Так себе ученица - Яна Каляева

— Эй, человек! — Долгоруков щелкнул пальцами. — Подай-ка мне… поправить здоровье!

Понятливый официант метнулся к бару и мигом вернулся со здоровенной кружкой пенистого пива. Долгоруков осушил ее в два молодецких глотка и уселся в кресло напротив меня. Ахад скривил морду и отвернулся, а я вот такой роскоши не могла себе позволить — принадлежность к дипломатическому поприщу обязывала, пришлось придать роже выражение вежливой готовности к диалогу.

— Так ты, значицца, и есть мое сопровождение? — светлейший князь смачно рыгнул. — Прах меня дери, как же обмельчал Приказ тайных дел… Ну, доложи эту, как, ее местную обстановку.

— Касабланка — крупнейший портовый город королевства Магриб, — я старательно припомнила пролистанную на днях статью из сетевого путеводителя. — Население свыше четырех миллионов, точные цифры разнятся из-за обилия нелегальных мигрантов из Глубинной Африки. Климат субтропический, жаркий, с муссонными ветрами. Уровень преступности ниже, чем в среднем по региону, но карманные кражи в туристических кварталах — обычное дело. За общественный порядок отвечает муниципальная полиция, известная, — я помедлила, вспомнив гоблина с осьминогами, — в основном своей доблестной борьбой с несанкционированной торговлей.

Кажется, если бы я зачитала главу из Наставлений Митрандира, это произвело бы такой же эффект — то есть никакого. Внимание Долгорукова было поглощено второй кружкой пенного пива, шустро поданной официантом.

— Вот и славно, — откомментировал он скорее пиво, чем мой доклад. — Значицца так. Моя миссия — расследование дела о краже артефакта, известного как Клеймо Палача, совершенного, по предварительным сведениям, магрибинским магом крови. Надо установить личность преступника, добиться его примерного наказания и вернуть похищенную ценность в казну Государства Российского.

Я оживилась — магия крови с недавних пор входила в сферу того, что меня волнует. Листовки эти еще… Не знаю, правда, такая ли ценная штуковина это Клеймо Палача. Едва ли — тогда на ее поиски отправили бы кого-нибудь более вменяемого, чем Долгоруков. Но задача сама по себе не выглядит бессмысленной!

— А что конкретно случилась? Что за артефакт, как произошла кража?

— Какая-то древняя шняга, повышающая коэффициент полезного действия при перегонке крови в эфир, — Долгоруков неопределенно повел рукой. — Вывезена из этих пердей в колониальную эпоху. Была выкуплена Государством и доставлена в один засекреченный научный институт. Недавно произошла утечка, кто-то из яйцеголовых от большого ума похвастался Клеймом Палача на международной конференции. Это все — не наша головная боль. Наша — магрибский сангвиомаг, который проник на территорию института, втеревшись в доверие к техническому персоналу… проще говоря, заморочив голову лаборантке. Выкрал артефакт, который, разумеется, хранился с нарушением всех требований техники безопасности, и ушел порталом, поставленный ценой крови троих сотрудников института. Кровь была изъята добровольно, то есть по согласию… потому что всякий согласится отделаться малой кровью, когда на шее затягивается удавка. Летальных жертв не было, пострадавшие отделались парой дней на больничной койке. Видимо, таким образом преступник надеялся избежать международного преследования… напрасно, конечно. Лицо от камер он прятал, а вот в эфире наследил по полной программе, мы сможем опознать его по отпечатку.

Я скептически разглядывала светлейшего князя. Может, у преступника есть все шансы уйти от возмездия, раз на его поимку выслали эдакого гения сыска. Не похоже, что это Клеймо Палача — такой уж ценный артефакт, а три принужденных к донорству лаборанта — немыслимый урон для Государства. С другой стороны, Долгоруков изложил события довольно внятно, что не всякий смог бы под его-то градусом… должно быть, сказываются годы практики.

— Нам надо собрать информацию о магах крови в Магрибе, — предложила я. — В теории, они подчиняются общим законам и не имеют права использовать кровь разумных, за исключением донорской. Но о них ходят зловещие слухи, даже листовки расклеивает какая-то… неравнодушная, что бы это ни значило, общественность. Мы может найти ту общественность, понять, что ей поперек шерсти, каких, по их мнению, конкретно детей приносят в жертву какие конкретно маги крови. Еще есть гипотеза, что у сангвиомагов случаются конкретные такие проблемы с самоконтролем, — я вспомнила сияющие багровым глаза Кримсон, и меня передернуло. — Надо опросить свидетелей, составить полную картину, разыскать вора, выдвинуть обвинение…

— Да не, обойдемся без всей этой суеты, — Долгоруков махнул рукой, сверкнув роскошными перстнями. — Есть же этот, как его… Хаким ибн Аббас. Глава гильдии сангвиомагов Магриба.

— Нам надо взять его в оперативную разработку?

Не то чтобы я действительно знала, что такое «оперативная разработка», но звучало это солидно. И вряд ли я в этом — или вообще в чем бы то ни было — смогу оказаться хуже, чем Долгоруков.

Светлейший князь посмотрел на меня утомленно:

— Да он сам все нам расскажет в наилучшем виде… Даже в этой дыре никто не желает портить отношения с Государством Российским. Должен был автомобиль за нами прислать. Идем.

Как-то я… иначе представляла себе расследование. Однако командовала парадом тут не я. Мы вышли из кондиционированного лобби на уличную жару и тут же разместились в кондиционированном же лимузине. Пространства внутри было вдоволь, так что Ахад свободно улегся на мягкий ковер, покрывающий пол.

Дом Хакима ибн Аббаса располагался в центре Касабланки, однако был просторным, словно пригородный. За высоким забором изящной ковки раскинулся пышный сад. Сам особняк был обставлен на европейский манер, в стиле хайтек — стекло, бетон, строгие линии — и о том, что мы на Востоке, напоминали лишь незначительные детали вроде мозаичного панно над входом.

Хаким ибн Аббас встречал нас возле машины — сам распахнул дверцу и даже попытался подать мне руку, но короткий рык Ахада быстро заставил его передумать. Хозяин оказался представительным мужчиной средних лет с короткой острой бородкой, одетый в дорогой костюм в стиле casual. Пятна седины в черных волосах ничуть его не портили, скорее придавали солидности.

— Господин Долгоруков, госпожа Пинегина, — Хаким ибн Аббас говорил по-русски очень чисто, с едва заметным акцентом. — Рад приветствовать вас в своем скромном владении. Прошу проследовать к столу и слегка освежиться с дороги.

Хотя дорога от отеля заняла десять минут в кондиционированном салоне, идея освежиться Долгорукову явно понравилась.

Мы прошли в гостиную. Никаких ковров и благовоний — только глубокие кожаные кресла и изящно сервированный стол: шампанское в ведерке со льдом, водка в запотевшем графине и с полдюжины видов рыбной икры. Кажется,