Фантастика 2026-12 - Виктория Юрьевна Побединская

плазменной энергии, заключенную в оболочку из уплотненной древесины. При столкновении с целью детонирует, вызывая кратковременную вспышку экстремальной температуры, воспламеняющую всё горючее в радиусе. Идеален против скоплений врагов и укреплений.

Стоимость изучения: 90 ед. Живой Энергии.

Стоимость создания:

1 ед. Живой Древесины (Зрелой).

112 ед. Живой Энергии.

«Сердце Ледяного Прилива» (Эпический)

Тип: Активный снаряд/Область

Описание: Создает шар сжатой леденящей влаги, окруженный вихрем ледяной пыли. При активации выпускает мощную ударную волну концентрированной воды, нанося урон от давления и сбивая противников с ног. Оставляет после себя зону повышенной влажности и скользкого льда.

Стоимость изучения: 90 ед. Живой Энергии.

Стоимость создания:

1 ед. Живой Древесины (Зрелой).

112 ед. Живой Энергии.

Огонь и вода. Две противоположности. Ни один из этих элементов по отдельности не давал желаемого результата. «Факел» сжигал все слишком быстро, не создавая нужной завесы дыма. «Сердце» лишь тушило пламя, оставляя после себя туман.

И тут слова Лериана, сказанные совсем недавно, отозвались в памяти словно удар гонга: «Настоящая сила Творцов — не в слепом следовании рецептам, а в комбинаторике, импровизации, способности взять готовые „кирпичики“ реальности — артефакты — и сложить из них новую, собственную структуру, наделённую системной силой!»

Кто сказал, что их нужно использовать по отдельности? Класс Системный Творец позволял мне сплавлять артефакты, создавать нечто совершенно новое. Но что именно?

«Нет, я не буду их просто объединять, — пронеслось в голове, и знакомый азарт творца разгорелся в груди ярким пламенем. — Я заставлю их сражаться друг с другом!»

Решение было принято. Я мысленно сосредоточился на двух новых рецептах и «приобрел» их. Сто восемьдесят единиц живой энергии испарились из моего резервуара, но я не заметил этого, полностью поглощенный новой, захватывающей идеей.

Передо мной возникли два голографических чертежа — витиеватые, переплетенные узоры огня и воды. Я начал мысленно вращать их, накладывать друг на друга, выискивая точки соприкосновения. Мне нужно было не просто смешать их, а сплести единый алгоритм: запуск одного должен был инициировать другой, но с едва уловимой задержкой, рождая тот самый эффект, который я искал.

Я представил сферу «Факела Феникса», но не в ее стабильной форме, а с истонченной, ослабленной оболочкой. В самое сердце этой плазмы, в ее раскаленную глубину, я мысленно поместил ядро «Сердца Ледяного Прилива», окружив его надежным изоляционным слоем из чистой, инертной живой энергии.

Логика была проста и гениальна, как идеально подстроенный капкан. При активации первой разрушится оболочка «Факела». Высвобожденная плазма ударит по воздуху, порождая ослепительную вспышку и оглушительный хлопок, подобный взрыву. Она воспламенит все вокруг, создавая первичный пожар. А через мгновение, когда температура достигнет своего пика, плазма прожжет изоляционный слой и доберется до самого ядра «Сердца».

И тогда лед встретится с огнем.

Энергия их столкновения, высвобожденная в момент аннигиляции, обещала стать настоящей, хоть и мимолетной, ударной волной. А столб пара, смешанный с пеплом и сажей от тлеющих материалов, создаст густую, удушливую завесу, имитирующую масштабную катастрофу.

