Тактик 11 - Тимофей Кулабухов

Внешний враг объединяет в сто раз лучше, чем любые разговоры о мире и дружбе.

Я потёр лицо ладонями. Вечером на стоянке напишу длинное письмо Дэршу и озадачу его приёмом новичков. Это будет целый герцогский указ. Кланы — на западные склоны Быков, одиночек и семьи — на восточные, в том числе и откровенно «не лесных» орков. Пусть селятся. Всем объяснять правила, пока что в двух словах. Закончится война, буду строить свой мир и злой охранник на входе в этот мир — это база.

Глава 8

Исход

Северная часть Леса Шершней отличалась от центральной и южной.

Мы потратили полдня, чтобы пройти её и трижды встретили по пути отдельные группы орков-охотников из кланов.

Кланы вступили в борьбу с Вейраном, победили и теперь считали, что вправе охотиться в Северной части.

Мурранг ругался, что мы зря раздали кланам Леса деньги, что половина этих денег будет пропита или потрачена на ерунду уже в течение этой недели.

— Посмотри на них, — пробурчал Мурранг. — Половина из этих денег до вечера осядет в глотках у торговцев выпивкой. Вторая половина будет проиграна в кости. Они возьмут золото и никуда не поедут. Зачем им это? Здесь их дом. А мы просто раздаём им наши ресурсы. Ресурсы, которые могли бы пойти на новые доспехи для армии. Или на жалование.

Его ворчание было привычным фоном для любой моей крупной траты. Он был идеальным финансовым контролёром, всегда играющим роль пессимиста и скептика. Это заставляло меня самого ещё раз проверять свои расчёты.

— Это не траты, друг-гном, это стартовые инвестиции, — спокойно ответил я, не отрывая взгляда от лагеря. — Мы покупаем не их лояльность. Мы покупаем стабильность в регионе.

Я повернулся к нему.

— Посчитай по-другому. Даже если только половина из них действительно уедет, это до семи тысяч орков. Это снизит демографическое давление на Лес Шершней. Оставшиеся кланы получат больше охотничьих угодий и пастбищ. Это уменьшит количество внутренних конфликтов до нуля.

Я говорил на его языке. Языке цифр и выгоды.

— А какая нам беда, будут в Лесу Шершней конфликты или нет?

— Нам есть разница, друг-гном. Если не будет конфликтов сегодня, завтра оставшиеся кланы вырастут в численности. Причём эти непокорные лесные орки — головная боль для Вейрана. И то, что завтра война закончится, не значит, что он вдруг станет нашим другом. Любая проблема в тылу нашего врага — это хорошо, это не даст ему возможности сосредоточиться на мести Штатгалю.

Мурранг в задумчивости кивнул.

— А те, кто уедет, — продолжил я, — создадут в Газарии новую точку роста. Нашу точку роста. Год-два и они освоятся на новой земле.

— И не станут платить налоги, — проворчал Мурранг.

— Подушного налога или налога на землю не будет, однако очень быстро кланам понравится пасти скот, да и торговать шкурами и мясом в Порте-Арми. А там будут платить рыночные сборы на равных с остальными. Это не особенно много в объёме торговли, но это эксклюзивные поставки, продовольственная безопасность региона. Орки продадут мясо и куда потратят?

— На пиво! — буркнул скептичный Мурранг.

— А большинство пивоваров — гномы. А ещё они купят топоры и гвозди. В чьих лавках?

— В наших, — нехотя ответил гном.

— Вот и получается, что каждый золотой, который ты им пару дней назад выдал, вернётся к нам с десятикратной прибылью. Это долгосрочный проект, а не благотворительность.

Мурранг бессвязно заворчал, переваривая мои слова. Он понимал логику, но его гномья душа всё равно протестовала против раздачи золота кому-то, особенно оркам.

«Мы на границе Леса», — доложил мне через Рой Орофин.

«Ну, что там?».

«Никого».

Армия двигалась вперёд, авангард уже подходил к границе Леса Шершней.

Не было суеты или неразберихи. Первый Полк шёл в полном доспехе, а сейчас по приказу Хайцгруга ещё и взяли щиты. Перестраховка.

Головные части чётким шагом двинулась по тракту. За Первым полком, соблюдая дистанцию, потянулись остальные подразделения. Скрипели колеса обозов. Фыркали лошади. Девять тысяч солдат, Орда, единая армия, покидала Лес Шершней, который, несмотря на свою репутацию, надолго стал нашим домом.

Длинная змея колонны выползала из Леса Шершней. Её голова уже скрылась за поворотом, а хвост всё ещё находился под сенью сосен и осин северной оконечности леса.

Я с удовлетворением отметил, что месяцы тренировок и множество маршей не прошли даром. Уровень организации был на высоте.

Вышли, рассыпались группами лёгкие конники, сформировав боковое охранение.

В компании Фомира и Иртыка я направился к высокому холму, который возвышался над трактом за пределами леса. Отсюда, с возвышенности, я мог наблюдать выход всех подразделений и окинуть взглядом равнины за пределами Леса Шершней.

Панорама, открывшаяся с высоты, была достойна кисти художника. Прямо подо мной, следуя изгибам дороги, на север, вилась бесконечная лента моей армии. Походные колонны двигались с выверенной скоростью, обоз не отставал.

— Впечатляет, — тихо произнёс Фомир, отхлебывая из фляги. — Я думал, тут сразу же будут посёлки и возделываемые поля. А тут тоска и пустота.

Пространство. Огромное, открытое, бескрайнее, давящее своей пустотой пространство. Негде было спрятаться. Каждый наш шаг был как на ладони. Небо, затянутое серыми тучами, казалось бесконечным и чужим. Ветер гнал пожухлую траву, и в его заунывном свисте слышалась неприкрытая угроза.

Моя армия, за последние месяцы привыкшая к лесным тропам и болотистым топям, чувствовала себя неуютно. Я видел это по напряжённым лицам солдат, по тому, как они инстинктивно жались друг к другу, формируя более плотные колонны. Лес давал им укрытие, чувство защищённости. Равнина отняла это чувство, оставив взамен лишь тревожную уязвимость.

Я бросил на лес долгий, прощальный взгляд. В нём не было тоски или сожаления. Это был взгляд администратора, который успешно завершил один проект. Я искал безопасности на время, когда война не перейдёт на новый уровень, чтобы оставаться неуязвимым для Вейрана и получил эту безопасность. Я смог пополниться новичками (пусть они не так хорошо подготовлены, как моя болотная пехота), обучить офицеров, отдохнуть и дождаться, пока в войну вступят царственные особы.

Постепенно пейзаж изменился до неузнаваемости. Густые, полные теней леса остались позади. Теперь мы двигались по бескрайним, холмистым равнинам Бруосакса.

Колонна растянулась на сотни и сотни метров, но впереди, по флангам и в тылу было боковое охранение лёгкой конницы.

По степям, способные спрятаться буквально где угодно, едва