(Не)любимая жена дракона, или Целительница Золотой Долины - Илана Васина

В широко открытых глазах мелькает ужас. Она, наверно, думает о том, какой участи удалось избежать ее сыну. А я думаю о том, какой участи желает мне любовница мужа. И, честно говоря, в этот момент жалею, что вчера посочувствовала гадюке. Не стоило.

Хотя... Что толку жалеть о содеянном! Единственное, что мне остается сейчас, — это разобраться со сложившейся ситуацией.

Я снова вчитываюсь в ровные строки. Интересно, почему в письме ничего не говорится про донос любовницы? Наверно, чтобы не спугнуть меня и не спровоцировать бегство, если я темная магиня. И почему ко мне едет не рядовой маг, а Верховный? Хочет убедиться, что его брат не при чем? Или просто наносит визит новоиспеченной родственнице?

Голова просто пухнет от догадок! Отчаянно роюсь в воспоминаниях, но за свое короткое замужество генерал ни разу не упоминал о своем брате! Не имея информации, выводы строить очень сложно.

— Часто ли господин Верховный Маг навещал здесь своего брата? — осведомляюсь небрежно.

— Так они братья? — удивляется служанка. — Я думала, что однофамильцы.

В ответ неопределенно пожимаю плечами. Если экономка генерала не в курсе, что у хозяина есть брат, что-то тут нечисто. А этот Рейвард, он точно брат? Хотя… Если между братьями далекие отношения, это объясняет, почему Верховный Маг написал мне, а не мужу. И почему муж не говорил о своем брате ни жене, ни экономке.

Как мне следует поступить в этой ситуации? Написать ответ Арканистру и попросить списаться с мужем по поводу визита? Или лучше Арвину сообщить новости напрямую? Мол, в ваше отсутствие, дорогой генерал, кто-нибудь вечно норовит приехать в гости.

Наконец, решаю, что второй вариант будет самый правильный. Как ни крути, с мужем мне еще придется взаимодействовать. К тому же, это мой шанс насолить любовнице. Поворачиваюсь к экономке.

— Марта, у нас есть возможность отправить почту генералу?

— Да, госпожа. У нас есть почтовый ворон как раз на такой случай. Он может доставить письмо в любой момент.

— Тогда я буду очень признательна, если вы еще немного повремените с отдыхом. Я напишу мужу сообщение, которое нужно будет срочно отослать.

Марта кивает, подавляя зевок, и я отправляюсь в спальню. Пока поднимаюсь по ступенькам, прихожу к выводу, что ситуацию можно повернуть себе на пользу. Теперь пусть подлая гадюка не ждет от меня пощады!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 22

Сажусь за стол, берусь за перо и представляю мужа, которому собираюсь писать. Его плотно сжатые губы с мрачно опущенными уголками, острый взгляд, суровое выражение лица... И слова сами ложатся на бумагу:

«Достопочтенный генерал Торн,

Спешу сообщить вам последние новости. Уверена, вы найдете их не менее занимательными, чем я!

Итак, новость дня. Ваш брат, лорд Рейвард Торн написал, что лично собирается нанести мне визит в Золотой Долине. Какое удивительное совпадение! Он написал о своем визите на следующий день после того, как Ваша предприимчивая любовница заявилась к нам домой и пригрозила, что я сгнию в тюрьме для темных магов. Судя по всему, она начала осуществлять свой план с жалобы Верховному Магу.

Что же. Мало кто способен столь беспринципно расчищать дорогу к сердцу избранника. Наверно, ее рвение даже льстить Вашему самолюбию, раз она действует с Вашего молчаливого согласия. Уверена, госпожа Любовница еще не раз удивит нас своим творческим подходом к достижению цели!

Но вернемся к главному. Верховный Маг.

Разумеется, я встречу шурина с почтением, как подобает хорошей жене. Приготовлю ужин, лучшую гостевую комнату из имеющихся, предложу удобное кресло, улыбнусь и выслушаю его вопросы. В любом случае, будьте уверены, генерал Торн, я не позволю ни Вашему брату, ни кому-либо еще превратить наш дом в цирк, а мою жизнь — в театральное представление.

С наилучшими пожеланиями, Ваша жена, Верония.”

Отношу запечатанное письмо Марте и отправляюсь спать. Ответ от генерала не приходит ни на следующее утро, ни на после следующее. И я, признаться, скоро забываю о муже под натиском повседневной рутины. Тем более, дел набирается столько, что я не успеваю даже высыпаться.

Следующие полторы недели пролетают с какой-то космической скоростью. На восходе солнца обычно встречаю мастеров вместе с Томасом, и мы обсуждаем планы на день. В целом, ремонт идет бойко, без серьезных задержек, и мне кажется, причиной тому становится моя требовательность и дотошность. Я выспрашиваю у мастеров планы на день. Причем обмусоливаю каждую деталь этого плана до такой степени, что проблема выявляется еще до возникновения, и решается превентивно.

Закончив с полом, мастера занимаются потолком. Накрывают пол старой мешковиной, чтобы защитить его от повреждений. Потом штукатурят потолок, наносят лепнину и позолоту. После потолков, рабочие вставляют новые окна.

Затем соскребают старую известку со стен, обрабатывают их смесью золы с водой — для обезжиривания — и выравнивают серой штукатуркой. Вслед за этим готовят клей из муки — местной полбы, с помощью которого клеют на стены обои из шелка, нежно-кремового с редкими, золотистыми вкраплениями в форме капель. Эти обои были заказаны в лучшей столичной мастерской, и согрели бы сердца любого эстета!

Потом мастера принимаются расставлять по гостевым комнатам новую мебель. Конечно, кровати с балдахинами они достраивают уже внутри комнаты, как и гардеробы.

После планерки с мастерами я обычно спешу в хижину Милании. Тороплюсь, словно на праздник, хотя прекрасно знаю, что к концу дня буду измотана до предела. Знахарка не дает мне послаблений, три шкуры спускает за каждую ошибку.

Надо сказать, ее строгое наставничество дает свои плоды. Через полторы недели, я отлично разбираюсь в травах и неплохо владею своими энергетическими ресурсами. Благо практики у меня много — поток пациентов в хижину знахарки никогда не прекращается.

Как только мои пальцы касаются кожи пациента, я ощущаю дисгармонию. Больной орган или ткань будто посылает сигнал — либо как жаркую пульсацию, либо холодную, точно снег на ветру.

Стоит мне сосредоточиться, и перед внутренним взором возникают светящиеся линии, похожие на ручейки. Где они пересыхают и обрываются, там и кроется проблема. Главное в исцелении — представить конечный результат. Я визуализирую рану, как разорванную ткань, а затем вижу, как она затягивается, нити складываются, словно паук плетёт паутину. При этом чувствую, как из меня утекает теплая энергия.

Когда лечу, будто ухожу в другой мир. Погружаюсь в тишину, слышу только дыхание пациента. Моя магия проникает туда, где нужнее. Останавливает кровь, снимает жар, затягивает раны.

Хотя не всё