Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

- Значит, ты не хотела обидеть? – уточнила Алина.

- Конечно, нет! – горячо заверила я, – А что я сказала не так?

- Видишь ли, – начала русалка, и я впервые увидела её печальной, – Русалкой становится не каждая девушка. И не каждая утопленница. Нужно три основных вещи: чтобы девушка была красивая и непорочная, чтобы добровольно утопила сама себя и чтобы она утопилась от несчастной любви. От любви без взаимности. Тогда она становится русалкой. Вечно юной, умеющей жить под водой, способной к чародейству и магии, и всё такое прочее. Но нет палки без второго конца. Русалка до конца своих дней обречена любить только одного мужчину, того, из-за которого она утопилась. Другие для неё не сущестуют. Словно и не мужчины вовсе, а так, кочка на двух ногах. К другим у неё ни любви, ни страсти, ни просто интимного чувства нет и быть не может. Понимаешь, Васька, некоторые русалки пробовали, с первыми попавшимися, даже очень симпатичными мужчинами … и ничего! Вообще ничего! Противно, гадко и … мерзко! Вот и все чувства! И ещё стыдно. Перед своей неизменной и неизбывной любовью стыдно. Перед самой собой стыдно. Так стыдно, что хоть второй раз топиться идти! А ты мне: «бери, пользуйся».

- Прости Алиночка, – искренне сказала я, – Прости меня, дуру глупую! Прости, что заставила тебя на такую больную тему говорить.

- Ну, на втором курсе всё равно это подробно рассматривается, – обычным голосом пояснила русалка, – Тем, кто на курсе демонологии, всё объяснят подробно и в тонкостях, а нам расскажут вкратце, но ты бы всё равно об этом узнала. Разве что, не от меня. И, между прочим, то о чём я рассказала, не мешает нам, русалкам, заботиться о своих подругах!

Я молча бросилась подруге на шею. Горло так сдавило, что слова из меня не лезли.

- А теперь, колись! – шепнула русалка.

- В чём?

- Как тебе Ванька Дураков? Нравится?

- Честно? – задумалась я на мгновенье, – Нравится. Очень нравится. Он такой сильный, надёжный, к нему хочется прижаться и забыть про всё на свете. Только … Только ничего у нас не будет. Он вон какой, а я маленькая дура-ведьма. За что меня любить?

- Ну, это ты к себе несправедлива, – критично возразила Алина, – Нам-то ты нравишься, значит, есть за что.

- Кому это, «нам»?

- Нам. Мне, которая твоя подруга, которой ты просто нравишься, и Ваньке, который вообще влюбился. Тоже, разглядел, получается.

- Врёшь ты всё! – зажмурилась я и ещё сильнее прижалась к подруге.

Глава 18

В жизни всегда есть место подвигу, хочешь ты того или нет!

Семён Альтов.

Первый мой личный меч мне выковал гном Плизь. Даже среди гномов авторитетный кузнец. Как-то Роман Викентьевич мимоходом заметил, что пора начинать тренировки с настоящим мечом, а не с железными палками. Железная палка, это на самом деле железная трубка по длине меча, внутренность которой залита свинцом. Для веса. Тот, кто привыкнет сражаться такой железной палкой, а потом возьмёт в руки обычный меч, обязательно воскликнет: «Лёгкий-то какой!». Ну, да, по сравнению со свинцовой болванкой меч ощущается как пёрышко. Только, господа хорошие, для этого сперва нужно к железной палке как следует приспособиться. Чтобы она легко и привычно в руке сидела. В скобках замечу: в любой руке. Хоть в левой, хоть в правой. А поначалу эта свинцовая болванка вообще казалась неподьёмной. Сколько раз я себе ноги отшибала, выронив железяку из рук! Как мне тяжко было лекции писать, непослушными пальцами после занятий с болванкой! Ой, да я, наверное, половину зубов истёрла, скрежеща ими от натуги во время тренировок! А господин Кольцов только посмеивался, легко вращая во все стороны такую же палку в своих мозолистых руках.

Так вот, когда он обмолвился, что пора начинать тренировки с настоящим мечом, я заглянула в кладовку Толстого Хиля и отобрала по весу примерное количество железяк, чтобы из них можно было бы выковать меч. И отправилась к гному Плизю, потому что к тому времени уже наслушалась про его искусство.

Мастер выслушал меня и выпучил глаза.

- Зачем?! – искренне изумился он, – Зачем портить одну хорошую вещь для того, чтобы сделать другую хорошую вещь? Тебе нужен хороший металл? У меня есть хороший металл! Тебе нужно, чтобы я сделал из него меч? Я сделаю из него меч! Но, зачем же для этого нужно уничтожать две прекрасных секиры, тем более, что одна из них моей работы? И булава вполне приличная, тоже жалко. Да и в деньгах прямой убыток. Сколько ты мне заплатишь за работу? Ну-у-у, половину стоимости меча, два золотых …

- Ско-о-олько? – опешила я.

- Два золотых, – пожал плечами Плизь, – А если тебе нужна хорошая работа, то два с половиной.

- Ух, ты! – только и выдавила я из себя. Это оказалось гораздо выше того, на что я рассчитывала.

- Так я и говорю, – закончил кузнец мысль, – Если делать из твоего металла, то выйдет только за работу, два или два с половиной золотых. Если делать из моего металла, который, я говорил уже, не хуже, будет четыре или пять золотых. Но! Но тогда я могу купить у тебя это оружие, которое ты собиралась отдать в перековку. Куплю я, конечно, по дешёвке, иначе мне резону нет, ну-у-у … за пять с половиной золотых, например.

- За сколько? – опешила я вторично.

Гномы, которые хулиганили в таверне, у которых я отобрала оружие, и между прочим, вполне справедливо отобрала, приходили ко мне, предлагая выкупить свои железки, но я не представляла о какой сумме может идти речь.

- Максимум, за шесть! – неправильно понял мой возглас Плизь, – Это максимум! Но, тебе же всё равно будет выгоднее! Ещё и на целый золотой богаче будешь! Но, вот что я тебе скажу: лучший меч не тот, который хороший кузнец ковал, а тот …

- Я знаю! – перебила я гнома. Я уже приняла решение, – Я знаю, какой меч лучший! Поэтому, можешь забрать лишний золотой себе. С одним условием.

- С каким? – насторожился мастер.

- Ты возьмёшь меня подручным. Бесплатно. К сожалению, я не могу помогать тебе