Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

- Молотобойцем? – скептически уточнил Плизь и демонстративно оглядел меня с головы до ног, – Девочка, ты уверена, что справишься?

- Да, – подтвердила я, – Уверена. Если нет, можешь выгнать меня в шею. А золото останется у тебя. По рукам?

- Ну, что ж, по рукам! – согласился мастер, – В субботу жду. С утра.

Если кто не знает, в чём заключается работа подручного кузнеца, я объясню. Мастер работает с металлом. Подогревает до нужной температуры, собирает нужные полоски металла в блок, сыплет нужные присадки … Но, вот металл готов к ковке. Мастер вытаскивает заготовку из кузнечной печи и кладёт её на наковальню. А сам берёт в руки маленький молоточек. Помощник же хватает тяжёлую кувалду. Мастер тюкает по заготовке своим молоточком. Помощник должен точно повторить удар мастера кувалдой. И не только ударить в то же место! Если мастер тюкнул слабо, то и помощник должен ударить легонько, если мастер тюкнул сильно, то и помощник должен жахнуть со всей мощи. В ту же точку.

На самом деле это непросто. Когда тяжеленная кувалда вырывается из ослабевших от долгой работы рук, сдержать удар, удержать молот, чтобы удар получился не в полную силу, гораздо сложнее, чем кажется. Сложнее, чем просто махать кувалдой целый день. Не один раз старый Плизь, матерясь через слово, орал мне, что я своим ударом испортила заготовку и теперь нужно начинать всё заново. Не один раз у меня сжималось сердце от предчувствия, что мастер выгонит меня из кузни и запретит нос совать в его владения. Даже Горюнюшка, который увязался за мной и теперь сидел в кузне на шкафу с инструментами, топорщил шерсть и недовольно мявкал. Но, обошлось. Быть может, гном оказался внутри добрее, чем казался снаружи?

В первую же субботу, когда я, красная и усталая, ввалилась вечером в заведение Толстого Хиля, добрая тётушка Белья поставила передо мной чашку мятного отвара с мёдом, а я поняла, что не могу поднять рук, чтобы отхлебнуть хоть глоток. Если сейчас кто-то в таверне начнёт бузить, это будет позор для меня, потому что я сейчас беззащитнее мухи с оборванными крылышками!

Наверное, знак охраны Университета сделал своё дело. Обошлось без хулиганств. Чуть позже, собрав все свои силы, я заставила себя поднять руки и, нет, не поднять чашку с отваром, а наклонить её, и нагнувшись, отхлебнуть заветную жидкость. Стало немного легче. Что значит, «почему»? Потому что перед тем, как идти в кузницу, я сама подготовила всё для того, чтобы приготовить этот самый отвар. И в чашке у меня были не только мёд и мята. Я, что, зря в Университете зельеварение учу? Тридцать три ингридиента! И всё равно, даже через час и после четырёх кружек волшебного напитка, руки подчинялись мне ещё не полностью. А назавтра было воскресенье!

- Почему наша Васька не записывает рецепт? – удивилась в понедельник фея Салса, рассказывающая о магической косметологической мази, – В учебнике вы такого не найдёте!

- Я запомню, – мрачно ответила я, – У ведьмы память знаете какая?

Руки висели под партой бессильными плетями и я с тоской думала о том, что уже завтра, во вторник, предстоит занятие у профессора Кольцова. С его ужасными железными палками, которые на самом деле свинцовые.

- Кстати, у тебя карандашик под парту закатился, – не отставала фея.

- Пусть там и лежит, – хмуро предложила я, – Может, он думает, что там его норка!

- Ну-ну! – только и сказала преподавательница магии, окинув меня внимательным взглядом. В смысле, мою измождённую рожу. Пошла между рядов и, проходя мимо, словно мимоходом, похлопала меня по плечу. И в меня хлынул поток сил! Как в богатырского коня! Я чуть не заржала, честное слово!

- О! – только и сказал Плизь, когда в следующую субботу пришёл к кузнице и увидел поджидающую меня. Котёнок сказал «мяу» и полез на знакомый шкаф.

Только я ничего не сказала. Я уже заранее стиснула зубы.

Если бы не предварительные тренировки у Романа Викентьевича, я бы не выдержала. Это точно. А так, хоть какая-никакая, а подготовка была. А ещё злость на себя. Я, что, клякса? Я, что, не выдержу? Это я, ведьма, бог знает в каком поколении, не выдержу махания кувалдой два дня в неделю? Если вы так думаете, то вы меня не знаете! Выдержу!

Глава 19

Добpо всегда побеждает зло, значит, кто победил, тот и добрый.

Михаил Жванецкий.

Я поставила реторту на спиртовку и ещё раз пробежалась глазами по учебнику. Вроде бы всё правильно. Сейчас смесь будет выпариваться, уменьшится в объёме до сорока процентов, и можно будет осторожно вливать в неё очередные компоненты. Жаль только, что запах при выпаривании … ух, до чего ядрёный! В учебнике так и написано: опасайтесь вдыхать пар, возможны негативные последствия для слизистой оболочки и аллергические реакции. А у нас весь курс сейчас этим самым выпариванием занимается! Хоть и в специальном классе, с принудительной вытяжкой над каждой партой. А всё равно, вонь такая, что даже Горюн расчихался. Сидит на своём любимом месте, на шкафу, и чихает не переставая. А Софья Викулишна, вообще из помещения вышла, пообещав вернуться через десять минут. Вроде как, какой-то порошок особый взять забыла. Может, и правда, забыла. А может, такую хитрую отмазку придумала, зная какой запах будет по всей аудитории.

Так, чего-то я отвлеклась. Что у нас дальше? «Возьмите сок фиалкового корня …»

- Какая вонь! – раздалось у меня под боком.

Я мельком оглянулась. Ну, кто бы сомневался! Карминочка с Марвиночкой. Неразлучная парочка. Марвинка сморщила носик и с чувством повторила:

- Какая вонь! Невыносимо!

- Можно подумать, у вас настойка розами пахнет! – огрызнулась я.

- Настойка? – деланно удивилась Карминка, – Настойка ещё терпимо. Какая вонь от этой ведьмы!

И подружки мерзко захихикали.

- Вы, что, обе бессмертные, что ли? – искренне удивилась я, – Или такие рассеянные, что даже страх потеряли?

- А что ты нам сделаешь, ведьма? – нагло спросила Марвинка.

- А что ты предпочитаешь? – полюбопытсвовала я, – Могу раздавить «прессом Магнуса», могу на ленточки порезать «Лезвиями Трисмергалиса», могу расплющить «Молотом Тора», могу сжечь файерболами, могу просто ноги выдрать и вместо рук вживить,