавно, теперь уже настоящие: покрытые толстой кожей, увенчанные острыми шипами и больше него размером. Он взмахнул ими и оторвался от земли, раскидав мелкие камушки. Под ним пролетели магические снаряды, которыми в него запустили Тёмные, и демон расхохотался.

— Так просто? Ни в тебе, ни в твоих воинах нет ничего особенного, грешница моя! — Тут ему потребовалось прерваться, чтобы отлететь в сторону, пропуская устремлённый в него чёрный луч, но, заняв новое положение, чуть левее старого, демон продолжил… правда, никто его не слушал.

Тёмные по приказу Ниакры синхронным движением вскинули алебарды и глефы, которые до этого вытащили из темноты, и всё равно не достали до зависших над ними магических шаров. Но этого оказалось достаточно: кто бы ими ни управлял, он понял, что шары, мягко скажем, Тёмным мешают, и тут же убрал их, раскидав по краям огороженной барьером арены. Теперь всё пространство было почти равномерно освещено, но, тем не менее, недостаточно, так что Тёмные вполне могли что-то с тьмой колдовать. Чем, кстати, и занялись.

Демон, которому надоело просто висеть в воздухе и сыпать проклятиями и оскорблениями, пошёл на сближение с воинами, мастерски уклоняясь в полёте от полетевших в него магических атак. Лучи, иглы, плети, лезвия и Госпожа знает, что ещё, пролетали мимо его и его крыльев, не задевая Астарота и краешком. Только помогало ему не столько его мастерство, сколько заклинание, отводящее от него магию, но не суть, потому что выглядело всё равно завораживающе.

Со звоном Астарот врезался в одного из воинов, и Тёмный чуть не упал, но его удержали плечами его товарищи. Тут же строй ощерился оружием, которое в едином порыве устремилось к демону…, но рассекли лезвия лишь пустое место, потому что воины не учли, что противник умеет использовать микропорталы. Серия небольших хлопков, несколько сотен разрубленных пополам камней, и в сухом остатке чуть больше десятка выведенных из себя воинов и счастливый демон, на чьём хитине до сих пор не оказалось ни одной царапины.

— Мальчик, у тебя очень шаткое положение, ты знаешь?

Астероту ещё в прошлый раз этот голос в голове на понравился, и он решил его игнорировать. Отец, конечно, большинство барьеров снёс своим взглядом, но пока голос на него влиять не может, лучше не обращать на него внимания. Особенно учитывая то, что этот голос донельзя похож на тот, который только что рассорил Ниакру и Астарота.

— Не мне, конечно, тебе давать советы… Хотя кому ещё?

Астарот, завершив очередной забег вокруг воинов Ниакры, отбивая защитным заклинание их атаки, снова встал напротив неё, пусть и на расстоянии трёх своих шагов. Как будто в его взгляде промелькнуло что-то, что можно бы назвать раскаянием, но, зная демонов, поверить в то, что эти твари могут раскаиваться, было бы очень… глупо.

— Они заставили меня, понимаешь? Я не хотел! — До ужаса жалобно выкрикнул Астарот, вытянув горящую защитным заклинанием руку в сторону Ниакры. — Я ни слова тебе ложного не сказал!

— Ты лгун! У тебя на роду написано врать людям! — Ниакра топнула, и защита, возведённая ею вокруг её воинов, заволновалась.

— Неужели… — Демон запнулся, и кровавая слеза потекла по левой щеке. — Неужели ты отринешь мои чувства? Я люблю тебя всеми своими сердцами, грешница моя! Люблю так, как не любил никого и никогда! — Он грохнулся на колени, разметав в стороны гальку, и развёл руки в стороны, открывая ей грудь с выступающими рёбрами. — Я в твоей власти, Ниакра!

Она нахмурилась, Материя прильнула к её рукам, готовая принять любую