Фантастика 2026-72 - Даниил Сергеевич Калинин

— Тесак, — он вновь шепнул одними губами. Он не знал, насколько острым слухом обладают танки и гарпии, но полагал, что копатели, живущие постоянно под землёй, в почти полной темноте туннелей должны были слышать очень хорошо. — Куда?

Шедший на шаг позади, Тесак протянул ладонь сначала к одной ветке, потом — ко второй.

Затем пальцем указал на спуск вниз.

Март кивнул. Нагнулся и положил найденный в кармане патрон у самой стены в начале спуска. Потом, подумав, поднял его и тихо шепнув: «Сейчас» — принялся проталкиваться в хвост своего маленького отряда. Вручил патрон Штефу, так же, беззвучным шёпотом, объяснив задачу. Оставлять метку в начале каждого нового туннеля, в который они свернут по пути. Класть метку на пол так, чтобы не сбить случайно ногами, если они вдруг второй раз пройдут той же дорогой.

Штеф кивнул.

Губитель, стоявший рядом, едва ли мог расслышать сказанное, но, глядя на патрон в руках Штефа, вдруг распахнул куртку, потянув с шеи трофейное ожерелье из волчьих зубов и янтарных бусинок, снятое наверняка с какого-то зверя. Молча, невольно подражая в этом леканам, протянул, предлагая распустить его на метки. Штеф схватил ожерелье, сунув патрон в руки Марту. Март коротко кивнул, благодаря, и крепко сжал плечо Губителя, прежде чем шагнул обратно, чтобы вести всех дальше.

Задержался на минуту рядом с Дагиром. Тот дышал тяжело. Лоб его покрывали бисеринки пота. Несмотря на то что он и так отдал уже свою тёплую парку, рука оттягивала ворот свитера. Он задыхался.

— Держись, — сказал Март едва слышно, положив ладонь на плечо.

Дагир кисло скривился в ответ.

Ян, за время скитаний по Городу привыкший к тесным помещениям, коридорам и комнаткам полуразрушенных зданий, где он скрывался со своей больной матерью, смотрел на отца с беспокойством. Март поймал его взгляд и коротко кивнул. Он боялся сказать ему вслух: «присмотри за отцом», опасаясь вызвать новый приступ ярости у вспыльчивого Дагира, но паренёк понял его и так. Молча кивнул в ответ.

Март вернулся к началу колонны и заторопился дальше. Им нужно было спешить. С одной стороны, где-то тут ошивались толпы уродов, с другой — Дагир едва держался, а Март знал, как непредсказуемы и опасны бывают люди с обострившейся фобией. …стоило оставить Дагира на станции, вместе с Леком, но тот был настроен идти вперёд с сыном.

Ход плавно пошёл вниз, загибаясь дугой, и вскоре за поворотом показалась очередная развилка. Тесак повторил свой трюк с потоками воздуха, определив более тёплое ответвление. А потом ещё, и ещё раз, пока они не зашли вдруг в тупик.

Очередной ход упирался в стену, в самом низу которой угадывался чёрный провал маленькой дыры, из которого и поднимались горячие потоки. Март заглянул в эту дырку, но, не обработанная изнутри слюной копателей, она не светилась и была непроницаемо темна. Тогда он вынул из кармана и, помедлив секунду, всё же решился, бросил в дыру тот самый завалявшийся патрон.

Тот ударился пару раз о стены узкой шахты, но звука падения даже своим обострённым слухом Март так и не услышал. Губитель знает, как глубока была эта каверна, и откуда поднимался этот поток тёплого, почти горячего воздуха.

Они вернулись к развилке, обозначив тупиковый ход волчьим клыком, а поворот, в который свернули, бусиной. Невольно подумалось: а как же Игорь ориентируется в этих бесконечных туннелях? Может быть, предатель уже давно найден и убит, а Глаз Схарма — перешёл в руки Матери…. Март очень надеялся, что это не так, и амулет, отдавшись в руки Игорю, сможет уберечь его от уродов. Иначе всем им придёт конец. Март понятия не имел, что сможет сотворить Мать, заполучив Глаз Схарма, и не хотел выяснять это на собственной шкуре. Впрочем, ещё на Комбинате, в подвале Лека, Схарм беседовал через амулет с Матерью… Март вспомнил маленького голого мальчика на коленях Лека, и его передёрнуло. Может быть, древний колдун, заточенный где-то в неведомой темнице, сумел выведать у неё план подземелий, и теперь у Игоря есть надёжный проводник на поверхность. Очень хотелось верить, что так оно и есть…

Март шёл вперёд, зорко вглядываясь в сумрак, боясь увидеть бусину на очередной развилке: знак того, что они уже проходили тут и плутают по кругу — но Тесак вёл их, уверенно выбирая направление в кажущихся одинаковыми туннелях.

И часа через пол, когда даже на Марта уже начали давить эти тесные, длинные, словно кишки, и постоянно петляющие норы, впереди вдруг забрезжил намного более яркий свет, чем тот, что давали укреплённые копателями стены.

Глава 36

Неуклонно спускавшийся и заводивший их глубже и глубже ход ощутимо расширился, а на стенах начали появляться вкрапления зеленоватых кристаллов, точно таких, какой Лек вставил в глаз своего последнего творения — танка, убитого Мартом всего какой-то час назад на «Ботанической». Кристаллы светились, как светился тот осколок в глазнице танка, потухший лишь со смертью своего носителя.

Март почувствовал, что они близки к цели. Невольно подобрался, понимая, что у логова Матери их наверняка будут ждать. Едва ли Мать оставила бы без охраны своё истинное тело. Отметил, что и Барн сжал пальцы в кулак, тут же ощетинившийся стальными пластинами. Шаги их стали медленнее.

Барн первым различил звук и вскинул ладонь, приказывая остановиться.

Осторожно двигавшаяся колонна замерла как один человек, когда далеко впереди показалась вдруг вёрткая фигурка ищейки.

Урод тоже замер.

Ослеплённая тварь не могла видеть их, едва ли слышала, но чуткие ноздри пробовали тёплый, сырой воздух.

Что бы ни создавало воздушные потоки в этих вырытых вручную подземельях, группа Марта шла навстречу такому потоку, и, помедлив несколько мгновений, урод несмело продвинулся ещё на шаг вперёд. Хрустнул песок и мелкий мусор под руками, которыми деформированное человеческое существо опиралось на землю, бегая, словно собака, на всех четырёх конечностях. Длинный нос, единственная выступающая часть на спрятанном под сплошной кожаной маской лице, поднялся, широко раздулись ноздри.

Март забыл, как дышать.

Стоит хотя бы одной твари обнаружить их присутствие, как и все остальные будут точно знать, где искать незваных гостей.

Но сырой и плотный воздушный поток уползал по туннелю прочь от ищейки, вглубь тех лабиринтов, из которых вышли Март и его группа, и ищейка отвернулась, наконец, потрусила в боковое ответвление туннеля.

Люди и леканы — все стояли без движения, пока дробный перестук лап ищейки по полу не затих окончательно, так,