Империя Розы: сначала спасём вас, потом уже поработим - Тим Темный

— Сама напросилась, соплячка! — взревел Кардин. — Рассел, Скай, Дав — зажать ее в угол! Не давать маневрировать!

Четверка «Кардинал» сорвалась с места, выставив оружие и формируя классическую дугу окружения.

Я не сдвинулась с места ни на миллиметр. Мое дыхание оставалось ровным, пульс не превышал пятидесяти ударов в минуту. Я закрыла глаза на долю секунды, полностью переключив восприятие на потоки кинетической энергии и гравитационные векторы тел противников через Силу.

Первым до меня добрался Рассел Трэш. Полагаясь на свою скорость, он сделал низкий подкат, намереваясь подрезать мне связки парными клинками.

Я не стала уклоняться прыжком.

В момент, когда лезвия его кинжалов находились в пяти сантиметрах от моих голеней, я сделала микроскопический шаг вперед-вправо под углом в сорок пять градусов. Металл разрезал пустой воздух. Не давая ему восстановить равновесие, я опустила правую ладонь на его затылок, направив вектор его собственной инерции строго вниз, одновременно подставив носок сапога под его опорное колено.

*ХРУСЬ.*

Лицо Рассела с оглушительным звуком впечаталось в бронированные плиты пола. Его нос брызнул кровью, а Аура на табло мгновенно просела на тридцать процентов от сотрясения мозга. Парень остался лежать на полу, пуская слюни в бессознательном состоянии.

— Сука! — взревел Дав Бронзвинг, нанося широкий горизонтальный рубящий удар длинным мечом на уровне моей шеи.

Время для меня замедлилось.

Я не блокировала удар. Я шагнула навстречу клинку, сокращая дистанцию до критического минимума. Лезвие меча просвистело за моей спиной, срезав пару волосков с капюшона, в то время как мое правое плечо мягко скользнуло под мышку нападающего.

Короткий импульс спрессованной Ауры в основание его диафрагмы.

Дав захлебнулся собственным криком, воздух со свистом покинул его легкие. Не останавливая вращения корпуса, я перехватила его запястье, вывернула лучевую кость и направила его падающее тело точно под удар алебарды приближающегося Ская Ларка.

Наконечник алебарды с глухим треском врубился в наплечник собственного союзника, разрядив остатки Ауры Дава до нуля. Скай в панике попытался выдернуть застрявшее древко, но в эту секунду я уже стояла вплотную к нему.

Удар ребром ладони в трахею. Толчок в коленную чашечку сзади.

Скай рухнул на колени, судорожно хватая ртом воздух, и я легким щелчком пальцев по виску отправила его в глубокий нокаут.

Три бойца были нейтрализованы ровно за четыре целых и две десятых секунды.

На арене остался один Кардин Винчестер.

Он замер в пяти шагах от меня, тяжело дыша. Его булава опустилась, а в глазах вместо прежней наглости плескался первобытный, неконтролируемый ужас. Он не видел Проявления скорости. Он видел перед собой невысокую девчонку, которая без единого взмаха меча, одними лишь голыми руками и чистым расчетом траекторий разорвала в клочья его команду.

— Т-ты… что ты такое?! — прохрипел он, судорожно сжимая рукоять «Палача» обеими руками.

— Твой командир, Кардин, — спокойно ответила я, медленно сокращая дистанцию шаг за шагом. — Ты кичился своей силой перед беззащитной девочкой-фавном в столовой. Ты думал, что тяжелая броня и громкий голос делают тебя воином. Но на самом деле ты — всего лишь кусок неотесанного мяса, не способный даже удержать баланс собственного оружия при замахе.

— ЗАТКНИСЬ! — взвыл Винчестер и, наплевав на всю технику боя, со всей дури обрушил пылающую огненным прахом булаву мне на голову.

Я даже не подняла рук для блока.

В момент, когда стальное навершие «Палача» должно было размозжить мне череп, я применила технику ситхского гравитационного смещения. Тончайший телекинетический клин ударил по боковой грани летящей булавы, сместив траекторию удара на восемь сантиметров в сторону.

Тяжелое оружие с грохотом врубилось в пол в миллиметре от моего левого плеча, выбив сноп искр и расколов внешнее покрытие арены. Вся кинетическая энергия удара ушла в металл пола, увлекая Кардина вперед по инерции.

Его защита раскрылась полностью.

Я сделала полшага вперед, оказавшись нос к носу с побелевшим великаном. Мой взгляд встретился с его глазами. На долю секунды я позволила своим серебряным зрачкам вспыхнуть концентрированной, ледяной Тьмой, пропустив сквозь его нервную систему волну парализующего ментального удара.

Тело Кардина одеревенело. Мышцы отказались повиноваться, а по позвоночнику пробежал парализующий холод.

Я не стала бить его со всей силы. Я просто приставила два пальца правой руки к его горлу, точно в яремную впадину, и тихо, отчетливо прошептала так, чтобы слышал только он:

— Твоя жизнь принадлежит мне, Винчестер. Если ты еще хоть раз откроешь пасть в сторону любого фавна в этой цитадели, если ты хоть раз посмеешь нарушить мой приказ — я не стану вызывать тебя на арену. Я сломаю тебе шею в твоей собственной постели, и никакая Аура тебя не спасет. Ты меня понял?

Кардин не мог говорить. Он лишь судорожно, мелко закивал, покрываясь холодным потом от невыносимого ужаса, исходившего от этого детского лица.

Я опустила руку и сделала шаг назад.

— Профессор Гудвитч, спарринг окончен, — громко объявила я, повернувшись к судейской ложе. — Противник не способен продолжать бой.

На мониторе арены уровень боеспособности команды «Кардинал» сменился на мигающий красный статус «Поражение».

Глинда Гудвитч медленно опустила свой стек. На ее лице застыло выражение глубочайшего профессионального шока. За всю историю преподавания в Биконе она не видела столь абсолютного, хирургического доминирования над группой противников без единого применения оружия.

— П-победитель… Руби Роуз, — объявила преподавательница, и ее голос слегка дрогнул.

Трибуны взорвались оглушительными аплодисментами. Студенты вскакивали с мест, выкрикивая мое имя.

Но я даже не взглянула на ликующую толпу. Я развернулась и пошла к выходу из зала. Мой взгляд скользнул по фигуре Жона Арка, сидевшего на нижнем ярусе. Блондин смотрел на меня так, словно перед ним только что разверзлись небеса.

Почва была готова. Настало время для сева.

4 сентября, 23:15. Южная смотровая площадка жилого корпуса Бикона.

Ночной ветер с гор завывал между готическими шпилями замка, принося с собой запах влажной хвои и надвигающегося осеннего дождя. Небо было затянуто рваными свинцовыми тучами, сквозь которые тускло просвечивали