Фантастика 2026-72 - Даниил Сергеевич Калинин

Они молча двинулись дальше и, не сговариваясь, не прося Тесака уточнить направление, свернули туда, откуда вышла на них ищейка.

Ход стал настолько свободным, что растянувшаяся было в подземном лабиринте цепочка вновь собралась одной плотной массой. Люди старались держаться поближе друг к другу, подальше от стен, подсвеченных зеленоватым светом кристаллов, отчего всё вокруг, включая лица людей, приобретало нездоровый мертвенный оттенок. А леканы рассредоточились, готовые первыми отразить атаку, с какой бы стороны она ни последовала.

Кристаллов становилось всё больше, свет от них — всё ярче. Он неприятно жёг глаза ядовитой зеленью.

Второй раз они замерли все, как один, когда, завернув за очередной поворот плавно изгибающегося туннеля, увидели на его полу кости.

Сначала это была малая берцовая кость. Но стоило пройти чуть дальше по дуге, и костей стало больше. Тут были и человеческие кости, и кости животных. Старые, как будто начисто обглоданные, в свете кристаллов они отливали зеленцой. В сыром воздухе теперь явственно чувствовался запах гниющей плоти.

Напряжение нарастало.

Леканы сжимали и разжимали кулаки, люди — нервно тискали рукояти обнажённых клинков. Группа невольно прибавила шагу и, описав полукольцо, они вышли вдруг в огромный зал, несопоставимый по размерам даже с залами станций.

Купол уходил высоко вверх, и Март невольно задался вопросом, насколько же глубоко они спустились по казавшимся пологими туннелям.

Пол тут сплошь был усеян костями, и на многих висели ещё куски мяса. Дальше угадывались сваленные кучами тела, которым лишь предстояло превратиться в скелеты.

Всё это выглядело как огромный открытый могильник.

Вонь от него стояла невыносимая.

И люди, и леканы натягивали на лицо шейные платки, которые носили, чтоб фильтровать бетонную пыль в зоне сдвигов. Ян, опустившись на колени, обматывал тканью морду пса. Март не знал, когда и где потерял свой шейный платок, но за всё время, проведённое в метро, так и не удосужился найти себе новый. Он натянул на нос толстый высокий ворот вязанного свитера.

Тесак присел, внимательнее разглядывая останки. Их покрывал какой-то плотный белёсый налёт, состоящий из тонких, переплетённых нитей. Похожий на паутину, сотканную обезумевшим пауком. Хаотичное кружево нитей в свете кристаллов отливало зеленцой.

— Грибница, — сказал Тесак еле слышно, внимательно рассмотрев нитеобразный покров. — Питается разлагающейся органикой. И… — Тесак взглядом проследил раскинувшийся повсюду и теряющийся где-то в глубине подземелья ковёр, — возможно, питает что-то там, дальше.

Март оглянулся.

В просторную пещеру выходило множество туннелей, подобных тому, через который они вошли сюда. В любом из них в любой момент могли появиться орды уродов.

— Надо двигаться дальше, — сказал Март достаточно громко, чтобы его услышали не только леканы, но и люди. — Она где-то здесь, я уверен.

Тесак кивнул, поднимаясь.

— Пространство огромное, но открытое, — ответил он, окидывая взглядом паутину грибницы. — Стоит разделиться на группы по двое или хотя бы растянуться цепью… Мы не знаем, что именно ищем, и как выглядит истинное тело Матери, — добавил он. — Может быть, это, — он кивнул на грибницу, — и есть её истинное тело.

Март замер, поражённый. Такая мысль даже не приходила ему в голову. А ведь Тесак был прав. Они рассчитывали найти тут очередного урода, но все уроды изначально были людьми. Человеческими детёнышами, похищенными или выращенными прямо тут, в Улье, в тех жутких созданий, что годами терроризировали улицы Города. Но это вовсе не значило, что и Мать обязана была быть человеком…

— Тогда придётся выжечь тут всё, — пробормотал он, новым взглядом окидывая подземелье. Но тут же встряхнулся, мотнул головой. — Нет. Нет, у Матери должно быть какое-то… — он запнулся на секунду, подыскивая слова, — другое тело. — Пояснил в ответ на недоумённый взгляд Тесака. — Игорь не много говорил о Матери, но когда рассказывал что-то…. — Март живо вспомнил ужас, сквозивший во взгляде предателя, когда тот произносил слово «Мать». — Он точно видел её собственными глазами, и это была не… грибница.

Тесак кивнул, без возражений приняв объяснение.

— Растягиваемся цепочкой, — негромко бросил Март, повернувшись к внимательно слушавшим людям. Ворот свитера ещё приглушил его слова. — Барн, тебе и Штефу нужно держаться так, чтобы успеть к любому на случай атаки. — И добавил, обращаясь уже ко всем: — Ищем что-то живое и страшное.

По толпе Губителей прокатились нервные смешки.

Пёс Яна, которого тот теперь придерживал за поводок, дёргал шкурой, беспокойно оглядываясь.

Растянувшись длинной, редкой цепью, они пошли к противоположному концу бескрайнего зала, теряющемуся где-то во мраке. Двигались медленно, стараясь обходить груды полуразложившихся тел. Гулко стучали перекатывавшиеся по полу кости. Подошвы — рвали нежную ткань расползшейся повсюду грибницы. Хлюпала под ногами сероватая жидкость: то ли скопившейся конденсат, то ли продукты разложения сваленных в кучу тел. Но уже через десяток метров цепочка вновь замерла, поражённая новой находкой.

Тесак сразу же устремился туда, откуда дон еслось сдавленное ругательство. Человек с брезгливым любопытством разглядывал ссохшийся, явно безжизненный кокон. Наполненный некогда жидкостью, раньше он явно напоминал яйцо насекомого, но жидкость то ли испарилась, то ли вытекла, оболочка потускнела и стала почти непрозрачной. И всё же в продолговатом яйце, достигавшем не менее полуметра в длину, угадывались очертания так и не вылупившегося существа.

— А ну-ка, — пробормотал Тесак, склоняясь над находкой. Чтобы вскрыть высохшую, истончившуюся оболочку, ему хватило лезвий, спрятанных под ногтями.

— Губитель… — прошептал кто-то в толпе, когда половинка яйца легко отошла от второй своей половины, и с края её осыпалась внутрь, припорошив содержимое, иссохшая в тончайшую пудру слизь.

Внутри яйца, свернувшись калачиком, покоился мёртвый зародыш гарпии.

Именно так назвал бы Март это странное существо.

Оно лишь отдалённо напоминало гарпий, которых каждый видел на улицах Города, поскольку никогда не было человеком. Всё сходство заключалось лишь в невероятно удлинённых пальцах с остро заточенными когтями. Но верхняя часть тела напоминала скорее головогрудь насекомых, а на месте рта даже на ссохшемся, мумифицировавшемся теле можно было различить жвалы.

— Полагаю, именно так и выглядели уроды изначально, — сказал Тесак, осторожно касаясь мёртвого тельца. Казалось, то готово было в любую минуту рассыпаться в прах.

— Ну и дрянь, — прошептал Штеф.

Март склонен был согласиться.

— Но это было невероятно давно, — продолжил Тесак, внимательно рассматривая голову твари, крохотные ручки с длинными когтями, ноги, выглядевшие почти нормально. — Даже легенд не сохранилось. А подобные ужасы