"Фантастика 2026-186". Компиляция. Книги 1-25 - Айлин Лин

вовсе не хотели продавать их, поскольку они были очень редкими в этих краях. Заполнили один бочонок водой, разведя в нём немного вина. Но несмотря на это воду планировали кипятить. Две лошади были нагружены тюками с хворостом, так же как и небольшая часть телеги.

- Степь бескрайняя какая, - пробормотала я, отирая пот со лба платком.

- И не говори, а обещанного леса всё не видно, - проворчал гиатрос Иринеос, - как всё же хорошо ты придумала натянуть ткань над нашими головами, и эти перьевые опахала помогают хоть чуток разогнать стоячий воздух.

- И за кепки отдельно эфхаристо! - обернулся к нам на мгновение Эол.

С кепками и правда вышло просто: купила у мастера по дереву гибкие прутья из них создала овальную основу, склеила клеем, взятым там же у деревщика, и сочинила козырёк, на который натянула плотную ткань. Затем осталось поверх повязать обычную бандану и вуаля, конструкция вышла вполне жизнеспособная. И выглядела кепка вполне неплохо, правда первое время я еле сдерживалась, чтобы не рассмеяться в голос, но, видя довольные лица друзей, сдержала веселье.

- Надеюсь, всё же, староста не ошибся в количестве дней, - спокойно заметил Алим, ехавший с нами в повозке, - и вскорости на горизонте появится тёмная полоса леса кентавров. Никогда их не видел, - без перехода добавил он.

- Я видела, - заикнулась я и прикусила язык. Вот же ж блин, - на картинках, - и сколько не солгав, сказала чистую правду.

- Так и я на картинках видел, - кивнул араб, - я о том, чтобы в живую.

- Раз уж на то пошло, я видел живого только однажды. В детстве, - присоединился к беседе гитрос Иринеос. - Они приезжали в Спарту по торговым делам, давно это было. Торговали прекрасными коврами, овощами и фруктами, но потом почему-то они перестали посещать крупные города.

- Интересно почему, - услышали мы голос Эола, - не плохие ребята, трудолюбивые и мудрые. Да, есть среди них злые и несдержанные, так такие и среди людей есть.

Дальше ехали молча, стоило густому вечеру окутать нас плотным коконом, привычно съехали в сторону и принялись разбивать лагерь. Сегодня была моя очередь кашеварить. В помощники вызвался Асэ, и пока он перетирал муку в ещё более мелкую, я налила воды в котелок, добавила соль, положила нарезанное на мелкие кусочки мясо и поставила над огнём, затем промыла крупу, и закинула её в забурлившую воду.

Достала свою чудо-сковороду, дождалась пока каша полностью сварится, плотно прикрыла крышкой и накрыла полотенцем, после чего отставила в сторону, чтобы "дошла" и приступила к работе с мясом. Оно было с хорошей прослойкой жира, нарезала шмат мелко-мелко и, уложив сковородку прямо на угли, принялась их обжаривать. По округе полетел умопомрачительный аромат.

Краем глаза заметила, как Асэ сглотнул. А Иринеос с Алимом подались вперёд.

Дождавшись, когда сало прогорит и мясо подрумянится, отставила в сторону, чтобы чуть остыло, снова добавила угли хвороста. И вернулась к тесту: в чуть подсоленную воду высыпала муку и добавила в эту белую склизкую массу мясо со шкварками. Хорошенько вымесила, вместе с Асэ налепила лепёшек, расплющив их кулаками. В сковородку налила оливкового масла и пожарила лепёшки до золотистой корочки с обеих сторон.

Асэ разложил кашу в глубокие миски, и с краю пристроилось по золотистой лепёшке.

- Это просто божественно! - не удержался и проговорил с набитым ртом Эол, - Меди стоит у вас поучиться готовить. Каждый раз жду, когда будет ваша очередь кашеварить.

- Если когда-нибудь ты устанешь от врачевания, Аглая, - прожевав, заговорил Иринеос, - тебе стоит открыть таверну - отбоя от посетителей не будет. Ну ты и выдумщица, из таких простых продуктов, такую вкуснотищу создать.

- Спасибо, - похвала мне была приятна, что уж там, я ведь всего лишь человек, и ничто человеческое мне не чуждо.

Ели в тишине, под треск мелких сучьев. Разговаривать не хотелось, за день мы устали. Осталось лишь снять боль с уставших мышц, чем и занялись вместе с Иринеосом, я поколдовала над Агатой, затем помогла Асэ. Старый лекарь помог Эолу и Алиму. А уж потом и друг другу, сил было много, и нам нужна была практика. Пусть и такая простая. Зато спали все отлично, а часовые не дремали, неся службу, как положено.

Каждый раз перед тем, как закрыть глаза, думала о Геракле. Как он там, не мучают ли его душу? Смогу ли я вытащить его из царства Аида? Мне было страшно, и как бы я ни храбрилась, нет-нет сомнения бередили душу.

Всё чаще я думала о бессмертии. Если Гер останется там на две сотни лет, нужно его непременно дождаться. А значит принять правила игры. Без него жизнь не мила, а искать любимого в других воплощениях, не знамо сколько жизней - не хотелось. Я любила Геракла, он часть моей души. Молчаливый, серьёзный, человек дела. И одновременно такой нежный, что пробирает до дрожи, один его взгляд, одно касание и я таю...

Отогнав грустные мысли, усилием воли закрыла глаза. И через некоторое время провалилась в сон без сновидений.

Восход застал нас в пути, впереди стелилась лёгкая туманная взвесь, было гораздо прохладнее, чем обычно. Робкие солнечные лучи прорывались через пелену, чуток согревая покрытую мурашками кожу.

- Мы близко, - тихо сказал Эол, но его голос всё равно прозвучал неожиданно громко.

- Асэ! - позвал он парня, тот понимающе кивнул и, чуть придержал коней, замедляя их ход до шага.

Я сосредоточенно вглядывалась вперёд, Агата и Эол встали по бокам от телеги, девушка вынула острый клинок и была готова к бою, впрочем как и Эол.

Дальше двигались со скоростью беременной черепахи, и в какой-то момент туман остался позади, а перед нам открылась просто невероятной красоты вид!

Далеко впереди виднелась полоса густого тёмного леса, казалось, она тянулась от края до края земли. Асэ натянул вожжи останавливаясь полностью.

Приподнявшись со своего места, вгляделась вдаль. Было тихо, лишь ветер-озорник шелестел в высокой траве.

- Обычно на подъезде к своим владениям стоит охрана, - задумчиво протянул Эол, не отрывая взгляда от загадочного леса. - Вот и узнаем, так ли это сейчас.

И тронул поводья.

До Восточного леса оставалось метров пятьдесят, но к нам навстречу так никто и не выехал. Даже не окликнул. Птицы пели, были слышны обычные звуки, что наполняют любой обычный лес.

- Вон проход, - сказав