Не дожить до смерти - Алекс Рудин

спиной на тёплую стену и закрыл глаза. Горячий пар действительно отлично разгонял тревожные мысли. Вернее, делал их такими легковесными, что на них уже не хотелось обращать внимания.

— Эх, веничек бы сюда, — мечтательно сказал Никита Михайлович.

Когда мы как следует погрелись, Аль-Казир вежливо пригласил нас в другой зал, где находились три небольших бассейна, наполненных чистой тёплой водой.

— Великолепно! — обрадовался я и сразу же залез в воду так, что на поверхности торчала только голова.

Аль-Казир громко хлопнул в ладоши, и тут случилось неожиданное. В банный зал легко и непринуждённо вспорхнула стайка молодых девушек в тонких шёлковых халатах. Две из них подбежали ко мне.

— Мы поможем вам привести себя в порядок, господин.

На секунду я растерялся. Но затем увидел, что господин Аль-Казир невозмутимо стоит на краю бассейна, а девицы усердно трут его мочалкой.

— У всех народов свои традиции, — пожал плечами Никита Михайлович и тоже выбрался из бассейна.

Девицы хорошо знали своё дело. Через несколько минут моя кожа была чистой, как у младенца. После этого меня лицом вниз уложили на каменную скамью и принялись разминать, не забывая наносить на тело душистое масло. Покончив с этим, девушки исчезли так же неожиданно, как появились.

Служитель принёс нам одежду: широкие штаны, просторные рубахи и длинные халаты, а также сапоги из мягкой кожи с загнутыми вверх носками.

— Теперь вы готовы к встрече с великим Визирем, — торжественно объявил Аль-Казир. — Вы чужеземцы, и вам простительно не знать наших правил приличия. Поэтому сейчас я расскажу вам, как нужно вести себя на приёме. Когда Великий Визирь войдёт в тронный зал, поклонитесь и ждите, когда он заговорит с вами. Излагайте своё дело чётко и ясно, ибо время великого Визиря — это величайшая драгоценность. Ни в коем случае не перебивайте и не поправляйте нашего Владыку, даже если вам покажется, что он ошибся. Помните: словами Великого Визиря с вами говорит сама магия джиннов.

— В общем, ничего неожиданного, — усмехнулся Никита Михайлович.

— А теперь самое главное, — многозначительно добавил Аль-Казир. — Вы заявили, что полагаетесь на милость и мудрость Великого Визиря. В нашем мире это не просто слова. Теперь Великий Визирь будет решать вашу судьбу, а вы обязаны безропотно принять любое его решение.

— А вот это уже неожиданно, — пробормотал Никита Михайлович. — Будем надеяться, что именно сегодня мудрость не оставит Великого Визиря.

Возле бани нас уже дожидались городские стражники. Подчинённые Аль-Казира проводили нас во дворец Великого Визиря. Там дворцовые слуги по запутанным переходам провели нас в тронный зал, украшенный золотом и мрамором. Посреди зала стоял пустой трон, а вдоль стен, перешёптываясь, толпились сановники.

— Ваш дядя тоже здесь, — заметил Зотов, кивком указывая на Ярослава Игоревича. — Наверняка он явился уговаривать великого Визиря, чтобы тот объявил нас преступниками. Дядя тоже заметил нас, и на его лице появилось выражение неприкрытой ненависти.

— Надо же, как он на вас смотрит, — усмехнулся Никита Михайлович. — Не нравитесь вы ему.

— Я тоже не испытываю к дяде нежных родственных чувств, особенно после того, что он натворил вчера, — ответил я. — Но всё-таки я попробую с ним договориться.

Сановники Лачанги предупредительно расступались передо мной. Большинство из них знали, кто я такой, и торопились выразить мне своё почтение.

Когда я подошёл к Ярославу Игоревичу, он холодно прищурился.

— Что тебе надо?

— Я пытаюсь понять, почему вы так ополчились против меня, — честно сказал я. — Может быть, сами расскажете?

— А ты не догадываешься? — язвительно прошептал дядя. — По твоей милости император сослал меня в эту дыру. Здесь жарко и шумно, и нормальной еды не достать. Приходится возить её из Империи втридорога. А пока я гнию здесь, ты прибираешь к рукам наш род. По-твоему, это справедливо?

— Но ведь вы полномочный посол императора в Лачанге, — заметил я. — Могли бы этим гордиться.

— Посол? — дядя словно выплюнул мне в лицо это слово. — Да разве это должность? В наше время кого только не назначают послами! Даже тебя умудрились отправить в северные земли. Думаешь, я об этом не слышал? Но теперь-то всё изменится. Игорь Владимирович увидит, чего на самом деле стоит его любимый внук. А если он кинется тебя защищать, то император поймёт, кто из Воронцовых на самом деле ему предан. Если уж он князя Долгорукова не постеснялся убрать с поста главы рода, то с другими и подавно не будет церемониться.

— Так вот что вы задумали? — понял я. — Неплохой план. У него есть только один недостаток — он никогда не исполнится.

— А это мы посмотрим, — злорадно усмехнулся Ярослав Игоревич. — Правитель здешних дикарей не пойдёт против воли императора.

— В одном вы правы, — спокойно улыбнулся я. — Должность посла явно не для вас.

Разговаривать с дядей дальше было бессмысленно, поэтому я вернулся к Никите Михайловичу.

— Как ваши успехи? — спросил Зотов.

— Дядя сделает всё возможное, чтобы меня утопить, — признался я.

— Ну, тоже результат, — одобрительно кивнул Никита Михайлович. — Что ж, теперь вся надежда только на магию.

Внезапно перешёптывания придворных смолкли. Распахнулись высокие золочёные двери позади трона. Из них важно вышел глашатай и торжественно произнёс:

— Склонитесь! Великий Визирь Лачанги Омарун ад-Сафир удостоит вас своим присутствием.

Придворные старательно опустили головы и уставили взгляды в пол. Мы с Никитой Михайловичем последовали их примеру.

С момента нашей первой встречи Великий Визирь ничуть не изменился. Он прошествовал к трону, удобно устроился на нём и насмешливо прищурился:

— Я рад, что вам выпало счастье лицезреть меня.

— Мы счастливы, повелитель, — хором заверили его придворные.

Затем взгляд Великого Визиря остановился на мне, и его улыбка стала широкой и добродушной.

— Сегодня у нас большая радость, о мои скромные подданные! — громко объявил он. — Господин Тайновидец, величайший из героев всех миров, снова посетил Лачангу. Радуйтесь!

Придворные наперебой начали радоваться. Великий Визирь несколько секунд слушал их, зорко высматривая тех, кто радовался недостаточно бурно. Не найдя таких, он снова посмотрел на меня и сказал обычным голосом:

— Господин Тайновидец, я очень рад вас видеть. Пожалуйста, подойдите ко мне.

— Приблизьтесь к трону, но не слишком, — шёпотом посоветовал мне господин Аль-Казир.

А Никита Михайлович напутствовал:

— Ни пуха ни пера.

Я подошёл к Великому Визирю и остановился в трёх шагах от него. Господин Аль-Казир советовал не заговаривать с Великим Визирем первым, поэтому я молча смотрел на Повелителя Лачанги.

Великий Визирь Омарун ад-Сафир довольно кивнул.

— Начальник моей стражи Аль-Казир сказал, что вас привело в Лачангу очень важное дело. Но так уж устроены мы, повелители, что свои дела считаем важнее