Чародей выходит на охоту - Сергей Борисович Рюмин

— По сигналу она выезжает и блокирует машину налётчиков.

Он устало вздохнул, криво улыбнулся.

— Ну, где-то так… Есть возражения? Предложения?

Шишкин молчал. У меня тоже нечего было сказать, я ж не милиционер, не волкодав-смершевец какой из богомоловского «Момента истины», не планировщик спецопераций по захвату всяких жуликов.

— Тогда пошли в магазин. Антон, останься пока здесь.

Я встал позади киоска. Парочка «модников», следовавших за нами, в магазин не пошла, остановилась недалеко от меня. Закурили. Причем, как успел заметить, «Марльборо». Они посмотрели на меня, я на них. Один улыбнулся мне, подмигнул. Я пожал плечами, хотел отвернуться. Не успел. Подмигнувший подошел ко мне, протянул руку, поздоровался.

— Показчик? — спросил он после рукопожатия.

— Что? — не понял я.

— Ты показчик? — повторил он.

— Кто? — опять не понял я.

— Ну, показываешь, где засаду ставить, — пояснил подошедший.

— Не, — я отрицательно покачал головой. — Я внештатный психолог-консультант.

— Дебил, мля! — обиженно выругался модник, отходя от меня. Я хихикнул ему в спину.

Красавин и Шишкин вышли через двадцать минут. Мы направились обратно к клубу. Опять поднялись на второй этаж. И снова я остался сидеть один в фойе на диванчике. Соню на этот раз вызывать не стал. И так понятно, что в кабинете методиста, ставшим временно штабом, руководители уголовного розыска проводят окончательный инструктаж. Я засмеялся внезапно мелькнувшей мысли: интересно, как Шишкин отреагировал бы, если бы я взял с собой что-нибудь из своего арсенала? Например, немецкий карабин Маузера… Ну, а что, они наверняка все при оружии.

Кстати, ни Воронцова, ни Шаркова в клубе я не увидел. Типа, не царское это дело, получается?

Ровно в полдень дверь кабинета распахнулась. Народ потянулся на выход. Некоторые держали в руках здоровые, похожие на увеличенные школьные пеналы только с длинными стержнями антенн, рации.

С площадки перед клубом отъехала одна буханка. Только поехала она вдруг не в сторону магазина, а на выезд, на трассу.

«С другой стороны подъезжать будут, чтоб не светиться!» — понял я.

Следом за ней тем же маршрутом двинулась и вторая буханка. Шесть человек, одетые в спецовки, поодиночке пошли к магазину: по разным сторонам улиц, дистанцируясь друг от друга, а кто-то, даже прихлебывая на ходу водичку из чекушки и характерно занюхивая грязным рукавом каждый глоток. Артисты!

Я с Шишкиным пошли вполне открыто, не прячась. Дошли до киоска. Он постучал. Дверь нам открыла тетя Люся, которая работала здесь, сколько я себя помнил. Летом она еще заодно газировку разливала, причём тут же, рядом с «Союзпечатью».

Меня она тоже узнала, даже поздоровалась:

— Антон! А ты тоже что ль в милицию подался служить? А мать как? Как у неё здоровье?

Всё это она протараторила с частотой пулемета. Я едва успел ответить на один вопрос, она тут же задавала еще три.

— Людмила Ивановна! — строго прервал её Шишкин.

— Всё, всё, ухожу! — заторопилась старушка. — Будете уходить, ключик повесьте на гвоздик рядом с дверью. И обогреватель выключить не забудьте!

Она накинула пальто, обвязалась платком и поспешно ушла. Шишкин огляделся. Стул был только один, и на него уже приземлился я. Он прислонился к стене.

— Нас снаружи не видно, — заметил он. — Всё газетами закрыто. Ты посматривай через окошко. Минут через сорок начнётся.

Поодаль, метрах в пятидесяти, ближе к знаменитой «Тошниловке № 7», где мы воровали пирожки, стоял серый «Москвич-401», древний, как отходы жизнедеятельности мамонта. В его движке ковырялся старенький дедок, сдвинув на затылок рваный кроличий треух.

Глядя на него, я почему-то вдруг подумал, что мог бы потихоньку наложить «каменную кожу» на всех ментов, участвующих в захвате, подстраховав их от пуль. Мог, но упустил, забыл. И тут же подумал, что мои конструкты защиты не сработали бы, развеялись потому, что мы выдвинулись на свои места заблаговременно, аж за час-полтора до предполагаемого нападения. А мои заклинания действуют, если, конечно, они не вложены в артефакты, типа перстня, максимум, час. Разве что Вень Венича успею прикрыть, да этого деда у «Москвича» на всякий случай от шальной пули.

Дед словно почувствовал мой взгляд, посмотрел в нашу сторону и едва заметно махнул рукой из-под капота. Жест был практически заметен только нами.

— Наблюдатель, — подтвердил Шишкин. — Наш.

Вот никогда бы не подумал! Станиславский сучил бы ножками от восторга.

В половине второго к «Тошниловке» подкатил мусоровоз.

— Мясо привез с картошкой для столовой, — пошутил я вполголоса.

— Балбес, — беззлобно ответил Шишкин. — Демьянов подкатил.

— Точно, — согласился я.

Демьян-старший выскочил из кабины, подошел к старику, закопавшемуся в двигателе, что-то спросил. Тот выпрямился, ответил, сунулся в кабину, достал «кривой стартер» протянул водителю мусоровоза. Демьян взял стартер, воткнул под бампер «Москвича». Старик залез в кабину. Демьян крутанул раз, другой, третий. «Москвич» чихнул, завелся вроде, потом чихнул еще раз и заглох.

Демьян развел руками. Они перебросились еще фразами. Старик показал куда-то рукой в сторону гаражей. Демьян отрицательно мотнул головой и снова развел руками.

— Ну, Семеныч, ну, артист! — восхитился в очередной раз Шишкин. — Он Демьяна уговаривает, чтоб тот его оттащил к гаражам за остановку. И могу поспорить, что, когда он закроет капот, его рыдван заведется с пол-оборота! Так, внимание!

К столовой подъехала еще одна машина, на этот раз белая «волга». В салоне находилось четыре человека. Демьян не спеша подошел к ней, встал сбоку, пошарил по карманам, достал сигареты, спички. Так же, никуда не торопясь, прикурил. Было видно, как опустилось боковое стекло. Со стороны было даже не заметно, что Демьян и человек в салоне автомобиля общаются. Ну, встал человек возле машины, закурил. Что такого?

Шишкин вытащил из-за пазухи рацию, нажал клавишу-тангенту:

— Внимание всем, вижу белую «волгу» госномер «2192 Пётр Елена Роман». В салоне четверо игроков. Наблюдаю контакт с Наводчиком.

Он отпустил клавишу. Тут же в динамике раздались хрипы, шумы и голоса других сотрудников:

— Второй понял!

— Третий принял.

— Четвертый принял.

— База, всем внимание! — я узнал Красавина. — Быть наготове!

Демьян развернулся и вихляющей походкой направился к магазину. К «нашему» магазину. Проходя мимо деда, он хлопнул его по плечу. Дед дёрнулся, стукнулся головой о задранную крышку капота, выпрямился, погрозил Демьяну кулаком. Демьян обернулся, весело помахал рукой.

— Наводчик идёт к объекту, — сказал Шишкин в рацию. — Наводчик идёт к объекту!