Чужая душа — товар штучный - Zutae

Халид проверил зелья — понюхал, даже капнул на раскалённый металл, посмотрел на цвет пламени.

— Неплохо, — сказал он. — Не лучшие, но и не худшие. Даю два серебра за всё.

Алексей вспомнил навыки из прошлой жизни: молча взял одно зелье, повертел в руках, поставил обратно.

— Три, — сказал он. — Это же от лихорадки, а лихорадка сейчас в порту гуляет. Ты их за полцены толкнёшь матросам — и то в наваре будешь.

Халид удивлённо поднял бровь.

— Откуда знаешь про лихорадку?

— Слышал в городе. Люди говорят. В чайхане у ворот.

— Ладно, два с половиной. И это моё последнее слово.

— По рукам.

Алексей отдал Ахмеду полтора, себе оставил серебро. Для первого раза — неплохо.

— Ещё будут? — спросил Халид.

— Будут, — ответил Алексей. — Но не сразу. И не только зелья.

Так началось.

Быстро выяснилось, что просто принести товар и продать — только полдела. На второй неделе он чуть не вляпался. Какой-то торговец, с которым он договорился об амулетах, взял товар, а деньги заплатил только половину, пригрозив стражей.

Алексей ушёл, но вечером рассказал Халиду. Тот хмыкнул, поглаживая бороду.

— Это Рустамов человек. Проверял тебя. Хотел посмотреть, прогнёшься или нет. Молодец, что не стал драку затевать. С ним бы не справился — он четвёртого ранга. Ты бы даже приблизиться к нему не смог — от его ауры у первого ранга глаза бы кровоточили.

— И что теперь?

— Ничего. Он знает, что ты подо мной. Больше не тронет. Но на будущее — если кто из старших давит, зови меня. Или сразу говори, что ты с Халидом работаешь.

Алексей кивнул. И запомнил.

В академии тоже было не всё гладко. Когда слухи о его торговле дошли до других учеников, некоторые начали коситься. Особенно старшие, у которых были свои каналы сбыта. Один из них, по имени Фейсал, уже давно держал под контролем часть рынка среди учеников. О нём ходили слухи: из знатной семьи, отец дружит с султанским визирем, сам пятого ранга, хоть и молод. Его боялись даже некоторые наставники.

И вот однажды, когда Алексей возвращался с рынка, его перехватили двое мрачных типов и проводили в пустующую аудиторию.

Фейсал сидел в кресле, лениво поигрывая перстнем с огромным рубином. Одет он был с вызывающей роскошью: шёлковая джубба, расшитая золотом, тюрбан с павлиньим пером, на поясе — кинжал в ножнах с самоцветами. Когда Алексей вошёл, ему стало физически трудно дышать. Воздух словно сгустился, на плечи навалилась невидимая тяжесть, в ушах зашумело, перед глазами поплыли чёрные точки. Фейсал даже не смотрел в его сторону, но аура пятого ранга давила так, что хотелось упасть на колени и молить о пощаде.

Алексей стиснул зубы и заставил себя стоять прямо. Он вспомнил, как Рашид учил ставить блок — не только ментальный, но и против чужой силы. Получилось плохо, но хотя бы не согнулся. В носу защипало — кажется, пошла кровь. Тёплая струйка потекла по губе.

— Слышал, ты торгуешь, Девятый, — сказал Фейсал, лениво поднимая взгляд. Голос звучал спокойно, но от него по спине побежали мурашки. — А знаешь, что здесь, в академии, свои порядки? Кто дал тебе право?

— Я никого не обкрадываю, — ответил Алексей, стараясь говорить ровно. Во рту пересохло, язык едва ворочался. — Покупаю у тех, кто хочет продать. Продаю тем, кто хочет купить.

— Это ты в городе так говори. А здесь — моя территория. — Фейсал чуть прищурился, и давление стало сильнее. У Алексея потемнело в глазах, в висках застучало, к горлу подступила тошнота. — Я пятого ранга, а ты первого. Понимаешь разницу?

— Понимаю, — выдавил Алексей.

— Если хочешь работать — плати мне десятую часть от всего, что зарабатываешь. Или ищи другой способ.

Алексей понял: это «крыша». Такие же, как в его прошлой жизни, только здесь — с магией и рангами. Спорить с человеком, от которого исходит такая мощь, было невозможно.

Он кивнул и полез за монетами. Руки дрожали — то ли от страха, то ли от давления ауры. Отсчитал десятую часть от своей скромной наличности.

Когда он вышел, его вырвало за углом. К горлу подступила желчь, в глазах всё ещё плавали тёмные пятна. Он вытер рот рукавом, достал пузырёк, подаренный Абу-Тахиром, капнул на запястье. По телу разлилось приятное тепло, тошнота отступила. Пригодилось, — подумал он и побрёл к общежитию.

В ту же ночь он сидел и считал: после уплаты Фейсалу, после доли Халиду, после дележа с учениками-поставщиками, у него оставалось серебра пять-шесть в месяц. На платные уроки хватало, но впритык.

— Надо расширяться, — решил он. — Искать новых поставщиков и новых покупателей. До экзамена полтора месяца, нужно успеть.

Постепенно он обзаводился связями. Ахмед познакомил его с другими алхимиками — все первого-второго ранга, все из бедных, все рады лишней монете. Оказалось, что многие ученики варят зелья не только по заданию, но и для себя, экспериментируя. Результаты часто выливали — боялись, что наставник забракует. Алексей стал скупать и эти «эксперименты». Халид брал их с удовольствием — за полцены, но зато стабильно.

К концу пятого месяца у него скопилось почти десять серебряных монет — после всех отчислений и трат. Целое состояние для бывшего раба первого ранга. Утром он пошёл к Рашиду.

— Хочу научиться боевым иллюзиям, — сказал он. — Деньги есть. До экзамена месяц.

Рашид посмотрел на него, усмехнулся. От него, как всегда, исходило ровное тепло — четвёртый ранг, но он умел не давить, только предупреждать.

— Догадываюсь, зачем. Фейсал пятого ранга, — напомнил Рашид. — Ты против него — как муха против слона. Ты же чувствовал его ауру?

— Чувствовал. Меня вырвало после разговора.

— Вот. А представь, если бы он захотел тебя убить. Ты бы даже не понял, что случилось. Такие, как он, уже почти не люди. Говорят, пятый ранг может не есть неделями, не спать месяцами — магия питает. А шестой и вовсе дышит только по привычке.

— Пока я как муха для него. Но я учусь быстро.

Рашид хмыкнул.

— Это да. Ладно. За серебро я научу тебя не только иллюзиям. Но учти: боевая магия опасна. Ошибёшься — убьют. И не враги, а собственное заклинание. Ты первого ранга, твои каналы ещё не окрепли.

— Я готов рискнуть.

— Твоя воля.

С того