Черный лев и снежная чародейка - Алла Железнова

волнением рассматриваю копьеобразное самодельное оружие, что аккуратненько стоит в ряд у выхода из пещеры. Наконечник одного заканчивается здоровым когтем какого-то хищника, получился этакий огромный крюк на «палочке», у второго костного древка наконечник металлический и чем-то напоминает титанит. Дальше всматриваться я не рискнула. Хватит пока впечатлений, ясно одно: женщин тут, кроме меня, нет. Я пребываю в чисто мужском логове.

Тишину рассекли шаги, которые я уже слышала. На этот раз они были отчетливей и привлекли к себе все мое внимание. Я вмиг растеряла всю свою решительность, желание поскорей разобраться с нуждой и замерла, словно мышь перед приближающейся усатой угрозой. Страх, настороженность, нерешительность и стыд нахлынули на меня сразу, как только итарец вошел в пещеру и сбросил у входа свою ношу. Мужчина вытер испарину со лба и откинул темные волосы назад, выбившиеся из-под кожаного шнурка, размял руки маховым упражнением, после чего повел мощными плечами, словно скидывая с них усталость и раздражение. Затем в ход пошел бурдюк с водой, используя которые он ополоснул лицо и руки. Одежда, явно пошитая вручную из тех же шкур, надета на нем мехом внутрь и полностью скрывает массивную фигуру.

По ноздрям полосонул запах крови, от чего я чуть более резко всхлипнула, сбитая с толку, но не менее напуганная. Мой взгляд был резко перехвачен, черные глаза уставились на меня в упор, в их глубине мгновенно вспыхнули фиолетовые искры. О! Кажется, уже поняла, что это значит!

Оборотень сделал несколько резких шагов в мою сторону, от чего я вся подобралась, я была не в состоянии произнести ни слова. Моя реакция не укрылась от него, и итарец замер на месте, с усилием отведя от меня взгляд. Он уставился в землю, после чего зажмурил глаза и с силой сжал широкие ладони в кулаки. На лице его заходили желваки от напряжения, дыхание стало глубоким, прерывистым, словно из его груди выбили весь воздух. Поборов свои инстинкты, зверь снова заглянул мне в глаза и поднял руки вверх, давая знак, что он в порядке и себя контролирует.

От этого лучше себя чувствовать я не стала, в горле пересохло, сердце билось как заведенное. Меня и мужчину разделяет всего три несчастных метра и одно одеялко! Духи тьмы! Я в панике. Прежде мне не доводилось встречать такого здорового иномирянина! Рядом с ним даже Чезар будет выглядеть слегка ущербно. Тонкие губы знакомого незнакомца разомкнулись, и с них сорвался скорее рык, нежели голос:

– Пить… будешь? – произнес он с некой заминкой, будто вспоминал, как надо говорить.

Мурлыкающие нотки неродного языка пробрали меня до мурашек, от чего волосы, казалось, встали дыбом. При других обстоятельствах я бы посмеялась, что напоминаю сейчас, наверное, дикую кошку со всклоченной шерстью, которую застали врасплох. Но нет, я лучше промолчу и сдержанно кивну. Итарец подобрал бурдюк и в три медленных широких шага приблизился ко мне, после чего опустился рядом на корточки. Его хищная аура полосонула по моей, словно разряд, от чего я едва заметно дернулась. Специфический аромат мужского тела завладел моим вниманием. Вот теперь я могу его оценить, и говорит он о многом. Передо мной, наверное, один из самых сильных представителей своего вида: мощный, опасный, одержимый жаждой обзавестись собственной послушной женщиной. И если бы не разница в нашем социальном строе, я бы сейчас уже была в его власти. Но на Сарфире женщины славятся тем, что их воля не уступает мужской, даже таким представителям, как итарцы.

Теплая ладонь приподняла мою голову, горлышко бурдюка приложилось к губам, и я стала жадно пить. Несколько капель то и дело срывались с губ и торопливо скатывались по щекам, падая на мои обнаженные плечи, что не были прикрыты синей шкурой. Темный взгляд следил за ними и замирал напротив бьющейся жилки на моей шее. Когда я оторвалась от кожаного сосуда, оборотень не спешил подниматься и отстраняться, его взгляд продолжал изучать меня, проникая в глубину моих серых глаз. Что он пытался в них разглядеть, я не знаю, но пока там поселились только напряжение и страх – страх быть сломленной, стать чьей-то игрушкой в сильных руках, выгореть душой и отправиться к порогу Великих Врат раньше, чем доживу до старости.

Не выдержав столь пристального внимания, я тихо выпалила важную и постыдную просьбу на одном дыхании. Услышав мои слова, итарец немного отстранился и окинул меня взглядом. Не дав мне опомниться, он ловко подхватил меня на руки вместе со шкурой и понес на выход из пещеры. Как же мне было страшно, кончиками пальцев я вцепилась в свое покрывало, не давая ему сползти. И пусть он меня уже не раз видел обнаженной, я теперь в сознании и не могу вот так сиять перед посторонним мужчиной своей наготой. Это не традиционный костюм и привычные Тени напротив. Это самец, что в любой момент может сорваться, отдав волю инстинктам.

Путешествие закончилось быстро, в другой темной пещере, где оборотень усадил меня осторожно на валун, поддерживая за плечи. Шкура была смещена мне за спину, и вскоре я оказалась обернутой в нее, словно в плащ. Одним только сияющим взглядом он указал мне на землю перед собой, но по-прежнему продолжал удерживать за плечи.

– Что? Вот так, прямо при тебе…? – сердце от волнения рухнуло куда-то в область желудка.

– При мне, – ответил итарец сдержанно, снова глядя мне прямо в глаза.

Лучше бы он молчал. Его голос меня с ума сведет. Я и так уже по уши в ужасе, куда уж дальше-то?

– Я… я не смогу.

– Помочь? – внезапно весело усмехнулся он.

– Нет! – и даже знать не хочу, как!

– Я подожду, – снова с трудом он подобрал простые для меня слова с непростым намеком.

Спустя пару минут я взмолилась:

– Прости, я не могу…

Крепкие руки меня тут же подхватили, и оборотень снова куда-то направился. Я вздохнула с облегчением, ведь я было испугалась, что он «помогать» мне собрался неизвестными мне способами.

Следующим местом нашей остановки был… горячий источник! Вся пещера светилась изнутри, словно ее усеяли тысячи «фосфорных звездочек». Но фосфора не бывает в чисто виде, это что-то другое: необычное и потрясающее! Из стен просачивалась вода, по-видимому, талая, и стекалась в одну заводь с теплой водой, от которой поднимался пар. Не успев сообразить, что к чему, меня поставили перед ним на ноги и стали не торопясь поднимать покрывало от земли вдоль ног вверх, подбираясь к бедрам. Шероховатая ладонь скользнула по икрам, заставив меня взволнованно пискнуть и выказать протест.