Вечное море - Го Цзинмин

заботился о ней. В уголках ее глаз постепенно собирались горькие слезы, смешиваясь с кровью. Бушующий вокруг ураган подхватил их и растянул на ветру сверкающими нитями. Ляньцюань казалось, что ее сердце сдавили непомерной тяжестью, что беспросветное отчаяние руками смерти сжало их обоих в крепких объятиях. Она и сама прекрасно понимала: с могущественным Ци Ла, когда-то служившим Первым князем и обладающим непостижимой духовной силой и даром, властвующим над временем и пространством, им никак не справиться. По сей день никто на землях Асланда не знал даже его духовного орудия и зверя, и не потому, что он стремился хранить их в тайне, а потому, что его мощь достигала такого труднопостижимого уровня, что никакая сила не могла вынудить его их использовать. Иными словами, если кому-то и выпал бы крайне редкий шанс столкнуться с духовным орудием или зверем Ци Ла, то за это ему пришлось бы расплатиться собственной жизнью, чтобы секреты князя и дальше могли оставаться в тени огромными, тихими монстрами, присутствие которых было очевидно, но очертаний было не разглядеть.

Сердце Ляньцюань наполнила скорбь – в это самое мгновение из поддерживающей ее за плечи, широкой и крепкой ладони Фэнхуня внутрь ее тела хлынула чистая духовная сила. Ярким, волевым ключом она распространялась по всему телу, собираясь внутри Печати князя.

Апостол подняла голову, встретив ясные, уверенные глаза брата. Его взгляд, тяжелый, но полный нежности, отозвался в ней болью, словно клинок полоснул ее по груди.

Неожиданно и с горечью она осознала, что в этот самый момент Гуйшань Фэнхунь отказывался от остававшейся туманной надежды на собственное спасение, он отдавал все шансы спастись ей, его сердце уже давно сделало для себя этот выбор…

Горло девушки сдавило, духовная сила, вскипая, вливалась в ее тело, пока слезы жемчужинками медленно падали вниз.

– Глупое дитя, не стоит плакать. – Гуйшань Фэнхунь приподнял пальцы, перепачканная кровью ладонь казалась жесткой и в то же время нежной, и тихонько погладил плотно сжатые, влажные веки Ляньцюань. Его лицо вовсе не было печальным, в его глазах сверкало счастье.

– Брат, неужели ты оставишь меня… – с горечью, сдавленно спросила апостол, задыхаясь от слез.

– Неважно – умру я или останусь жив… – Склонив голову он нежно поцеловал ее лоб. – Я не оставлю тебя, никогда не оставлю.

Слезы Ляньцюань капали на руку Фэнхуня.

– И обязательно помни самое важное… – Глядя ей в глаза, Гуйшань Фэнхунь произнес, выделяя каждое слово: – Что бы ни произошло – ты должна ему верить.

Девушка кивнула:

– Хорошо.

* * *

С небес в сторону Ци Лина молнией спустилась полоса серебристого света. Коснувшись земли, свет разбился и рассеялся, и в белом сиянии появилось прекрасное, но в этот момент укрытое мраком лицо Седьмого князя, который хмурился из-за ветра.

– Инь Чэнь! – закричал апостол, но бушующий ураган развеял его голос, стерев до тонкой паутинки на ветру. – Инь Чэнь! Что произошло?! – еще раз, теперь громче, прокричал Ци Лин.

Князь приблизился к ним и вошел за серебристый щит, свист ветра тут же притих. Он взглянул на напряженные, бледные лица Ци Лина и Юхуа и вздохнул. Не было ничего удивительного в том, что эти дети настолько перепугались, даже он, когда-то носивший имя самого Апостола небес, редко становился свидетелем зрелищ, подобных тому, что разворачивалось перед ними сейчас. В его мыслях неожиданно промелькнули события четырехлетней давности, когда весь огромный мир окрасился в жестокий кроваво-красный цвет.

Сердце его кольнуло, приблизившись к Ци Лину, князь опустил на его плечи руки и полным убеждения, мягким голосом произнес:

– Карающий князь и Карающий апостол преследуют изменщиков Пятого князя Гуйшань Фэнхуня и Пятого апостола Гуйшань Ляньцюань. Думаю, это связано с тем таинственным бледным юношей из Коридора Бездны… – Он прервался, взглянул на Тяньшу Юхуа и, немного помолчав, продолжил: – Сейчас на этом острове собрались все действующие апостолы и князья Асланда, за исключением Сючуань Дицзана, но все они пока лишь наблюдают и хранят нейтралитет, однако кто знает, какого масштаба может достичь эта битва. Ци Лин, послушай меня: что бы дальше ни произошло, вы с Тяньшу Юхуа должны оставаться внутри защитного барьера этого щита, ни в коем случае не покидайте его, вам не под силу участвовать в этой битве… – Не успел он закончить, как заметил в глазах апостолов резко возникшую тревогу. Инь Чэнь тут же обернулся и проследил за их взглядами туда, где все застилал мрак. Прошло несколько секунд, прежде чем мужчина наконец разглядел: духовные звери, заполнявшие все вокруг, хлынули в их сторону, словно грозовое облако. Неимоверная сила, собранная в яростных криках, разрушала поверхность островов и моментально обращала гигантские черные волны в высокую водную пыль. Острова с грохотом задрожали, огромные куски скал стали рушиться вниз, сползая в темное море, где к разрушающимся скалам катились громоздящиеся волны.

Грудь Ци Лина сдавило, во рту появился металлический привкус, и юноша обернулся на Тяньшу Юхуа. В ее бледном лице не было ни кровинки, взгляд расфокусировался под давлением душераздирающих криков зверей, из уголка рта, капая на юбку, текла тонкая струйка крови.

– Ждите здесь! Не вздумайте выходить за щит! – Седьмой князь стремительно выпрямился и взмахом руки приподнял серебристый щит, который молниеносно превратился в несколько полосок белого света и вернулся внутрь его тела. Со вторым взмахом у ног Ци Лина звучно стукнулся маленький белый камешек, и в следующее мгновение из земли наружу проросло множество белоснежных штуковин, напоминающих нежные морские водоросли. Казалось, пространство вокруг резко застыло: всевозможные пронзительные звуки, готовые вот-вот разорвать им грудь, и шквал духовной силы полностью исчезли, словно эти огромные белоснежные полосы шелка перед глазами остановили весь мир, заперев его снаружи. От внезапно наступившей тишины в ушах Ци Лина даже загудело.

Внутри этого куста живых белых водорослей в воздухе замедлилась пыль, исчезли ветер и волны, само время, казалось, замедлило ход… Ци Лин пораженно застыл. Лишенный от удивления слов, он уставился на тихий, как если бы тот находился на морском дне, небольшой кусочек пространства перед глазами. И, лишь когда снова собрался с мыслями, заметил, что Инь Чэнь уже находился совсем далеко. Силуэт князя исчез меж отвесных скал.

Заполнившие все небо духовные звери продолжали подниматься из морских глубин; вода, стекая с их гладких тел, превращалась в огромные падающие на землю капли дождя. Черные точки всевозможных размеров бороздили небеса.

Ци Лин смотрел на царящий снаружи хаос сквозь окружавшие их белоснежные полосы травы и слышал лишь дыхание Юхуа, словно они вдвоем оказались в безмолвном лесу после большого снегопада. Он протянул руку и аккуратно погладил растущее из земли полотно.

– Что это такое? Похоже на водоросли, – пробормотал он себе под нос,