"Фантастика2025. 194". Компиляция. Книги 1-27 - Алекс Холоран

А оставшись одна, опустилась на стол и долго смотрела на раскрытый блокнот с моими записями. Они бесполезны, и все эти наработки. Бессонные часы в столичной академии и желание помочь одному единственному человеку – лишь кипа никому ненужных бумаг.

На сложенные ладони упала горячая слезинка. Я не сдержалась – обхватила лицо руками и тихо расплакалась. Почему-то было больно не за свои мечты, а за Райта.

Сколько я так просидела – не знаю. Но когда слезы высохли, я еще долго всхлипывала беззвучно, представляя перед собой мужское лицо.

Ночь прошла беспокойно. Уснула я почти сразу после случившейся истерики, но то и дело вскакивала, видя во сне то развороченное тело Винса, то бесцветные старческие глаза, то бугристые шрамы.

Наутро я еле поднялась с кровати, испытывая жуткую головную боль. Пришлось вновь копаться в чемодане, пытаясь отыскать нужные капли.

Потом были лекции, которые прошли для меня как в тумане. Нет, я общалась с ребятами, все так же удивляясь доброжелательности и седьмого, и пятого курса, но в то же время мыслями была где-то очень далеко.

Завтрак и обед прошли мимо меня. Я не чувствовала вкуса еды. Очередное расстройство буквально выбило из колеи, так что мне стоило большого труда не запереться в своей комнате, вновь прячась от всего мира.

И чтобы вытрясти из себя меланхоличное настроение, отправилась к доктору Аттэ. Уверена, у него обязательно найдется несколько ободряющих слов для меня, как бы эгоистично это ни звучало.

– О, кто ко мне пришел! – мельком взглянув на меня, обрадовался старик. – А я как раз собрал все по твоему списку.

Слова про список болью отозвались в сердце, и я буквально упала на стул, безвольно откинувшись на спинку.

– Что? Плохо? – тут же заметил мое состояние мужчина, и я отрицательно покачала головой.

Плохо, но не в том смысле, в котором он имел в виду.

– Тогда...

И я прервала его, избавив от бесполезных перечислений.

– Я не смогу помочь Винсенту.

Вот так, я это сказала. Еще раз...

– Что? – не сразу понял доктор, и подошел ближе, заглядывая мне в глаза.

Удалось сдержать слезы, и даже голос не дрогнул:

– Я не смогу помочь Винсенту, потому что его ранение связано с магическими ловушками, которые остались со времен войны. А мои разработки... Они не имею к ловушкам никакого отношения.

На последних словах перешла на шепот, так что доктор напряженно нахмурился, пытаясь расслышать меня.

– Та-а-ак, – протянул старик, присаживаясь напротив. Было видно, что он пытается осмыслить, с насколько серьезной проблемой я столкнулась. Но дело в том, что эта проблема, которую невозможно решить. Остается только смириться, потому что ни в одной библиотеке королевства, не найдется книг об этих ловушках. Информация до сих пор засекречена, и вряд ли кто-то сжалиться надо мной, предоставив ее для изучения.

– Значит, у тебя нет никаких идей по этому поводу?

Я всплеснула руками, хлопнув ладонями по ногам – прямо как любит делать доктор, и сокрушенно покачала головой:

– Нет, и никакие идеи не появятся. Я ничего не понимаю в этой области.

– Хм... – только и бросил задумчиво старик. – Надо подумать... Надо...

По моим губам скользнула кривая ухмылка. Я понимаю, что он не хочет меня расстраивать, но сколько тут ни думай, ничего не изменится.

Мы помолчали, каждый погрузившись в свои мысли. И, несмотря на безысходное положение, я гордилась тем, что пришла сюда.

– Похоже, нам нужно выпить чай с вкусным пирогом, как ты считаешь? – первым нарушил тишину доктор Аттэ. С удивлением посмотрела на него и увидела, как старческие глаза сияют.

– Доктор? – прищурилась с подозрением, но он лишь загадочно улыбнулся. Мурлыча что-то себе под нос, поднялся со стула и пошел греть воду.

Что он задумал?

Глава 21

В комнату вернулась только через час. Трудно сказать, что я чувствовала в этот момент – надежда, как и говорил Винс, умирает последней. И глядя на довольную улыбку доктора Аттэ, она расправляет крылья и нашептывает: «А вдруг?!»

Мне хотелось поверить, и в то же время было безумно страшно. Разочаровываться куда тяжелее, чем не обманывать ожидания. Решила попросту об этом не думать, углубившись в подготовку к лекциям.

Винсента я сегодня не видела. То ли так совпало, что ни разу за день наши дорожки не пересеклись, то ли... Он меня избегает и не хочет видеть после вчерашнего. Последнее беспокоило больше всего. Не хотелось думать, что наши отношения (если все с нами происходящее вообще можно так назвать), прекратятся.

Пришлось и эти мысли отложить в дальний ящик. Я составила график практических занятий в лечебнице, осталось согласовать его с ректором, и чтобы он «обрадовал» целителей в больнице. Подготовила тесты для начальных курсов по общим предметам, непроизвольно схватилась за блокнот с наработками, и тут же отдернула руку, оставив его лежать на месте.

Потом рывком открыла ящик, чтобы достать камень, пропитанный магией, но его там не оказалось, и ткани, в которую я его заворачивала – тоже.

Это что еще такое? Как...

Винс – догадалась сразу, скрипнув от злости зубами. Не думаю, что еще кому-то мог понадобиться этот амулет. Да и он уже входил в мою комнату прежде, одолжив ключи у сторожа.

Рывков встала со стула, и быстро вышла из комнаты. А там, чеканя шаг, прошла по коридору до нужной двери и постучала, барабаня пальцами по дереву.

Ответом мне была тишина. Я постучала еще раз, и еще, пока дальше по коридору не открылась дверь, и не послышался недовольный голос Нианы:

– Что стучишь, его там нет.

Обернулась, бегло осмотрев домашний наряд девушки – простенький халат в мелкий цветочек, – и спросила:

– А где он?

Декан факультета зельеваренья хмыкнула, и облокотилась плечом о косяк:

– Тебе зачем? – спросила у меня, даже не пытаясь скрыть ехидную усмешку.

Вот что ей на это ответить? Что Винс решил и дальше подвергать свою жизнь опасности? Кто может знать, как магия из амулета взаимодействует с той, что до сих пор осталась в нем? Это может быть смертельно опасно.

– Нужно, – гордо задрала подбородок, дав понять, что прятаться за мнимой вежливостью не намерена. – Ты знаешь?

Девушка отвечать не спешила. Рассматривала меня, словно гадкое насекомое, морща нос, отчего очки съезжали все ниже. Потом, наконец, выдохнула:

– Домой