Воины Пустошей Хаоса - Клинт Ли Вернер

Только Дорго и Йорул задержались возле трона, прекрасно понимая причину гнева Хутги.

— Дураки! — злобно выругался каган. — Слепые крысы! Как они могут не видеть дальше своей зависти и ненависти? Все владения могут обратиться в прах, а они и пальцем не пошевелят, если это будет означать помощь другому племени!

Дорго разделял разочарование отца. Он боялся, что не сможет убедить вождей других племен в том, что в смерти Лока повинен Собиратель Черепов. Он надеялся заставить их отнестись серьезно к страшной угрозе, с которой они столкнулись, объединиться против общего врага.

Вместе они, возможно, имели бы шанс противостоять безжалостному убийце. Дорго осмелился разделить надежды отца. Теперь-то он понимал всю их тщетность. Вожди слишком высокомерны, слишком одержимы своими амбициями, чтобы забыть о разногласиях. Заставить их поверить в возвращение Собирателя Черепов оказалось несложно. Проблемой было убедить их, что никто не сможет победить его в одиночку.

— Ксаба, вероятно, уже движется по землям мухаков, — заметил Йорул. — Теперь, когда он знает, что Лока нет, мухаки станут легкой добычей для его всадников. Если, конечно, в их земли уже не вторглись сейфаны.

— Нхаа ускользнет обратно в свой лес, — рассудил Хутга. — Эта скотина останется там ждать часа, когда завоняет слабостью. Реальная угроза будет исходить от ваанов. Ратха не станет беспокоиться о Ксабе или Тулке, он позволит им сцепиться, завоевывая мухаков. Он знает, что Нхаа пока останется в Сером лесу. Мы — единственная угроза его амбициям.

— А сулы? — спросил Дорго.

Хутга некоторые время обдумывал его вопрос.

— Я не могу сказать, что движет сулами. Разум тонгов не настолько извилист, чтобы понять их планы, но я не могу забыть, что, когда Энек Зьяр созвал совет, он знал не только о возвращении Собирателя Черепов, но и о том, что Лок и Бледа пали от его меча. Я думаю, помимо нас только сулы сознают опасность, угрожающую владениям.

— Так что же они будут делать? — спросил Йорул. — Я не думаю, что Энек Зьяр настолько глуп, полагая, что Ратха когда-либо простит прошлые интриги сулов, даже столкнувшись с такой угрозой, как Собиратель Черепов. То, что он собрал вождей, является частью какого-то далеко идущего плана.

— Да, — согласился Хутга. — Это единственное, в чем я могу согласиться с Ратхой. Я скорее доверюсь милосердию Собирателя Черепов, чем слову сулов.

— Даже если это будет означать уничтожение нашего народа? — надавил Йорул.

Вопрос заставил Хутгу задуматься. Внезапно отец показался Дорго хрупким и слабым, уставшим от бремени власти. Каган покачал головой, ему не нравился поворот дел, который следовало обдумать.

— Это не имеет значения, — сказал наконец Хутга. — Что бы ни замышлял Энек Зьяр, попытка объединить племена провалилась. Мы все брошены на произвол судьбы. На мой взгляд, у нас есть два варианта. Мы можем бежать. Покинуть владения и попробовать спастись в Тенеземье.

— Это будет трудное путешествие, — предупредил Дорго.

Опасности владений, по крайней мере, известны. Те, что в Тенеземье, постоянно меняются. Не может быть никакой гарантии, что найдутся пастбища для мамонтов, никакой уверенности, что найдется убежище, когда выпадет снег. Старики и дети не выдержат такого испытания.

— И мы не знаем, не последует ли туда за нами Собиратель Черепов, — добавил Хутга. — Остается еще один выбор, тот самый, который стоял перед нами до явления Чулана Паршивого Языка. Мы готовим наших воинов, точим наши клинки и ждем Собирателя Черепов. Пусть последний бой цавагов будет таким, чтобы стать легендой даже в Охотничьих чертогах.

Меч Собирателя Черепов с хрустом вонзился в грудь последнего из всадников Ксабы. С фаталистической самоотверженностью последние воины поскакали ему навстречу, чтобы встретиться лицом к лицу с врагом, бросаясь на его меч и давая своему вождю время сбежать. Собиратель Черепов наблюдал, как последний враг соскользнул с седла, превращенный в кучу сломанных костей и изрезанной плоти. Убийца мог бы посмеяться над бессмысленностью бесстрашной смерти воина.

Людям, носившим клеймо Кхорна, не было спасения ни в мире смертных, ни в царстве богов. Смерть была их судьбой, смерть во имя Повелителя Черепов, смерть в честь Трона Черепов. Душа будет принадлежать Кровавому Богу На этот раз ничто не остановит резню.

Серые, темные стены Железной твердыни маячили впереди над тощими равнинами, взгромоздившись на широкий холм из вулканической пемзы.

Древние и неприступные, его стены были воздвигнуты магией колдунов Тейогтея и укреплены их темными искусствами. Когда царь умер и власть богов распространилась по его владениям, скверна заразила скалы и камни, деревья и ручьи, песок и небо.

Некоторые места несли на себе более заметные знаки богов, чем другие. Крепость воздвиг Тейогтей для защиты давно заброшенных садов, о которых напоминал лишь искаженный лес Падальщиков. Теперь это была твердыня гахуков, неприступная громада, которая бесчисленное количество раз за свою долгую историю не поддавалась ни осаде, ни колдовству.

Собиратель Черепов видел, как его жертва бросила отчаянный взгляд через плечо, лицо под татуировками побледнело от страха, но улыбка медленно тронула губы человека, и зар снова издал пронзительный триумфальный вой. Жертва его отряда не была напрасной! Враг слишком далеко, его ездовой зверь чересчур медлителен, чтобы покрыть расстояние между ними раньше, чем зар доберется до убежища. Смех Ксабы снова донесся до Собирателя Черепов, вождь наслаждался своим спасением.

Ни двери, ни ворота не портили гладких, нерушимых стен Железной твердыни. Действительно, было похоже, что здание представляет собой цельный кусок металла. Башни и зубцы плавно перетекали в массивные стены без каких-либо заклепок или швов. В пятидесяти футах над равниной часовые наблюдали с зубчатых стен, как их зар галопом мчится к святилищу своей крепости. Люди Ксабы уже бросили первые копья в преследующее его зловещее привидение. Несколько копий вонзились в лохматого волкоящера, вызвав раздраженное рычание рогатого чудища. Другие, отскочив от толстых доспехов Собирателя Черепов, рассыпались в пыль.

Стражники гахуков тревожно закричали, увидев, что Собиратель Черепов прорвался сквозь заградительный залп. Ксаба рискнул еще раз оглянуться, с ужасом обнаружив, что молчаливый убийца приближается к нему, сокращая расстояние с каждым прыжком своего ездового монстра. Хлыст зара безжалостно ударил по бокам лошади, заставляя ее сделать последний неимоверный рывок. Гладкий фасад Железной твердыни вырос перед ним, но зар не придержал коня. За его спиной Собиратель Черепов поднял дымящийся