Фантастика 2026-83 - Алекса Франс

Процессия скрылась за поворотом, а я продолжила мыть стекло уже машинально, стараясь не думать, что меня видели. Я хотела раствориться, стать невидимой. Но вместо этого в голове крутились мысли насчет Даниэля. Ребенок так робко протянул руку незнакомой девушке, а сейчас шел по улице, словно готовился уничтожить весь мир.

Я никогда не думала, что смогу так быстро сформировать мнение о человеке. Но сейчас, я понимала: каким бы ни был лорд Арчибальд — воспитывать детей он не умел. Холодный, гордый и беспринципный.

Я сделала шаг назад, оглядела почти чистое окно и облегченно выдохнула. Но радость длилась недолго. Дверь трактира скрипнула, и я обернулась.

На пороге стоял Руперт. С подбитым глазом.

Глава 8. О том, как я стала ведьмой

Я замерла у окна, перебирая в голове все возможные ругательства. Руперт и так слаб, а я его еще и долги выбивать отправила! Я злилась и на себя, и на ситуацию, и на Руперта… Но больше всего на себя. Особенно зная, что у него, вероятно, старческая деменция… Дура, дура, дура!

Дедушка стоял в дверях, тяжело дыша: в одной руке корзина, в другой — платок, который он прижимал к лицу. Подбитый глаз налился багрово-синим, а из рассеченной брови сочилась кровь. Тряпка оказалась брошенной на подоконник и я подлетела к нему, выхватывая корзину:

— Что случилось?! Вы в порядке?

— Тьфу, — он сплюнул в сторону и сел на ближайший стул с таким видом, будто дом на нем держится. — Случилось, что пошел я к Грубирсам. Думал, раз внучка вернулась, трактир оживает, то дела делать надо, — все, как ты сказала! Взял у Марты дрожжи, во всем Эле только она умеет их делать из закваски, чтобы они долго не портились, а потом… Попросил вернуть долг, сначала вежливо, но когда они начали отмахиваться, я попробовал быть грубее… А они… — он махнул рукой, потом болезненно поморщился. — Они меня, понимаешь ли, пинками за порог! Да еще и словами такими обложили, что тебе слышать не положено!

Я выдохнула и почувствовала, как у меня сжались кулаки. Я еще ни разу здесь не позволяла себе так открыто разозлиться. Все старалась быть разумной, спокойной, планирующей. Но в этот момент злость, настоящая, горячая, поднималась по горлу. Облик Марты Грубирс всплыл перед глазами, напомнив мне, что с этой женщиной нужно быть поаккуратней. А если мадам Грубирс вызвала у меня отторжение, то ее благоверный уж точно должен оказаться не менее мерзким типом.

— Значит, — выдавила я, стараясь говорить ровно, хотя голос дрожал, — будем идти иными способами. Если они еще раз окажутся рядом с таверной — даже на порог не пускай!

— А где мы будем брать свежую выпечку? А соленые крендельки к элю?

— Обойдемся, — фыркнула я. — Не будем приносить им прибыль, и все!

— Но Софи, нам же нужно чем-то кормить гостей, — Руперт опасливо покосился на меня. — А держать повара слишком дорого, мы не можем себе позволить…

Фиона материализовалась прямо за моей спиной и театрально всплеснула руками:

— Раньше у нас служил такой волшебник на кухне, ты бы знала! Сильвестр творил чудеса! Его выпечка затмевала даже те десерты, что привозили из столицы!

— Ты же бесплотная, как ты могла попробовать? — скептично нахмурилась я.

— Я тогда была ребенком, пока…

— Понятно, он тоже давно мертв, — я хотела схватиться за голову, но потрепанный вид Руперта не давал мне этого сделать. — Я сама буду готовить. И обслуживать. И убирать.

— Софи, девочка, ну… — начал он, но я резко посмотрела ему в глаза.

Я достала сухую чистую тряпку, которой планировала вытирать разводы, и подошла к нему поближе. Я осторожно промокнула кровь, и он поморщился, но не отстранился.

— Не «девочка». Ты сам видел, что они сделали. Значит, никакой помощи от соседей ждать не стоит. Придется все самим. Я понимаю, что тебе сложно это принять, но я поняла свои ошибки и теперь буду тебе помогать. Мы справимся, дедушка.

Руперт шумно вздохнул и прикрыл здоровый глаз ладонью. От той нежности, что заполнила его взгляд, мне стало неловко. Какой же была его внучка, если он сейчас смотрел на меня, как на чудо. Он поспешно прокашлялся и тихо заговорил.

— Я принес, что ты просила. Только с мясом не вышло, мясник сказал прийти завтра утром, он отложит для нас… — он кивнул на корзину. — Я собрал остальные долги, люди поняли, что мне действительно нужны эти деньги, так что… Да и многим не пришли поставки, какой-то корабль разбился у берегов, Штормфорд остался без снабжения… Эти звезды с неба!

Еще и какой-то корабль разбился! Час от часу не легче… Но мне сейчас не до глобальных проблем. Мне бы хоть как-то трактир в порядок привести.

Я заглянула внутрь корзины. Дрожжи в горшочке, сахар, соль, кочан капусты, пара перышек зеленого лука, картофель и нечто похожее на твердый сыр. Скудный набор, но для меня он сейчас был дороже золота. Потому что это — начало. Хоть дрожжи и придется экономить, а то у Грубирсов я их покупать не собиралась. Из чего же их делают?..

Я посмотрела на кошель, что не стал больше, но пока решила его не трогать. Что-то мне подсказывало, что пятьсот элов там точно не наберется.

— Этого хватит, — сказала я твердо. — Мы приготовим еду, почистим зал, и люди придут. Хоть кто-то. Хоть один человек — и все уже будет не зря.

Фиона закатила глаза:

— Господи, какая пафосная речь! Я бы аплодировала, если б могла. Но, если честно, у тебя глаза горят так, что я даже почти верю! Смотри, потомок, твои плоть и кровь возвращают этому местечку жизнь! Еще немного, и будем балы устраивать…

— Оставь это дело столице, максимум, что мы тут можем организовать, — это пару пьяных драк, — я натянула на лицо фальшивую улыбку. — Так что не жди от меня невозможного…

Я поставила корзину на стол, разложила продукты, стараясь придать им вид «богатства». Потом снова взглянула на Руперта. Он сидел сгорбленный, усталый, но в его лице появилось что-то новое. Словно он впервые за долгое время почувствовал, что не один.

— Будем держаться, дедушка, — повторила я, уже мягче. — Они нас не добьют.