Обратный отсчет - Токацин

Он сделал пару шагов по гребню между двумя провалами или кратерами, — вдалеке виднелись поднимающиеся края, значит, странные ямы были невелики и имели округлую форму. «Почва» громко хрустела под ногами. Оглянувшись, Гедимин увидел неглубокие, но чёткие следы… и ещё несколько цепочек небольших, далеко отстоящих друг от друга вмятин. Какие-то существа пробежали здесь; они не ступали на пятку, делали широкие шаги и держались плотной группой, не отходя друг от друга более чем на пару метров. Цепочки следов спускались в кратер.

«Ага, здесь, чуть ниже — первая площадка. Дно кратера — глубже. И здесь они, похоже, повернули наверх,» — на экране сканера неглубокие следы были видны плохо, но спускаться Гедимину не хотелось. «Или они пошли по наклонной стене, или… поднялись на гребень во-он там. Сейчас их тут нет. Срезали угол и нырнули в другой разлом. Идти за ними?»

Гедимин оглянулся на короткую цепочку своих следов. Далёкий раскатистый грохот заставил его поёжиться. В направлении его взгляда что-то на горизонте полыхнуло — сперва жёлтым, потом — багровым, вздуваясь бесформенным подсвеченным шаром. «Дым,» — сармат дотянулся до респиратора, прикрывая фильтры. «Тут, похоже, очень сейсмоактивная местность. Не хватало ещё попасть под пирокластику…»

Разлом, через который сармат прошёл сюда, никуда не делся — так и белел пятном ряби в начале цепочки следов. Гедимин, оглядевшись по сторонам, порылся в карманах, достал полосатую вешку и вбил в спрессованный пепел. Хрусткий грунт поддался легко — штырь вошёл до половины, обозначив дорогу обратно. «Не увижу сам — сканер найдёт,» — сармат покосился на запястье. «Час-другой она продержится. Пройду вдоль кратера, поищу второй разлом…»

Цепочки торопливых следов спускались на округлую «галерею» и шли дальше по ней, в шести метрах под валом, по которому ступал Гедимин. «Галерея», с одного края широкая и покрытая уже знакомым сармату слоем пепла, постепенно сужалась и обретала странный блеск. Потом сквозь неё проступили заострённые красно-жёлтые камни, и «галерея» оборвалась. Дальше путь Джагулов — если они действительно там прошли — лежал по узким проходам между острых удлинённых обломков. Эти камни покрывали всё дно кратера, и все они, как заметил Гедимин, наклонялись к нему — не к валу, как было бы, если бы они накренились от взрыва, а к самой нижней точке. Озадаченно хмыкнув, сармат перебрался через гребень и на когтях соскользнул на десять метров вниз. Камни держались прочно — кое-где Гедимин шёл по ним, и они не выламывались из склона.

«Дальше ничего не видно,» — сармат посветил себе под ноги — след пропал на твёрдой стеклянистой поверхности. «Где-то я их упустил. Не заметил разлома?»

Что-то мелькнуло на краю поля зрения. Гедимин резко обернулся, но увидел только световой блик на гладком камне. Что-то шевельнулось справа, сармат, не оборачиваясь, взялся за сканер — и тут же забыл о приборе. Со дна кратера донёсся оглушительный треск, будто лопался метровый куб рилкара. Земля качнулась. Затрещало ещё раз — в этот раз два куба разлетелись в мелкие осколки. Гедимин вжался спиной в камни, вцепился в генератор защитного поля. Со дна катера поднимался широкий столб жёлто-белого огня.

Что это не огонь, сармат понял в следующую же секунду, когда смотрел на взлетающие в небо длинные пятна из-под защитного купола. Со дна кратера вверх поднимались змееподобные существа со множеством несимметричных выростов-крыльев. «Крылья» мелко трепетали, на лету становясь из жёлтых алыми, и раскалённые добела тела покрывались «холодными» рыжеватыми пятнами. В тридцати метрах от точки вылета существа, остывшие уже до красноты, разлетались во все стороны. Гедимин, ошалело мигая, машинально подсчитывал плотность «потока» и численность огненной стаи. Не успел иссякнуть первый «выброс», как дно кратера снова затрещало, и очередной «гейзер» ударил в небо. В этот раз существ было меньше, и летели они не таким плотным «потоком» — да и сами они, как заметил Гедимин, были короче, и у них недоставало одного-двух крыльев.

«Местная фауна, мать её пробирка…» — сармат, забыв о растворившемся защитном поле, глядел в небо, пока последние «змеи», трепеща крыльями, разлетались из кратера. Ещё десять секунд он ждал, но четвёртого трескучего раската не услышал. Блики на красно-жёлтых камнях погасли.

«Вся колония вылетела,» — Гедимин проводил взглядом последнее существо и медленно, цепляясь за камни, полез в кратер. Он остановился по пути подобрать красно-жёлтый обломок и сунул его в пакет к каменным фигуркам — булыжник был слишком большим для «карманов» скафандра. Внизу ещё что-то потрескивало — так, еле слышно, будто кто-то сыпал на землю мелкие стеклянные осколки.

Острые камни, наклонённые внутрь кратера, вскоре сменились поваленными, с оплавленными и сглаженными углами. Вес сармата эта порода держала легко — она вообще показалась ему довольно прочной, плотной, чем-то похожей на базальты Земли. Добравшись до относительно ровной площадки, он наклонился за керном, но под руку легли прозрачные стеклянные осколки.

Это было не стекло и даже не стеклянистый фрил, как подумал сначала ошарашенный Гедимин, — скорее, кристаллическая порода, много прозрачных кристаллов, собранных вместе. Таких осколков тут были тысячи — некоторые разметало по дну кратера, другие лежали друг на друге толстым слоем, скреплённые какой-то чёрной нитчатой массой. Она стремительно разрушалась — Гедимин не успел притронуться к ней, как нити пылью вытекли из-под пальцев. «Стекло» оказалось прочнее.

Сармат шагнул на стеклянный «помост», огляделся по сторонам. «Вот что трещало. Тысячи „стеклянных“ яиц или коконов.» Откуда-то из-за края кратера донёсся знакомый треск, и Гедимин криво ухмыльнулся. «Видимо, день массового вылупления. Какое-то животное формирует такие кристаллы у себя внутри. Собрать побольше для изучения…»

Он сгрёб пару горстей, обернул защитным полем, засунул всё в тот же пакет, уже изрядно отяжелевший. Приглядевшись к обломкам скорлупы, подобрал цельное яйцо — здесь были и такие, даже не начавшие вскрываться. Под прозрачной скорлупой лежало что-то тёмно-бордовое. «Это — Вепуату на вскрытие… А вот, кажется, живой.»

Одно из невскрывшихся яиц подпрыгивало на месте и вспыхивало изнутри. Гедимин склонился над ним. Существо под скорлупой раскалилось уже добела, но оболочка отчего-то не лопалась. «Ага. Тут „стекло“ в полтора раза толще. Какая-то аномалия…» — сармат осторожно ощупал скорлупу и пару раз щёлкнул по ней когтем. Несмотря на жар внутри, она оставалась холодной — как и те осколки, которые он минутой ранее сгребал в пакет.

«Так, структуру я понял. Осторожно, не задеть…» — он прижал дёргающийся кокон ладонью и, зажав в кулаке подвернувшийся камень, ударил по скорлупе. На втором ударе