Удачи, NPC! - Легендарный гений

массивные сосульки влаги и минеральных отложений, наросших на потолке за века, — но эффект был тот же. Они рухнули вниз, как копья богов. Крупные обломки камня последовали за ними. Грохот стоял невообразимый. Хитин трещал, ломался. Твари взревели от боли и ярости. Некоторые были пригвождены к полу, другим перебило лапы или придавило панцири. Но твари оказались живучими. Ни одна сразу не погибла, но стоит признать, движение хаотичной толпы резко замедлилось, превратившись в конвульсии и беспомощные попытки вырваться из каменного плена.

— Лорен! — крикнула Элдарина, отступая шаг, пытаясь восстановить собственное дыхание. Интересно. Она использовала очень мощную магию, однако эта магия скорее управляет окружающими элементами. Типа из-за этого она и является элементалистом? Весьма интересный класс, который полагается на окружение и воображение своего обладателя.

Пока я размышлял, маг поднял руки. Вокруг его пальцев сгустился ослепительно-белый свет. Воздух затрепетал от сконцентрированной мощи. Он произнес слова заклинания — резкие, отрывистые слоги, которые я не смог разобрать из-за его шепота. Из его ладоней вырвался Столп Чистого Пламени. Это был ослепительный луч бело-голубого огня, жар от которого почувствовали даже мы, стоящие в укрытии. Он ударил точно в центр скопления покалеченных и обездвиженных тварей.

Результат был мгновенным и ужасающим. Вода на камнях вскипела. Хитин не плавился и не горел, а тупо начал испаряться. Маслянистая слизь вспыхивала яркими факелами. Воздух наполнился треском лопающегося панциря, шипением кипящей плоти и нечеловеческими воплями агонии. Запах гари и жареного мяса смешался с прежней вонью, создавая тошнотворный коктейль. За считанные секунды от десятка Клешнежоров остались лишь обугленные остовы и лужицы кипящей органики. Уязвимость к огню — моя догадка подтвердилась с лихвой.

Но тишина не наступила. Шум битвы и запах жареной плоти стали новой приманкой. Из темноты, из воды, из-за каждого уступа хлынула новая волна. Сколько их было? Сотня? Может, и больше. Во время боя не было времени считать тварей. Целая армия ржаво-хитиновых тварей, шипящих, щелкающих клешнями, пришла в движение. Их алые глаза-бусины горели слепой яростью. Они заполонили подходы к площадке, карабкаясь друг на друга, несясь вперед, не обращая внимания на дымящиеся останки сородичей.

— Черт возьми, — мелькнуло у меня в голове с ледяным ужасом. — Без этих ребят… мы бы просто сгинули здесь. Даже с "Костедрожем". — Масштаб угрозы стал ясен окончательно. Зачистить это место в одиночку или даже вдвоем с группой уровня Сакуры было бы чистым самоубийством. Эти авантюристы, их координация и специализация — единственный шанс.

— ОГОНЬ НА ОРУЖИЕ! — рявкнул Громдал, чей голос на секунду заглушил шипение тварей. — ВСЕМ, КТО МОЖЕТ! Ниббл, завеса!

Гоблин-алхимик лихо швырнул несколько стеклянных шаров вперед, на пути основной массы тварей. Шары разбились, высвобождая густую, быстро растекающуюся жидкость. Лорен щелкнул пальцами — крошечная искра прыгнула в лужу.

Фум!

Вспыхнула широкая стена огня, высотой по грудь орку, преграждая самый прямой путь. Твари в передних рядах, не успев затормозить, врезались в пламя с воплями, и их хитиновые панцири мгновенно почернели.

Тем временем бойцы действовали с отлаженной точностью. Сильвера смочила наконечники стрел в небольшой чаше с маслянистой жидкостью, которую поднес Ниббл. Ее лук взвыл — стрелы, оставляя за собой шлейф огня, впивались в глаза, суставы клешней, щели в панцире впереди идущих монстров, пробиваясь сквозь пламя завесы. Каждая стрела вызывала болезненный взвизг и замедление твари. Слева, на другом фланге, Рогар работал своим арбалетом с поразительной скоростью. Его болты, тоже горящие, били ниже и точнее — в сочленения лап, в брюшную пластину, пытаясь свалить тварей или хотя бы замедлить их подход. Каждой твари требовалось несколько попаданий, но урон огня был очевиден — хитиновый покров трескался, плавился, обнажая уязвимую плоть.

Громдал встал в авангарде, прямо перед узким проходом, который мы контролировали. Его двойные топоры, обильно политые тем же "керосином" Ниббла, пылали адским пламенем. Он не ждал атаки — он сам ринулся навстречу первым прорвавшимся сквозь завесу и обстрел Клешнежорам. Его стиль был яростным, но не безрассудным. Он не рубил наугад, а наносил короткие, мощные удары по клешням, пытающимся его схватить, по суставам, по мордам. Каждый удар сопровождался шипением горелой плоти и отчаянным визгом твари. Пламя с топоров перекидывалось на хитин, заставляя монстров отступать или становиться легкой мишенью для Сильверы и Рогара. Он был живым щитом, пламенным барьером, сдерживающим основной напор.

Я стоял чуть сзади, между Лореном и Элдариной, наблюдая. Мой Коготь Ледяного Вепря был наготове, но поднести к нему огонь было бессмысленно — холодное сияние клинка и иней, стелющийся по лезвию, мгновенно гасили любое пламя. Моя роль свелась к охране магов и готовности броситься на подмогу, если прорвется кто-то особо шустрый.

Спайк на плече слабо потрескивал, накапливая ману — его искры сейчас были бы каплей в море, но я придержал его на крайний случай. План зачистки был весьма хорош, и, честно говоря, мне сложно представить, что должно произойти, чтобы мне нужно было вмешаться.

Работа групп была впечатляющей. Дисциплина, доверие к лидерам, четкое понимание своей роли. Ниббл метко кидал фляжки с горючей смесью туда, где твари пытались обойти огненную завесу. Элдарина, если это требовалось, точечными струями ледяной воды сбивала особенно резвых, давая время лучникам добить их. Лорен не тратил силы попусту. Его взгляд постоянно сканировал болото за стеной тварей, выискивая угрозу поважнее. Они держались. Сотня яростных монстров разбивалась о их организованную оборону, как волна о скалу, оставляя у подножия все новые обугленные и искалеченные трупы.

Несмотря на уровень Глубинных Клешнежоров, который колебался от 19-го до 21-го, авантюристы постепенно решали проблемы с местными обитателями. Удивительно, насколько полезны оказались мои сведенья. Всего за пару часов Лорен не только придумал великолепный план, учитывающий множество мелких деталей, но и дал время на подготовку Нибблу, зелья которого сыграли в этой битве ключевую роль.

Именно в этот момент вода в ближайшей заводи, до сих пор лишь рябившая от суеты тварей, вдруг… вздулась. По поверхности пошли тяжелые, концентрические круги. Воздух содрогнулся от низкого, гулкого рычания, который почувствовали скорее грудью, чем ушами. Пламя на завесе и топорах Громдала вдруг заколебалось, как от сильного порыва ветра, которого не было.

Лорен резко повернул голову, и его глаза сузились до щелочек за стеклами очков.

— Элдарина! Щиты! Всем! — его голос прозвучал с новой, стальной ноткой. — Он идет! Громдал, отход на позицию!

Громдал, только что с размаху раскрошивший клешню очередной твари, мгновенно отскочил назад, и его горящие топоры заняли оборонительную позицию. Сильвера и Рогар прекратили обстрел мелкой цели, а их взгляды устремились к заводи. Даже