Обратный отсчет - Токацин

Разметка была готова. Гедимин досчитал про себя до десяти и шумно выдохнул. Ему было не по себе.

— Пора копать? — первым подал голос Корген. Он тронул сармата за здоровую руку и подставил ему плечо.

— Когда работа пойдёт, нам лучше быть наверху. Текк’ты, как увлекутся, ни на что не смотрят.

Гедимин повернулся к притихшим змеям. Они склонились над небольшим каменным шаром. Сармат разглядел в потемневшей породе пару блестящих чёрных вкраплений.

— Сейчас, только образец возьму, — он опустился на землю, прижал ладонь к камню и включил бур на самых малых оборотах. «Скорее бы рука заживала! Она уже не чешется — пойду, скажу Вепуату, чтобы снял повязки…»

— Мне нужны будут ещё… размешанные камни, — сказал он Коргену, терпеливо ожидающему за плечом. — Этот размяли слишком сильно. Нужен более… жидкий, что ли.

Корген зазвенел шипами.

— Ну, за этим дело не станет. Пока двое копают, один может заняться ерундой. Только тебе лучше тут не лазить… Сказать им, чтобы закинули наверх камня, сколько надо для твоих дел? Там, у вас, свободного места много.

Гедимин кивнул.

— Пусть кидают во-он на тот склон. Десять таких лепёшек… хотя нет, лучше пятнадцать. И вот эти два камня тоже.

Один из Текк’тов сделал резкий выпад и ткнул головой в ровную поверхность на месте будущей шахты. Корген пошевелил когтями и крепко взял Гедимина под руку.

— Идём наверх. Я оттуда всё им скажу. Им, видишь, уже не терпится копать.

…Гедимин молча ждал на краю обрыва, пока страж договорится; в его ладони были зажаты два свежих керна, и оба на ощупь очень ему нравились. «Вот и замена бетону,» — пульсировало в мозгу, и в груди слегка теплело. «Проверить на облучение… Если Текк’ты могут примешать к камню ипрон — подумать над аналогом ипронового рилкара… хотя — оболочки для твэлов лучше делать из песка. Литейная станция справится…»

Снизу донёсся негромкий, но давящий на уши гул. Двое Текк’тов переместились к размеченному кругу и уткнулись мордами в камень. Два ошмётка горной породы оторвались от плиты и легко, как клочья стекловаты, пролетели над долиной и упали за штабелями плоских камней. Следом полетели ещё два. Гедимин помянул про себя уран и торий и нелепо ухмыльнулся. «Работа идёт. Так они за сутки справятся!»

Мимо просвистели каменные лепёшки — третий змей, не допущенный к земляным работам, занялся «ерундой». Со всех сторон раздались пронзительные вопли, и Гедимин вскинулся, подумав, что кого-нибудь придавило, но нет — все аборигены, незаметно собравшиеся у обрыва, стояли на безопасном расстоянии. Они вопили и махали всем, что было в руках, а вокруг них с писком и клёкотом метались нхельви. Даже они не были напуганы — их уши стояли торчком, усы взволнованно трепетали, кто-то порывался прыгнуть, но всех вовремя одёргивали. «Хорёк, сотрясающий материки,» — Гедимин не удержался от усмешки. «Кто бы мне раньше рассказал, куда меня занесёт, и чего я насмотрюсь…»

Земля под ногами загудела, и аборигены кинулись врассыпную, но восторженные вопли стали только громче. Текк’т — самый мелкий из троих «рабочих» — высунул голову из слоя гравия, а потом подтянул и первые двадцать метров туловища и свился кольцами недалеко от края плато. Его голова качнулась, и он тронул ближайший камень, пристально глядя на Гедимина. Сармат кивнул.

— Скажи ему, чтобы помял вот эту лепёшку. Пусть ужмёт её ровно в два раза.

Бронированное тело Текк’та мелко задрожало, над холмом пронёсся гул. Гедимин сжал было пальцы в кулак, не зная, чего ожидать, но змей послушно уткнулся в каменный блин, перевернул его на ребро и смял в комок. На лепёшку налипли было посторонние камешки, но Текк’т, прихватив её зубами, встряхнул, и гравий осыпался.

— Он говорит, что у тебя смешные поручения, — запоздало перевёл Корген. — А правда — зачем тебе мятый камень?

— Он от этого прочнеет, — не стал вдаваться в подробности Гедимин. — Я смотрю, чего туда добавить, чтобы было хорошо. А что, у вас не привлекают Текк’тов к строительству?

Корген зазвенел шипами.

— Они — нергоны. Это вы, наследники Куэннов, можете поручать им всякое. А мирные жители… Вон, смотри, — никто из них не видел Текк’та за такой игрой.

«Игрой?» — Гедимин недовольно сощурился. Змей, оставив примятый камень в покое, выжидающе смотрел на него. Сармат подошёл, поцарапал желтоватую поверхность когтем. Узор смятых и перекрученных слоёв и впрямь проступил на гладком боку — и это было красиво.

— Хорошо сделано, — сдержанно кивнул Гедимин, укладывая в карман очередной керн. — Этот камень пусть положит к двум вон тем. И возьмёт ещё один. Его надо будет умять ровно в три раза.

…Короткий ряд «умятых» камней протянулся вдоль обрыва. По ним, обнюхивая каждый выступ, уже сновали нхельви. В подступающей темноте огни полевой кухни разгорелись ярче. Снизу грохотало, но чем дальше, тем реже. «Дело к ночи,» — Гедимин покосился на небо — кругляши-«солнца» уже пропали, появились мелкие бляшки, изображающие, видимо, луны. «На сегодня хватит образцов. Ещё эти проверять…»

— Скажи, что на сегодня всё, — повернулся он к Коргену. — Если не устал, может ещё покопать. Там, кажется, нужна помощь.

Корген встряхнул шипами.

— Да, в копании помощь никогда не лишняя. Пойдёшь смотреть, чего там нарыли?

— Угу, — сармат досадливо сощурился на неподвижную руку. «Проверю работы — и пойду к Вепуату. От этих фиксаторов только пальцы немеют.»

Корген, выйдя на обрыв, издал короткий рокочущий звук. Последний камень громыхнул, упав на дно долины, и всё стихло. Из неглубокого колодца впритык высовывались две змеиные головы. Третий Текк’т, не успевший толком нырнуть, поднял над камнем только морду. В слабом свете ярких глаз Гедимин увидел округлую кромку шахты. Текк’ты не дошли до разметки пять сантиметров — вероятно, оставили немного камня для тонкой, чистовой отделки, а пока выбирали черновой объём. Сканер показывал почти ровный, с незначительными выступами по стенкам, колодец — чуть меньше пяти метров в поперечнике, сто двадцать сантиметров в глубину.

«Это за сорок минут,» — Гедимин сверился с часами. «Чем глубже, тем, естественно, медленнее… Двое суток, не больше. Со всеми перерывами и охотой на червей. Двое суток…»

— Ну что? — нетерпеливо спросил Корген, высматривающий что-то на горизонте. — Если нужно подправить — скажи, пока я здесь. Ночью будешь работать с Калигом или Навкетом, а