Фантастика 2026-12 - Виктория Юрьевна Побединская

морщин, ни следов эмоций. Но глаза… Спокойные и всевидящие, они пронзали саму суть реальности. Казалось, он видел не меня, а всю мою историю: прошлое на Земле, падение в этот мир, каждую схватку, потерю и тайну.

Аврелиан неторопливо, мерным шагом направился к трону. Его взгляд скользнул по собравшимся, и все, как один, почтительно склонили головы. Все, кроме Лериана, Кселы… и меня. Затем его взгляд, тяжелый и неотвратимый, словно сама судьба, устремился на меня.

Внутри все сжалось от напряжения. Как поступить? Склонить голову, признав его власть? Но я — Первый Игрок, знамя, вокруг которого должны объединиться все империи. Если я склонюсь сейчас, смогу ли потом повести за собой его армии? Или он расценит это как слабость? Не склониться? Это могли счесть чудовищным неуважением, оскорблением, за которое можно заплатить жизнью. Как же я был далек от этой грязной игры под названием политика! Никогда не хотел в нее погружаться, но сейчас выбора не было.

Я едва заметно скосил глаза в сторону Лериана. Учитель стоял прямо, его подбородок был гордо вздернут, взгляд устремлен на императора, но в нем не было ни вызова, ни подобострастия — лишь уверенность и чувство собственного достоинства. Ксела, стоявшая чуть дальше, держалась аналогично. Ее поза была скорее вызывающей, но и она не склонила головы.

«Что ж, — мелькнула мысль, — выбор очевиден».

Я расправил плечи, чувствуя, как ткань одежды отзывалась на едва ощутимый импульс моей воли. Подняв взгляд, я встретился глазами с императором. Это не был вызов, скорее… утверждение моего права стоять с ним на равных. Секунда, другая… Лицо императора оставалось абсолютно бесстрастным. Ни одобрения, ни гнева — лишь холодный анализ. Не говоря ни слова, он развернулся и занял трон.

Лишь тогда присутствующие подняли головы. Ритуал был соблюден.

Глашатай, стоявший у подножия возвышения, начал оглашать титулы императора. Его голос гулко разносился под сводами зала:

— Его Императорское Величество, Аврелиан, Бессмертный Монарх, Стержень Санкталии, Хранитель Незыблемого Закона…

Перечисление заняло добрую минуту. Когда эхо затихло, император заговорил. Его голос был тихим, но он заполнил собой весь зал, словно исходя не из его уст, а из самой материи пространства.

— Вот какой он, Первый Игрок. — произнес Аврелиан, его всевидящий взгляд был прикован ко мне. — Человек, принесший моей империи столько… проблем.

Я внутренне напрягся. Такой поворот я предвидел, но легче от этого не стало. Что я мог ответить? Оправдаться? Обвинить в ответ? Я молчал, стараясь сохранить непроницаемое выражение лица.

— Но, — продолжил император, и в его голосе впервые прозвучала нотка, отличная от ледяной констатации факта, — своим появлением ты принес надежду. О которой я даже не смел мечтать. — он сделал паузу, давая словам проникнуть в сознание всех присутствующих. — Скажи мне, почему ты решил скрываться с… — его взгляд на мгновение скользнул по Лериану и Кселе, — Творцами, вместо того чтобы немедленно явиться к своему императору?

Вопрос прозвучал как удар хлыста. Прямота ошеломляла. Но и у меня не было причин лукавить.

— Потому что имперский Системщик на моих глазах приговорил к смерти близкого мне человека. — мой голос прозвучал четко и ровно, без тени вызова, лишь с констатацией горькой правды. — Лишь за то, что он являлся Творцом. Я не мог доверять правителю, санкционировавшему подобные указы.

На лице Аврелиана на мгновение промелькнула тень. Легкая, почти невидимая рябь на поверхности абсолютного спокойствия.

— Что изменилось сейчас? — спросил он.

— Изменился выбор. — ответил я без колебаний. — Тогда на кону была жизнь одного человека и моя собственная. Сейчас — судьба всего Эйвеля. Если мы с вами не найдем общий язык, я отправлюсь в Карнхейм. Если и там ничего не выйдет — в Тиарнвал. Буду искать правителя, готового вместе со мной противостоять вторжению иномирцев. Моя задача как Первого Игрока — сплотить всех, кто готов дать отпор захватчикам, и возглавить эту борьбу.

После моих слов в зале вновь воцарилась гробовая тишина. Казалось, даже воздух замер. Император неотрывно смотрел на меня, его пронзительный взгляд, казалось, проникал в самые потаенные уголки моей души, взвешивая каждое слово, каждую мысль. Кассиан за его спиной стоял неподвижно, но я почувствовал, как его готовность к действию достигла предела. Лериан был подобен статуе. Ксела… мне показалось, в ее глазах мелькнула искра одобрения.

Наконец, Аврелиан медленно, почти незаметно кивнул.

— Я принимаю твой ответ, и мне понятны твои причины. — произнес он. Его голос вновь стал абсолютно ровным. — Однако ты многого не знаешь о… Творцах. — его взгляд скользнул по Лериану и Кселе, а затем вернулся ко мне. — Но иномирцы угрожают всем без исключения. Сейчас необходимо забыть старые обиды и объединиться против общей угрозы'.

Он откинулся на спинку трона, и его фигура, словно выросла на мгновение, заполнив собой всё пространство зала.

— Текущая ситуация плачевна. Врагу удалось нанести точечный, но сильнейший удар. Погибло множество наших граждан, а военный потенциал серьезно ослаблен. На данный момент никто не располагает точными данными о местонахождении и планах сил вторжения. Моя разведка работает не щадя сил. Дипломаты уже направлены в соседние империи с предложением о создании военного союза под твоим, Первый Игрок, началом. Аналитики день и ночь разрабатывают стратегию дальнейших действий. Все эти задачи требуют времени и, увы, почти не зависят от нас с тобой.

Он сделал паузу, и в его глазах загорелся холодный, стальной огонь, затем продолжил:

— Однако есть проблема, решение которой нельзя откладывать. И я прошу тебя и Творцов взять ее на себя. Великий Лес. — это слово прозвучало как приговор. — Его оборона, державшаяся веками, оказалась прорвана. Многие приграничные города и поселения стерты с лица земли. Монстры Леса, ведомые Шепчущими, беспрепятственно движутся вглубь империи, сея смерть и разрушение. Санкталия не выдержит войны на два фронта. Мы должны сосредоточить все силы на иномирцах. Поэтому задача по нейтрализации угрозы со стороны Леса ложится на вас. Необходимо в кратчайшие сроки найти способ остановить это нашествие и ликвидировать его источник.

Ноги подкосились у меня под коленями. Я поднял взгляд на Лериана. На его обычно невозмутимом лице застыло откровенное недоумение, смешанное с явной тревогой. Ксела, словно пробудившись от оцепенения, резко вскинула брови, а губы ее сжались в тонкую нить. Я снова устремил взгляд на императора, и в голове эхом прокатилась одна, оглушительная мысль:

«Неужели он всерьез хочет, чтобы мы решили проблему, перед которой бессильна была вся мощь Империи на протяжении столетий⁈ Да еще и в сжатые сроки⁈»

Глава 9

Я стоял, каменный пол зала приемов под ногами, казалось, таял,