Боги, забытые временем - Келси Шеридан Гонсалез

7

Когда танец закончился, Финн обвел взглядом всех матерей, ищущих достойную партию для своих дочерей, – они дожидаются своего часа и готовы чуть ли не силой подталкивать к нему разрумянившихся от смущения потенциальных невест.

Триста самых богатых людей Манхэттена собрались в этом зале под шестью хрустальными люстрами и благодарили свою счастливую звезду, что Глория Фицджеральд соизволила вспомнить о них и прислать приглашение. На деньги, потраченные только на это мероприятие, можно было бы целый год кормить всю городскую бедноту. Ему было стыдно, что он принимал в этом участие.

К нему подошел немного взъерошенный Нед Харрингтон.

– К тебе просто не протолкнуться, и понятно, почему, – сказал он, кивнув в сторону женщин, стоящих в некоем подобии очереди. – Боюсь, как бы мне в спину не воткнули пару ножей, раз уж я проскочил в обход всех. – Нед рассмеялся.

– Так всегда на балах? – спросил Финн, отпивая бренди из бокала.

– Я не знаю, – признался Нед. – Мы новички в этих кругах. Я только недавно возобновил дружбу с Ричардом. Он женился на Глории, и наши пути долго не пересекались.

– Но теперь вы партнеры, он сам пригласил тебя в дело, – сказал Финн. Хотя партнерство, похоже, продержится очень недолго.

– С большой осторожностью, я уверен. Я знаю, что моя дочь создает определенные сложности.

Финн удивился, что Нед так легко это признал.

– Я знаю, намерения у нее добрые, просто она… заводная. – Нед осушил свой бокал и сделал знак официанту принести еще.

Финн вспомнил, как его дочь схлестнулась с ним в споре сегодня утром. «Заводная» – совсем не то слово, которое первым приходит на ум, но свои следующие слова Финн выбирал очень тщательно:

– Поскольку теперь мы партнеры, считаю нужным сказать, что до меня дошли неприятные слухи о вашей дочери.

Красное лицо Неда вмиг побледнело, но он понимающе кивнул.

– Моя жена позаботилась, чтобы история не попала в газеты, но всем слугам рот не заткнешь.

– Есть ли в этом хоть доля правды?

– Смотря что за слухи, – сказал Нед.

У Финна не хватило духу сказать отцу, что его дочь называют дьяволопоклонницей и убийцей.

Официант принес бренди для Неда. Дождавшись, когда он уйдет, Нед спросил:

– Все так плохо?

– Ну… – Финн на секунду замялся. – Да, очень плохо.

Нед закрыл глаза и одним глотком допил бренди.

– Я не знаю, что произошло. У Эммы все было хорошо; она училась в Девонширском пансионе, в выпускном классе. А потом ее исключили. Мы забрали ее в наш летний дом. Флосси, разумеется, не хотела возвращаться с ней в Нью-Йорк. Мы подумали, что переждем за городом, пока разбираемся с новостями о ее исключении. Столько я потратил денег, чтобы история не попала в газеты, и ради чего? Все и так знают. – Он покачал головой, но продолжил. – Дома она вела себя беспокойно, если не сказать странно. Они с моей женой постоянно пререкались. Все было очень нестабильно. А потом Эмма пропала. – Слова Неда текли, как вода из прорванной плотины, быстро и сбивчиво. Он смотрел в одну точку, погрузившись в воспоминания. – Мы искали ее повсюду. Служанка была с ней в саду. Отвернулась буквально на пару секунд, а ее уже нет.

После долгого молчания Финн спросил:

– И что было дальше?

– На следующий день поисковый отряд обнаружил ее в лесу, и больше мы об этом не говорили. Но она стала другая, что-то в ней изменилось. Не могу понять, в чем дело, но что-то меня беспокоит.

– Я слышал, что погиб мужчина. Это правда?

Нед посмотрел на Финна, с ужасом осознавая, что, возможно, сказал слишком много.

– Все останется между нами, – заверил его Финн, хотя слухи уже расползлись.

– Она ничего не делала, но один человек из поискового отряда и правду погиб. Упал в горячий источник и получил сильные ожоги. Спасти его не удалось. Но, конечно, во всем обвинили мою дочь.

Горячий источник? Финн подумал, что это вполне правдоподобное объяснение. По крайней мере, более правдоподобное, чем бредовые россказни бригадира об Овейнагате, Кошачьей пещере. Хотя Нед был прав: его дочь обвинят в любом случае.

Финн осмотрел бальный зал в поисках мисс Харрингтон.

Ее невозможно было не заметить. Она была первой женщиной, которую он увидел, когда только приехал и вошел в салон. И теперь, в переполненном бальном зале, он без всяких усилий нашел ее взглядом. Она сидела в дальнем углу и, кажется, о чем-то спорила с матерью.

– Боюсь, она никогда не получит того признания, которого так отчаянно добивается ее мать, – сказал Нед.

Финн знал, как чертовски трудно бывает проникнуть в высшие круги общества. Ему пришлось постараться, чтобы войти в лондонский бомонд. Там были не рады никому не известному ирландскому лорду. Англичане в принципе не любят ирландцев, но, к счастью для Финна, он был мужчиной и к тому же богатым. И конечно, в Америке его знатное происхождение, пусть даже ирландское, было экзотикой. Неудивительно, что здешние великосветские дамы так настойчиво добивались его внимания.

– Возможно, танец со мной ей поможет, – предложил Финн еще прежде, чем понял, что именно он говорит и зачем.

– Тогда пойдем к ней, – оживился мистер Харрингтон. – И у меня одна просьба: пусть события сегодняшнего утра останутся между нами. Ни к чему лишний раз волновать мою супругу.

Финн понимающе кивнул.

Протиснувшись сквозь толпу гостей, они прошли в конец зала и обнаружили, что мисс Харрингтон сидит в одиночестве, а жена Неда беседует с какой-то дамой и ее дочерью.

Глядя на мисс Харрингтон, Финн подумал, что это неправильно: такая красавица не должна прозябать в уголке. При других обстоятельствах все внимание было бы приковано только к ней, ослепительной женщине, которую все вожделеют. Он почти не верил, что она представляет собой столь серьезную угрозу, как все говорят. Почти.

Он смотрел, как она щурится, наблюдая за другими гостями, приглядывается, оценивает, словно не замечая собственной неосмотрительности. Он подумал, что она скорее озорная девчонка, чем благонравная леди. Да, суждение суровое, но Финн всегда доверял своим инстинктам.

Миссис Харрингтон заметила, кто к ним приближается, и просияла. Ее дочь, напротив, вся сникла. Финн подумал, что она, вероятно, боится, что он заговорит об их встрече сегодня утром.

– Добрый вечер, милорд. – Миссис Харрингтон шагнула ему навстречу, затем обернулась к дочери и жестом велела ей встать. Мисс Харрингтон нехотя поднялась с кресла.

Когда она выпрямилась в полный рост и расправила плечи, Финн на мгновение застыл, завороженный ее движениями. Длинными тонкими пальцами она убрала с