Фантастика 2026-171 - Игорь Валерьевич Минаков

Ватутин, не моргнув глазом, ответил по-военному четко:

— Танковые войска округа проходят интенсивную подготовку. Осваивается новая техника. Мы учимся на опыте, в том числе и немецком. Наш ответ, в случае конфликта, будет адекватным.

Американец кивнул, хотя ответ генерала-лейтенанта был скорее уклончивым, нежели содержательным. Однако звучал он уверенно. Гарриман понял, что русские так просто свои карты не выложат, а будут водить его за нос, насколько сочтут необходимым.

Главное, однако, произошло на следующий день. По настоятельной просьбе спецпредставителя, поддержанной товарищем Вышинским, ему устроили поездку на один из полигонов под Фастовом. Правда, новейшие «Т-34» или «КВ» иностранцам не показали.

На заснеженном поле шли учения стрелковой дивизии, но не обычные. Это была отработка противотанковой обороны. Солдаты рыли позиции в мерзлой земле с лихорадочной скоростью. Буксируемые 45-мм и 76-мм пушки меняли позиции после нескольких выстрелов.

Командиры с рациями РБ руководили действиями своих подчиненных. Гарриман увидел, как пехота организует импровизированные засады с бутылками с зажигательной смесью и противотанковыми гранатами на предполагаемых направлениях атаки «противника», роль которого играли несколько устаревших танков БТ.

Это была ожесточенная, сосредоточенная работа по уничтожению танков. Красноармейцы демонстрировали не только выучку, но и психологическую готовность встретить знаменитые германские танковые клинья во всеоружии.

Итон, американский военный атташе, комментируя спецпредставителю Рузвельта происходящее, не скрывал восторга. По его словам, русские солдаты и офицеры не играли в войну. Они готовились к мясорубке. И эта готовность была видна невооруженным глазом.

Возвращаясь вечером в «Гранд-Отель», Гарриман задумчиво молчал. Капитан Итон спросил у него:

— Каковы ваши впечатления от увиденного, сэр?

Спецпредставитель смотрел в темнеющее окошко «Паккарда».

— Русские не похожи на французов, — тихо сказал он. — У русских нет мишурного блеска, свойственного лягушатникам, но есть железная решимость драться за свою землю, которой у них очень много. И они готовы зарыться в нее и драться за каждый клочок. Немцы наступят на грабли. Очень тяжелые грабли, которые расшибут их упрямые тевтонские лбы.

— Выходит, мистер Гарриман, что русским стоит помогать?

— Полагаю, что стоит, — ответил Гарриман, обернувшись к атташе. — Понятно, что легкой борьба с немцами для русских не будет. И все-таки они сумеют измотать и обескровить вермахт. А для нас это сейчас главное. Доложите в Вашингтон, что эти люди будут драться. Им можно помогать. Это будет хорошей инвестицией.

— Совершенно согласен с вами, сэр. Мой предшественник, Файмонвилл, неверно оценил потенциал советских вооруженных сил.

— Да, тем более что информации о нем у нас недостаточно. Ведь и сейчас они нам показывают лишь то, что хотят. А мне хотелось бы знать гораздо больше.

У въезда в город, кортеж спецпредставителя американского президента остановил военный патруль. Ехавший в следующей машине майор госбезопасности Суслов, вышел, чтобы узнать в чем дело. Выслушав командира патруля, он кивнул и подошел к «Паккарду».

— В чем дело, господин майор? — осведомился Итон, выйдя навстречу.

— Господина Гарримана хочет видеть командующий округом.

Глава 6

Я принял Гарримана в своем кабинете в штабе КОВО. Малейшие признаки, что здесь работает сраженный недугом командующий, были убраны. Такие люди, как спецпредставитель американского президента не должны замечать признаков слабости, даже если они липовые.

— Мистер Гарриман, — сказал я, не давая гостю опомниться. — Вы видели готовность подчиненных мне войск. Теперь давайте о деле. У меня нет времени на светские беседы.

Он сел, приняв правила игры, ощупывая умными глазам и обстановку и меня.

— Я слушаю вас, господин генерал, — ответил спецпредставитель через переводчика.

Я открыл папку, вынул и положил на стол несколько страниц текста, напечатанного на машинке. Документ был составлен на безупречном английском. Так что у американцев не было шанса «потерять» что-нибудь при переводе.

— В дополнение к тем материалам, которые вы, видимо, получите в нашем НКИДе. Первое, взрывчатка и порох. Наши заводы не могут произвести требуемого количества, а главное — качества. Без снарядов артиллерия мертвое железо. Без тротила и аммотола саперы не могут минировать танкоопасные направления как следует. Нам нужны готовые взрывчатые вещества и пороховые заряды. Тысячи тонн. К весне следующего года. Второе. Высокооктановый авиабензин. Без него мы не сможем в полную силу использовать нашу авиацию. Третье. Полевые радиостанции для наших танковых батальонов и артиллерийских дивизионов. Чтобы командир танковой роты мог слышать командира батальона, а не выскакивать с флажками под огонь. Рации нужны коротковолновые, и весьма надежные. Количество в заявке указано. Четвертое. Автомобили. «Студебеккеры», «Доджи». Последние уже предложены нам для испытания корпорацией «Крайслер». Мы готовы испытать их в реальном бою. Моя пехота отстает от танков на марше. Тылы не поспевают. Дайте мне нужное количество грузовиков, и я переброшу дивизию на угрожаемый участок на сутки раньше. Это решит исход боя. Пятое. Консервы. Мясные, овощные, рыбные концентраты. Боец с пустым желудком — это плохой боец. Наш пищепром не поспеет за мобилизационным развертыванием. Это вопрос не комфорта, а выносливости.

Гарриман слушал, не перебивая. Его взгляд стал жестче и деловитее. Номенклатура товаров, их количество, возможная выгода, видимо, это был язык, который он хорошо понимал. А если не он, так американские корпорации, которые этот господин представлял на самом деле.

— Это весьма впечатляющий перечень, господин генерал, — вкрадчиво произнес он. — Хочу предупредить, что некоторые позиции даже у нас могут оказаться в дефиците.

— В дефиците у вас мирное время, мистер Гарриман, — перебил я. — У меня в дефиците время, оставшееся до войны. Каждый грузовик, каждая бочка бензина, каждая рация, что придет в течение следующих нескольких месяцев, будут использованы для победы. Каждая, что придет после начала войны, может стоить тысячи жизней американцев, когда придет срок вступить в сражение Соединенным Штатам. Вы не просто поможете вооруженным силам СССР, вы создадите дополнительный эшелон обороны собственной страны прямо здесь, на Днепре. И этот эшелон обойдется вам дешевле, чем один авианосец.

Я встал и подошел к карте, не глядя на него.

— Сообщите вашему президенту, господину Рузвельту, что Жуков, разгромивший японцев на Халхин-Голе и финнов под Выборгом, не просит помощи. Он запрашивает материальную часть для выполнения боевой задачи. Задачи по сковыванию и разгрому основной группировки вермахта на континенте. Выполним мы ее или нет, зависит и от ваших решений тоже. Без этого будет тяжелее, дольше, и линия фронта к зиме может оказаться не здесь, —