Так себе ученица - Яна Каляева

Долгоруков, однако, прием явно оценил и принялся налегать на шампанское, которое сноровисто разлил лакей в черном фраке. Я едва пригубила свой бокал — ланиста съел бы меня живьем за малейшие следы употребления алкоголя — и заметила, что хозяин сделал то же самое.

— Ну-с, так что насчет нашего дела? — спросил светлейший князь, проглотив ложку черной икры. — Признаете ли вы, что убийцей и вором является один из ваших кровавых магов?

— Об этой прискорбной истории я впервые узнал третьего дня от русского посланника, — Хаким поправил на носу очки в тонкой золотой оправе. — И моя гильдия немедленно приступила к поискам негодяя.

— Разве это не один из ваших? — холодно спросил Долгоруков.

— Если под «нашими» вы разумеете членов гильдии сангвиомагов Магриба, то уверяю вас: все они — уважаемые законопослушные граждане. Каждый неустанно трудится на благо общины и никоим образом не может быть замешан в таких возмутительных делах, как приношение разумных в жертву или воровство. Однако с прискорбием должен признать, что гильдия объединяет не всех. Мы стараемся держать под контролем всех причастных к магии крови, но, увы, не способны отвечать за все сангвиомагические посвящения, которые происходят на территории Африки.

— Иными словами, — усмехнулся Долгоруков, — вы сообщаете мне, что вы — не вы, и кобыла не ваша, то есть все произошедшее находится вне вашей сферы ответственности?

— О, отнюдь! — Хаким всплеснул руками. — Разумеется, мы готовы оказать Государству Российскому все возможное содействие в поиске преступника. Должен без ложной скромности признать, что возможности нашей гильдии велики. Я задействовал все ресурсы, все связи. Могу уверить вас: преступник будет обнаружен, пойман, обезврежен, осужден и передан российским властям для исполнения справедливого приговора.

— За исполнением дело не встанет, — сказал Долгоруков, глядя, как лакей наполняет его бокал уже из второй бутылки. — И еще мне нужен украденный артефакт.

— Будьте уверены, все ваши законные и справедливые требования будут удовлетворены в самом полном объеме и в самые сжатые сроки. — Хозяин любезно поклонился. — Пока же рад приветствовать вас в Касабланке и в моей скромной обители. Если вам будет угодно, я буду счастлив предоставить гостевые покои.

— Благодарю, но мне достаточно комфортно в отеле.

К моему удивлению, хотя Долгоруков отдавал должное превосходному галльскому шампанскому, голос его оставался достаточно трезвым.

— В таком случае, возможно, дорогие гости желают что-то узнать? Я всецело к вашим услугам.

Мне надоело изображать мебель.

— Да, я вот как раз хочу кое-что узнать.

— Разумеется, Гая Васильевна, буду счастлив ответить на любые ваши вопросы.

Я вдруг поняла, что с момента пересечения российской границы ко мне никто ни разу не обратился по отчеству. В документах, под которыми я сейчас жила, значились другие данные. Значит, этот жук многое обо мне знает. Что ж, и я не прочь кое-что узнать о делишках магов крови.

— Расскажите, на каких принципах держится ваша гильдия.

— На принципах непричинения вреда и несения обществу максимальной пользы, — с готовностью ответил Хаким ибн Аббас. — Да, о магах крови ходят зловещие слухи, к моему глубочайшему прискорбию, не беспочвенные. Нам известны мрачные дикарские практики, с которыми мы неустанно боремся. Одно никто из членов нашей гильдии никогда не заберет у разумного ни единой капли крови без его добровольного и осознанного согласия. Это распространяется только на здоровых, совершеннолетних лиц, и донорство не должно наносить им ни малейшего ущерба. Вам наверняка известно, Гая Васильевна, что донорство крови в медицинских целях практикуется во всем мире.

— В медицинских целях, — подчеркнула я. — Для спасения жизни и здоровья других разумных. А не для увеличения чьего-нибудь могущества.

— Уверяю вас, могущество сангвиомагов также служит сохранению жизни и здоровья других, — с готовностью заверил хозяин. — Например, я являюсь владельцем клиники «Сангвис», куда съезжаются страждущие со всего мира. Боюсь показаться хвастуном, однако должен отметить, что мы беремся за исцеление таких заболеваний, от которых нет средств в иных медицинских школах. Мы поднимаем с одра болезни тех, кого другие врачи приговорили к паллиативному лечению. Особенное внимание мы уделяем педиатрии: клиника «Сангвис» бесплатно принимает более сотни детей с тяжелыми диагнозами ежегодно, и лечение оказывается успешным в девяноста восьми процентах случаев. Также мы производим регенеративные сыворотки и препараты для ускоренного заживления ран, которые спасают жизни разумных по всему миру. Все это — сфера деятельности моей гильдии, как и многое другое…

— Например, карьеры гладиаторов Арены, — вклинилась я в этот гладкий монолог.

— О, я понимаю вашу обеспокоенность, Гая Васильевна. — Хаким сочувственно кивнул. — Полагаю, вы говорите о Мариам Траоре, уроженке Азании, известной вам под сценическим псевдонимом Алая Королева.

— О ней самой, — нехотя признала я.

— Да будет вам известно, что эта особа не является членом нашей гильдии. Тем не менее, как и все сангвиомаги Касабланки, известные нам, она находится под нашим наблюдением. И у нас нет никакой информации о том, что она когда-либо нарушала законы Магриба. По крайней мере, на территории Магриба. То, что происходит в джунглях Азании, увы, находится вне нашего контроля.

— То есть вам нормально, что магия крови будет применяться на Арене?

— Этот вопрос целиком и полностью находится в ведении руководства Арены. Мы не смеем вмешиваться в деятельность этого древнего и почтенного предприятия. Тем не менее, если руководство Арены запросит у нас любую информацию или помощь касательно этой особы и ее действий, мы незамедлительно предоставим все, что только в наших силах.

Я досадливо поморщилась. Формально этот скользкий тип совершенно прав. Гильдия сангвиомагов никак не может отвечать за деятельность девушки, которая туда даже не входит. И действительно, все, что произошло на вчерашнем испытании, случилось с полного ведома руководства Арены. Возможно, даже было частью его плана.

— То есть вы снимаете с себя ответственность за то, что творят маги крови, не входящие в вашу гильдию, — подытожила я. — Однако сама ваша деятельность легитимизирует и популяризирует темное искусство, которое большая часть цивилизованного мира считает запретным.

— О, я понимаю ваше предубеждение, — с готовностью согласился Хаким. — Тем более что вы родились и выросли в стране, которая запрещает сангвиопрактики. Однако задумайтесь вот о чем, Гая Васильевна: на Тверди известно