Я погрузился в работу, мысленно выверяя толщину оболочек, балансируя мощности. Это была ювелирная точность, требующая предельной концентрации. И тут я ощутил легкое, ласковое прикосновение в глубинах своего сознания. Это был Мимио. Он не давал энергию — ее у меня было достаточно, а дарил нечто более ценное: свое успокаивающее, стабилизирующее присутствие. Его теплая энергия мягко обволакивала мои ментальные построения, сглаживая острые углы, помогая удерживать хрупкий баланс двух враждующих стихий в едином узле. Он был живым катализатором, тем якорем, что не давал всей конструкции рассыпаться еще на этапе проектирования. Без него это было бы сродни попытке собрать часовой механизм посреди землетрясения. С ним же сложнейшая энергетическая схема будто сама находила нужные пазы, обретая цельность и готовность к воплощению.

Наконец, все было готово. В моем виртуальном пространстве засияла новая, уникальная конструкция: сфера в сфере, пронизанная паутиной сдерживающих и запускающих рун. Система откликнулась на мое творение.

Создано новое умение: «Мираж Катастрофы»(Уникальное, классовое).

Уровень: I

Прогресс: 0.1%

Описание: Вы применили принцип артефактного умения для создания диверсионного инструмента. Объединив противоположные элементы в нестабильную, но последовательную цепь, добились впечатляющего отвлекающего эффекта.

Эффект: При активации создается и запускается составной снаряд. При контакте с целью происходит:

1. Фаза «Вспышка»: Ослепительная световая и звуковая имитация взрыва.

2. Фаза «Воспламенение»: Кратковременный, но интенсивный пожар в небольшом радиусе.

3. Фаза «Катаклизм»: Ударная волна от контролируемой аннигиляции стихий и выброс плотного столба пара и дыма.

Стоимость: Затрачиваемые артефакты (материалы и энергия на их создание).

Откат: 1 час.

«Величайшие иллюзии творятся не магией, но пониманием законов реальности».

Я открыл глаза в реальном мире. Темный переулок, спящий город, и Ксела, стоящая рядом. Усталая, но довольная улыбка тронула мои губы. Получилось.

— Ну? — ее шепот коснулся моего слуха. — Придумал что-нибудь, кроме как сидеть с глупой ухмылкой?

— Придумал. — сказал я, поднимаясь. — Умение, которое создаст оглушительный хлопок, ослепительную вспышку, а затем накроет все плотной завесой пара и дыма.

В воздухе повисла короткая, ошеломленная тишина.

— Ты… шутишь? — наконец выдавила Ксела, и в ее голосе впервые прозвучало не наигранное, а настоящее, неподдельное потрясение. — Ты только что, сидя на корточках в вонючем переулке, создал… новое умение?

Я пожал плечами.

— Ну, да. Собрал из готовых рецептов что-то новое. Как учил Лериан.

— Макс. — ее голос стал тихим и серьезным. — Обычно на разработку нового умения, даже на основе известных рецептов, уходят дни. Недели! Месяцы! Все зависит от сложности и силы! А ты… за несколько минут… Это… невообразимо.

В ее словах сквозил не просто испуг, а благоговейный ужас перед масштабом моей аномальности. Мне стало не по себе. Я не считал это чем-то сверхъестественным — просто сработала логика и понимание принципов, которым меня учили. Но для нее, выросшей в строгих рамках ремесла Творцов, такая скорость была сродни чуду.

— Подумаем об этом потом. — отрезал я, снова наклоняясь, чтобы поднять тело Творца. Напряжение в мышцах было приятным, знакомым — четвертый уровень Пути Тела с легкостью принимал на себя вес еще одного человека. — Сейчас у нас дела поважнее. Ты знаешь, где эффективнее всего применить новое умение?

Ксела, казалось, с трудом переключилась. Ее голос снова стал деловитым и жестким.

— Знаю. Двигайся за мной.

Мы снова растворились в ночи. Ксела вела нас уверенно, петляя по узким улочкам, избегая редких островков света. Минут через пятнадцать бесшумного бега она остановилась в тени напротив большого, добротного, хоть и не нового, здания из темного камня. Оно было длинным, с массивными запертыми воротами и узкими, высоко расположенными окнами-бойницами.

— Амбар городского запаса. — тихо прошептала она. — Здесь