Фантастика 2026-96 - Макс Вальтер

Сам ритуал длился чуть больше десяти минут и, как ни странно, я все же умудрилась ничего не перепутать. Потом Владыке подали вторую часть разделенного венца, ту саму, что я видела у него в апартаментах, вернувшись из Мертвого города. Я сняла с головы свою часть, протянула эльфу, и тот их соединил, после чего снова водрузил мне на голову. В этот момент мой и его венцы начали светиться, окутывая нас золотистым сиянием.

— Отныне и навеки я твоя. Отныне и навеки я твой, — одновременно произнесли мы.

После этого мой теперь уже муж сделал шаг вперед и поцеловал. Долго, сладко, невероятно. Я целовалась с ним, закрыв глаза и безумно радуясь тому, что теперь нам можно все, что только захотим, что больше не нужно избегать близости и бояться за его жизнь.

Когда поцелуй прервался под ликующие крики собравшейся на площади толпы, я подняла на Тэля абсолютно счастливый взгляд и замерла, потому что во взгляде эльфа было… разочарование?

Разобраться в увиденном или спросить что-либо я не успела. Церемониймейстер объявил о том, что свет творения соединил наши судьбы, и Владыки готовы принять дары в честь этого знаменательного события. Начиналась самая сложная часть церемонии.

Подарки вручали все официально приглашенные лица, а их, поверьте, было немало. Причем каждому сословию требовалось отвечать особым образом и не приведи свет творения их перепутать. Благо, и тут первым говорил всегда Владыка, а я могла ориентироваться по его фразе. Изначально мне требовалось опускать взгляд каждый раз, когда даритель проходил рубеж почетного караула, то есть, по сути, почти постоянно смотреть себе под ноги. Но, как показала репетиция, для меня это просто нереально. Я забывалась, меня поправляли, и какое-то время все шло нормально, потом я сосредотачивалась на том, что говорю, вновь забывалась и все повторялось. В результате я психанула, предложив зажмуриться или вообще завязать глаза, если Владычице ни на кого смотреть нельзя. Меня напоили успокоительным, Тэль вызвал какого-то очень старого на вид эльфа, долго с ним разговаривал, после чего решили, что на дарителя смотреть можно, главное, головой не вертеть. В таком варианте все было проще, я и так обычно смотрю именно на того, с кем разговариваю.

Чего нам только не дарили. Вазы, картины, ковры, фолианты, артефакты, оружие, какие-то гобелены и пледы. Один из последних мне, кстати, приглянулся, сразу подумала, что нужно будет его к себе домой утащить.

И да, я собиралась и дальше преимущественно жиль у себя дома. Более того, Тэль это полностью одобрил, ведь он и хотел иметь обычную семью с возможностью пожить как простой эльф. Понятно, что мой дом уже сейчас был магически защищен не хуже дворца, да и предсказать, когда мы решим ночевать там, а когда в апартаментах, вряд ли кто-то сможет, но все же я не думала, что Владыка согласится, когда об этом зашел разговор. А постоянно жить во дворце я по-прежнему не хотела, хотя и готова была это время от времени делать.

Эльдоран тоже оказался в числе дарителей, преподнеся музыкальный инструмент работы великого и ныне давно почившего артефактора.

— А все-таки жаль, что не получилось, — подмигнул он мне, когда Владыка передал его дар специальному помощнику.

Тэль буквально окаменел, привычно пряча за нейтральным выражением лица нахлынувшие эмоции.

— Кастрирую, — мило улыбаясь, шепотом пообещала я этому самоубийце.

Тот в ответ мелодично рассмеялся и, поклонившись, ушел к другим отдарившимся.

У-у-у, зараза ушастая! Невольно проводила его взглядом, не поворачивая головы, и краем глаза заметила стоявших там Юных магов под надзором Кайдена. Это навело меня на отличную мысль, сразу поднявшую настроение. Если нарвется еще раз, стребую с завуча двойной долг жизни, попросив как следует проучить несносного эльфа. Фантазия у Кайдена богатая, а если он к планированию еще и адептов подключит, трындец нахалу. И Владыки вроде как совершенно ни при чем. Ну, почти.

На какое-то время эти мысли меня подбодрили, придав сил, но к концу третьего часа они все равно закончились, как и мое терпение. Впрочем, дарителей тоже оставалось уже всего ничего. В этот момент на площади началось непонятное волнение, и смотрели все при этом куда-то нам за спину. Мне стоило просто неимоверных усилий не обернуться, чтобы увидеть, что там происходит. А самое странное, что и Владыке при этом ничего не докладывали.

Прошло не более двух минут, но мне они показались самой настоящей вечностью. А потом на площади в окружении четырех эльфийских боевых магов появился вампир.

Выглядел он так, что взгляд не оторвать. Да все на площади и смотрели на него. Черный камзол с серебристыми вставками и вязью серебристой же вышивки. На левой стороне его груди красовался герб в виде остроконечной башенки, возвышавшейся над тремя елками или чем-то на них похожим. Овальная форма герба свидетельствовала о том, что его владелец имеет графский титул, герцогские были более вычурными, чем-то напоминая польские. В руках у вампир держал продолговатый чехол из плотной кожи и небольшой суховатый куст с мелкими белыми цветочками, на вид крайне колючий.

Куст Райн вручил мне, чехол Тэлю, при этом с усмешкой еле слышно шепнув:

— Потом поменяетесь.

— Я надеюсь, ты не единственный экземпляр гориманрдра выдрал? — зашипел на него Владыка.

— Обижаешь, там еще девять осталось. Потом покажу, но уже за плату. И этот я не выдрал, а аккуратно подкопал с корнями и землей. Он там в мокрую тряпку завернут. Мне Линара целую лекцию прочитала, как это правильно делать, когда я с ней посоветоваться решил. Пришлось пообещать, что, когда остальные выкапывать будем, с собой возьму. Далеко, правда, растет, чуть не опоздал из-за этого.

— Я рад, что ты все же принял мое приглашение, — искренне улыбнулся ему Тэль. — Предлагаю пообщаться у меня, как только это закончится. Тебя проводят.

Я тоже была очень рада видеть Райна, хотя сама пригласить его не решилась. Вампир снова улыбнулся и то ли под охраной, то ли под конвоем ушел обратно во дворец. В этот момент через толпу как-то пробрался Игельс и умоляюще посмотрел на Владыку. Тот ему кивнул и велел:

— Магистр, займитесь этим подарком прямо сейчас. Нельзя допустить, чтобы столь ценное растение пострадало.

Эльфа пропустили к нам, и я с облегчением передала ему крайне ценный и действительно очень колючий куст. Понятия не имею что в нем такого особенного, мы в академии его