Фантастика 2026-147 - Максим Шаравин

приказы. А здесь, на грязной площади Тихого Камня, всё было проще. Клетки, те, кто ставил опыты и те, кого удалось вытащить. И маленький чёрный как уголь котёнок, который больше не должен бояться человеческих рук.

Ардор поднялся.

— Рош, всех халатников отдельно. Охрану двойную. Документы — в контейнеры. Установку не трогать до прибытия спецов. Рабов и детей первыми на эвакуацию. Животных не уничтожать без решения специалистов.

Нинго снова сверился с планшетом.

— Предварительно: лаборатория работала минимум шесть лет. Финансирование через три истарских рода, два торговых дома, балларийский канал и неизвестного заказчика с шифром «Учитель». Часть узлов установки слишком качественная для местных.

Ардор погладил котёнка пальцем по голове. Тот закрыл фиолетовые глаза и снова тихо замурчал. Очень слабо, почти неслышно, но живо.

— Тогда продолжаем, — сказал Ардор.

Он посмотрел на дымящийся посёлок, на ущелье, на людей, которых выносили из нижнего города, и почувствовал знакомую тишину внутри. Не спокойствие, но решение.

— До корней.

Андрей Земляной

Сорок третий — 6

Глава 1

Король Логрис созвал Совет Властителей поздно вечером, назначив встречу под утро. И не потому, что любил драматические жесты. Драматические жесты он считал дешёвым инструментом для плохих актёров, провинциальных заговорщиков и министров, которым нечем прикрыть отсутствие результатов. Но иногда сама реальность приходила в таком виде, что откладывать её до утра становилось уже не политикой, а трусостью. Кроме того, на какое время не назначай, а всё равно кто-то уже бодрствует, кто-то уже спит, а кто-то только встал.

Зал Властителей находился глубоко под старой частью Королевского дворца. Туда не водили послов, журналистов, наследников без допуска и даже большинство министров. В хрониках он официально не существовал, в планах дворца обозначался как «нижнее хранилище номер семь», а из всех людей, допущенных к нему, только трое когда-либо позволяли себе шутить на эту тему. Двое уже умерли, а третий — Логрис и именно поэтому до сих пор мог себе позволить многое.

Круглый зал с высоким куполообразным потолком и таким же круглым столом в центре. По стенам, в нишах из чёрного камня, стояли щиты с гербами держав, подписавших Балларийский трактат, а у стола не стулья, а настоящие троны, напоминавшие что собравшиеся здесь не люди, а прежде всего властители, отвечающие за порядок в своих странах. Не все кресла были заняты живыми людьми. Часть властителей не успела бы добраться и присутствовала через защищённые эфирные образы: полупрозрачные фигуры сидели в своих местах, отбрасывая на пол холодные голубоватые отблески. Над столом висела проекция карты Южного пояса, а в углу зала стояли несколько тяжёлых стальных контейнеров, доставленных из Старых Гор под такой охраной, будто внутри лежал не металл, а зараза, способная убить государства.

Хотя, если подумать, так оно и было.

Логрис вошёл последним.

На нём был простой тёмный мундир без орденов. И украшений лишь знак короны на воротнике и узкий серебряный перстень временного главы Совета. За ним вошли Ингро Талис, начальник Генерального штаба Дальгор Сайрин, военный министр Элтор Ирталь, генерал Корвос, два безымянных специалиста из закрытой службы Короны и трое маготехников в серой униформе без знаков ведомства.

Все приглашённые сидели молча, даже те, кто обычно начинал спорить ещё до того, как узнавал тему заседания.

Логрис занял своё место, не сел, а стоя положил ладони на край стола.

— Господа и дамы, — сказал он, оглядев зал. — Сегодня ночью Шардал официально докладывает Совету Властителей о нарушении Балларийского трактата. Не пограничном, не торговом и не дипломатическом. О нарушении основных положений, ради которых этот трактат вообще существует.

Один из властителей, владыка Эльгароннского королевства, медленно повернул голову к чёрным контейнерам.

— Уровень?

— Высший.

В зале стало ещё тише, а Логрис сделал знак по которому маготехники подошли к контейнерам и стали последовательно вскрывать замки. Механический, эфирный, кодовый, затем последний — с двойной королевской печатью. Крышка поднялась беззвучно, открывая внутренность с фрагментом машины призыва известной всем участникам заседания как «Эхо машина».

Конечно, не вся.

Слишком громоздкая, слишком опасная, слишком грязная в прямом и переносном смысле. Но того, что доставили в зал, было достаточно для опознания.

Кресло, дуга на кронштейне с вмонтированными игольчатыми проводниками. Блок памяти с выжженными защитными рунами. Три накопителя, потемневшие изнутри, будто в них налили застывшую ночь. И панель управления, где ещё виднелись следы чужих рук, крови и грубой переделки.

Никто не сказал ни слова, но совет Властителей знал, что такое Эхо машина. Агрегат позволявший призвать в мир Нингола иномирную сущность вселив её в тело человека.

Не все видели настоящую машину. Даже среди них не все имели полный допуск к описанию её принципов. Но легенду знали все. И знали главное: подобные технологии не просто запрещены к свободному обороту. Они лежат за чертой, где государства обязаны перестать играть в выгоды и вспомнить, почему когда-то вообще согласились ограничить самих себя.

Логрис дождался, пока молчание станет почти невыносимым.

— Это не оригинал, — сказал он. — Кустарная копия. Грубая, неполная, собранная из похищенных деталей, фрагментов чужих разработок, балларийских маготехнических узлов и того количества мерзости, которое обычно появляется там, где учёный перестаёт считать подопытного человеком.

Одна из эфирных фигур, королева Лайсана из Сарангии, чуть наклонилась вперёд.

— Где обнаружено?

— На территории Великого герцогства Истар. В Старых Горах. В укреплённом подземном комплексе, связанном с рабскими поставками, опытами над людьми и животными, а также каналами снабжения Балларии.

— Частный проект? — спросил кто-то из южных властителей.

Логрис сделал жест рукой и Талис положил на стол вторую папку, тонкую, но перевязанную красной лентой.

— Нет,