Сто жизней Сузуки Хаято - Мария Александровна Дубинина

там, над головой, нависала пагода на башне, и Хаято вдруг с каким-то странным чувством ощутил ее давление. Перегнувшись через перила, он извернулся, стремясь посмотреть вверх, и тут его схватили за пояс и дернули назад, при этом случайно ударив лицом об ограждение

– Ты с ума сошел? – громко возмутился Ишинори, убрав руки. – А если бы тебя сдуло ветром? Никакое заклинание не вернуло бы тебе жизнь. Умереть захотелось?

Хаято замер, озадаченный и отчего-то смущенный. Когда Ишинори говорил о смерти, становилось не по себе, как будто для него это не пустой звук, не что-то абстрактное, о чем не задумываешься в таком возрасте.

– Я же не кошка, чтобы меня ветром унесло, – огрызнулся он и потрогал подбородок. – Ты меня сам чуть не прикончил!

– Прости, – сказал Ишинори голосом, далеким от раскаяния. – Пришел Ютака, он ждет нас за дверью.

– Я там обязательно нужен?

– Мне спокойнее, когда ты рядом, – признался Ишинори, – но если не хочешь, не ходи. Но будь осторожен, не нарвись на неприятности. Помни, что мы здесь представляем учителя.

Хаято даже отвечать не стал. Они с Ишинори считай были ровесниками, но вел он себя раздражающе покровительственно.

– Ладно. Вижу, ты понял, – заключил Ишинори и вернулся в комнату. Почти сразу в глубине стукнули сёдзи, оповещая о его уходе. Хаято еще немного подышал вечерней прохладой и нырнул обратно в тепло. Короб Ишинори стоял в углу, и Хаято с любопытством присел рядом на пол и собрался изучить загадочное содержимое, пока владельца нет. Но не тут-то было. Несмотря на отсутствие замка, как ни крутил Хаято несчастный короб, не смог его открыть. Кажется, есть скрытый замок или механизм. Если внутри всего лишь лекарства, зачем такие сложности?

– Дерьмо! – выругался он и хлопнул себя по колену. – Что еще ты там прячешь?

Разумеется, ответить было некому, а спрашивать у Ишинори Хаято бы все равно не стал. Поднявшись, он заглянул в помещение за перегородкой, но там лежали только свернутые в рулон постели.

Хаято быстро заскучал, а меж тем прошло от силы пятнадцать минут. Кто знает, может, Ишинори еще даже не дошел до Окамото. Не спать же ложиться. И тут Хаято аж подбросило – пока за ним никто не следит, можно попробовать подняться в башню на вершине замка и посмотреть, что за странная пагода ее венчает. Хаято вышел во внутренний коридор и столкнулся с первым испытанием – как найти нужные переходы и лестницы? Проще, наверное, двигаться только по внешним, чтобы держать башню в поле зрения, но выйдя за стену, Хаято убедился, что ни одна лестница не ведет туда, обрываясь на этаж ниже. Странно… Наверное, там удобно что-то прятать.

В итоге, бродя без особой цели, он оказался в «адском» коридоре. Скорее всего, подсознательно запомнил туда дорогу, но, в любом случае, раз он уже здесь, почему бы и не поглазеть на картинки.

Хаято взял фонарь с крюка и пошел вдоль стены.

Художник не скупился на изображение всякого рода пыток и истязаний: всевозможные устрашающие демоны с клыками и рогами варили грешников в котлах, растягивали на огненных колесах, били палками и рвали на части. Хаято пробрала дрожь, хотя он не считал себя впечатлительным. Особым холодом веяло от картины выкалывания глаз веренице обнаженных белокожих женщин с распущенными волосами. Наверное, их наказывали за подглядывание или любопытство. Если честно, Хаято был не силен в теме. Но автор очень постарался – дрожь не отпускала, и Хаято, дойдя до конца коридора, собрался уже повесить фонарь на крюк, как что-то его остановило.

Загасив огонь, он замер, вслушиваясь в нарастающий шорох.

После того, как погас фонарь, темнота стала абсолютной. Прижавшись к стене, Хаято надеялся, что и его не увидят, а ему повезет узнать, кому тоже не сидится в комнате ненастным вечером.

Странный шорох стал громче, и Хаято угадал в нем скрежет камня о камень. Он затаил дыхание и скорее ощутил, чем заметил, что часть стены открылась, и из образовавшегося прохода вышел человек. Если при нем и был фонарь, сейчас незнакомец предпочел двигаться в полном мраке. Тихо, как мышка, он выскользнул из тайного хода, и плиты с сухим скрежетом встали на место. Послышались торопливые, совершенно точно не женские шаги, на короткое мгновение на фоне открывшейся двери мелькнул силуэт. Хаято не мог даже предположить, кто это был.

Когда он снова остался один, сразу зажег свет и принялся водить ладонями по фрескам. Но то ли механизм оказался сложным, то ли Хаято – слишком глупым, но толку это не принесло. Надо было сразу идти за тем человеком, но разве его сейчас догонишь? В переходах и галереях, среди кучи лишних лестниц, затеряться проще простого. Хаято раздосадовано сжал кулаки и в итоге выбрал продолжить путь.

Непогода за стенами поутихла, ливень больше не хлестал бешено, направляемый злым ветром в самоубийственную атаку на каменный бастион. Однако на открытом пространстве кожа быстро покрылась мурашками. Хаято стоял на очередном переходе между жилыми «кубами», а на него набрасывала тень короткая галерея этажом выше. Когда из-за туч выглянула больная бледно-желтая луна, она осветила две фигуры, замершие, точно два актера театра теней. Мужчина и женщина. Посмотри они вниз, непременно увидели бы невольного зрителя, но, к счастью, они были увлечены лишь друг другом.

– Дорогая Ханако-сан! – этот голос Хаято узнал даже на расстоянии. – Что мне ещё сделать, чтобы вы поверили в мою преданность? Чувства мои – не сакуры цвет. Время придет облетать всему, но только не ей.

– Ах, не смейте говорить мне таких красивых слов, – вторил ему высокий женский голос. – Отец узнает и немедля убьет вас.

– Вас это огорчит?

– Разумеется! Ведь вы… Вы же…

Хаято уже почти решил избавить себя от созерцания любовных драм, но пока девушка кокетливо прятала лицо за широким рукавом, ее ухажёр обронил фразу, остановившую Хаято в шаге от того, чтобы незаметно вернуться в здание.

– Тогда нам надо найти способ убедить его дать согласие на свадьбу, – обрадовался поэт.

– Но как же это сделать? Нет! – Девушка отшатнулась. – Я ни за что не переживу позора и бесчестья!

– Не будет никакого позора, – Сёхей вмиг поменялся, куда-то подевалась сладкоречивая мягкость. – Всем известно, что ваш отец прячет некое сокровище. Его талисман. Если… – он понизил голос, и часть слов унесло ветром. – …у него не останется выбора.

Девушка громко ахнула. Можно только догадываться, какую подлость задумал Сёхэй, – облака затмили диск луны, оба заговорщика вмиг стали невидимы.

Хаято увлекся подслушиванием, и тут на плечи сзади легли чьи-то руки.

– Не меня