Сын помещика – 8 - Никита Васильевич Семин

— Ты же сама слышала, — усмехнулась тетя, — соблюдай порядки банника и ничего тебе не грозит. И ничего противного Господу в них нет. Или ты сквернословишь, когда моешься?

Тетя откровенно троллила девушку, оставаясь в рамках приличий. Ее забавлял ее испуг. А вот песня очень понравилась.

— Роман, — обратилась она ко мне, — ты все песни записывай, что тебе в голову придут, чтобы потом не забыть. Как-нибудь сведем их в единое целое. Может, спектакль поставим. Не по чьему-то произведению, а сами напишем! Музыкальный спектакль! — глаза тети горели. — Не оперетта, и уж тем более не опера, а нечто новое.

Я сразу подумал про мюзикл. Похоже, их еще не знают. Тогда да, тетя права — мы станем законодателями жанра в этом направлении. Тема интересная, но вот беда — у меня и правда сложность с воспоминанием песен из прошлой жизни, а главное — с подбором музыки к тексту. Я больше рок любил, который без электрогитары и тяжелых барабанов звучит блекло. Если не вспоминать о таких группах, как «Кино», «Агата Кристи» и других рок-исполнителей восьмидесятых годов.

Пообещав тете, что при случае обязательно все запишу, я закрыл эту тему для себя. Хотя родичи еще полчаса обсуждали услышанную новую песню.

Отстояв службу в церкви, я с облегчением вышел на улицу. Душно и тяжко все-таки несколько часов находиться в помещении, битком наполненном людьми, без возможности присесть. Погода сегодня «подкачала». Порывистый ветер так и норовил забраться под одежду, развевал полы пиджака и «играл» с подолами платьев прохожих женщин.

— Переменчивая зима ожидается, — вздыхал Митрофан, стоя у тарантаса. — Не к добру это. Ежели снега мало будет, урожая доброго по весне не видать.

Мне было не до причитаний конюха. Как бы не простыть от резкого перехода из духоты церкви под порывы осеннего ветра. Простуда здесь — одно из смертельных заболеваний, и самых распространенных. Легко может в тяжелую форму перейти и даже в воспаление легких. Лекарств-то хороших нет в природе, не придумали еще антибиотики. И полностью полагаться на закаливания, которые я каждый день провожу и уже обливаюсь холодной водой, не стоит. Береженого бог бережет.

— Поехали на ярмарку, — напомнила мне Настя вчерашний план, когда я уже думал отдать приказ двигаться в усадьбу. Погода совсем не располагала к прогулке.

Но посмотрев на предвкушение в глазах любимой, лишь махнул рукой. На ярмарку, так на ярмарку. Как раз «сезон» начался. До того на рынке все местные и окрестные жители свой товар продавали, а с сего дня многие и из дальних краев приехали. Там сейчас точно толчея, но и найти что-то интересное можно. Особенно в первый день.

Сама ярмарка раскинулась в пригороде, иначе бы не вошли все желающие. Тут даже от наших деревень были представители. Заметил я несколько знакомых лиц — буквально пару дней назад видел их, когда объезжал владения вместе с Феофаном. Какофония звуков тут была та еще. Крики зазывальщиц, гомон домашней живности — кудахтанье кур, гогот гусей, даже свиней в еще живом виде выставили на продажу. Вот пробежала стайка детворы, а один из мальчишек наигрывал в ней на самодельной дудочке, живо напомнив мне, что стоит посетить Сычевых. Игрушки уже готовы, пора их сдать на продажу. Ну и куда же без скоморохов и иных артистов народного жанра? Ведь праздник же! Даже плясуны тут были, ловко отбивая ритм каблуками сапог. Атмосфера радости и веселья буквально витала в воздухе. И никакой ветер не мог этому помешать.

Настя с удовольствием сновала среди импровизированных прилавков. В основном вокруг нас был «праздник урожая» — всевозможные овощи перемешались с ягодами, ранеткой, домашними грушами и иными плодами огородов и полей. Продавалась выращенная за лето птица, как в живом, так и уже в разделанном виде. Меньшую часть занимали прилавки с рукоделием и домашней утварью. Но даже так их было много. Вот к ним мы и двинулись.

Посуда тут продавалась в основном глиняная и деревянная. Имелись и поделки творческого толка — игрушки, дудочки, вышивка. Перечислять все можно долго, но меня больше привлекло не содержимое прилавков, а выступление скоморохов. И «скоморохами» тут называли не только и не столько шутов и клоунов, сколько обычных артистов-циркачей. Они и жонглировали ножичками, и по натянутому меж двух телег канату ходили, силачи поднимали мешки с картошкой, тяжелые колеса, гнули подковы. Были и гусляры, да иные исполнители. Этих тоже скоморохами называли, но тут уже именно за шуточный смысл их песен. К одному такому скомороху с гитарой в руках я и подошел.

— Как тебя звать?

— Стешка, ваше благородие, — лихо ответил мне исполнитель местных частушек.

— Хочешь заработать? Давай-ка отойдем.

Тот удивился, но отказываться не стал. А я решил немного «похулиганить». На меня местная атмосфера безудержного праздника и веселья тоже подействовала. Кроме того вчерашняя «презентация» новой песни тоже повлияла в какой-то степени на мои мысли. И когда мы со Стешкой отошли, чтобы сильно не мешать другим выступающим артистам, я ему напел «Вечером на лавочке» группы «Сектор газа». Некоторые моменты конечно на ходу поменял, чтобы не сильно выбивались слова из нынешнего времени, но смысл и ритм остался. Тут же взял у него гитару и наиграл саму мелодию песни. Она несложная, поэтому Стешка смог повторить ее быстро. Чуть порепетировал, получил от меня пятьдесят копеек и пошел выступать.

Сначала после первого куплета народ отнесся к нему задумчиво-озадаченно. А после второго грохнул хохот! Девицы, которые были поблизости, покраснели, а мужики, что постарше — лишь ехидно стали коситься на свои «прекрасные половинки». К концу исполнения Стешку засыпали мелкой монетой и попросили повторить. Похоже вскоре эта песня станет местным «хитом» среди мещан и крестьян. Да нравы нынче такие, что до свадьбы вот такие шалости, как описаны в песне, ни в коем случае недопустимы. Вот только запретный плод сладок и песни, которые противоречат общепринятой морали, были, есть и будут в обиходе. И даже популярны.

Сделав свое «темное дело», я с чувством удовлетворения вернулся к Насте. Она как раз выбрала себе безделушку — искусно вырезанную заколку — и только ждала, когда я расплачусь за ее покупку.

— Что-нибудь выбрал себе? — спросила она меня, когда мы двинулись дальше по ярмарке.

— Нет, да и не хочу.

— Тогда я сама тебе выберу, — тут же заявила Настя.

И ведь выбрала! У одного кузнеца нашла выкованный нож с красиво оформленной рукояткой. Его-то и упросила меня себе приобрести. Сам ножик