Маньчжурский гамбит. Том 4 - Павел Барчук

давал понять, что справится с десятком авторитетов, бояться нечего. Корф нахмурился, покачал головой. Он уверенности вахмистра не разделял. Михаил так и вовсе побледнел. Грузинский князь, успевший покрутиться в харбинских реалиях, лучше остальных понимал серьезность ситуации.

— Вы планируете собрать в одном месте главарей Цинбан и хунхузов? — грузинский аристократ посмотрел на меня как на безумного. — Павел, это очень рискованно! Они же перережут друг друга. И нас заодно. Это как двух бешеных псов закрыть в одном загоне. Прольется кровь.

— Вот чтобы она не пролилась, особенно наша, Осеев и парни обеспечат внешний контур, — ответил я Михаилу. — А мы втроем: я, Тимоха и вы, снова будем ждать наших новообретенных друзей внутри. Секач по-русски ни бельмеса не смыслит, сами знаете. Линь Чжао говорит чисто, но в обществе хунхуза он может перейти на китайский. Так что этим вечером вы снова нужны мне в роли переводчика.

Михаил кивнул, нервно поправил воротник свитера. Отступать он не привык, порода не позволяет.

Мы обсудили еще несколько организационных вопросов, и я отпустил соратников восвояси.

Остаток дня прошел в рутине. Успел просмотреть бухгалтерские отчеты Селиванова, спустился в цех к профессору Бессонову, чтобы проверить, как там наша брага. Процесс шел идеально, сусло дышало и пускало пузыри. Первая партия спирта должна выйти отменной. В общем, занимался хозяйственным делами.

Сумерки накрыли Харбин стремительно. Алексей и его парни ушли раньше, как и договаривались. Мы с Тимохой и Михаилом выдвинулись в начале десятого, когда стемнело окончательно.

И вот тут нам пригодился подземный ход.

Осеев о дыре под половицами знал. Присутствовал при ее обнаружении. Так что Алексей со стрелками просто спустился в лазарет, проскользнул в комнату и открыл подземный ход. Тимофей проводил их до нужного поворота — того самого левого рукава, что вел в овраг. Вахмистр выпустил парней наружу, запер массивную дубовую створку на засов и вернулся обратно. Вторая ветка, уходящая в Новый город к особняку Хондзё, нам сейчас не требовалась.

Для грузинского аристократа наличие на лесопилке собственных катакомб оказалось сюрпризом. Когда мы с вахмистром завели его в пустующую каморку медчасти, где еще утром обитала Манью, грузин заметно удивился. А когда Тимоха откинул деревянный щит, обнажив темный провал, уходящий под землю, челюсть Манджгаладзе и вовсе поползла вниз.

— Павел… Это что такое? — он недоверчиво уставился на крутые земляные ступени, выступающие из темноты.

— Наш персональный черный ход, Михаил. Наследие прежнего владельца лесопилки, господина Хлынова, — пояснил я. — Купчина, похоже, был с гнильцой, промышлял контрабандой. Зато теперь у нас есть возможность гулять туда-сюда, не переживая за секретность. Идемте, время не ждет.

Тимоха зажег керосинку, убавил фитиль до минимума и первым полез в сырую темноту. Я двинул следом. Михаил, перекрестившись, спустился последним.

Вахмистр дождался, пока я и Манджгаладзе окажемся внизу, затем поднялся по ступеням и аккуратно вернул деревянный щит на место.

Мы быстро дошли до разветвления, свернули в нужный туннель и уже через десять минут выбрались в овраге. Тимофей плотно прикрыл створку, присыпал ее снегом, накидал сверху еще веток. В жизни не догадаешься, что здесь — подземный ход. Дальше двинули уже через лесопосадку и пустыри.

Мельница вынырнула из мрака черным, уродливым пятном. Со стороны заснеженных кустарников оврага донесся тихий, едва уловимый свист. Осеев на месте. Отлично.

Вошли внутрь. Прогнившие половицы угрожающе пружинили под сапогами, но нам уже приходилось тут бывать, поэтому я не переживал, что кто-нибудь из моих спутников провалится вниз. Заняли позицию в самом центре зала. Тимоха привычно замер за моим правым плечом. Михаил встал слева. Потекло время ожидания.

Глава 10

Первыми появились представители Триады.

В дверном проеме бесшумно нарисовались четыре фигуры. Линь Чжао неторопливо вышел вперед, прямо в полосу лунного света. Сегодня на харбинском мафиози не было никаких шелковых халатов. Вместо всякой национальной фигни — практичная, добротная кожаная куртка, надвинутая на брови шерстяная кепка. Руки он глубоко спрятаны в карманы. Чистый «браток» из 90-х, ей-богу. Аж в душе защемило от приступа ностальгии. Сопровождающие его боевики разошлись веером, технично и без лишней суеты перекрывая выход.

Чжао остановился в пяти шагах от меня, коротко кивнул. Его темные глаза равнодушно скользнули по Тимофею, задержались на Михаиле и вернулись ко мне.

— Русский князь пунктуален, — произнес китаец сухо, без эмоций. Просто констатировал факт. — Хорошее качество для деловых встреч. Давай обсудим твой план. Ты же ради этого меня сюда вызвал. Не хочется мерзнуть в этой развалине.

— План будет, — спокойно ответил я, не меняя позы. — Ждем второго участника концессии.

Чжао нахмурился, напрягся. Он не рассчитывал увидеть кого-то кроме меня. Однако задать вопрос, кого именно мы ждем, не успел.

Словно в подтверждение моих слов, снаружи громко и нагло захрустел снег. Громкие, лишенные всякой скрытности шаги сообщили о прибытии второй стороны. Хунхузы шли, как на прогулке, совершенно не стесняясь. Видимо, сделали выводы из прошлой встречи. Зачем дергаться, если князь Арсеньев все равно позаботится о скрытой поддержке в виде небольшого отряда своих людей.

Черный Секач ввалился в мельницу с грацией разозленного медведя-шатуна. Огромный, в распахнутой настежь волчьей дохе. Бритая голова тускло отсвечивает в полумраке. За его спиной маячили шестеро крепких, отмороженных хунхузов, вооруженных обрезами. От них густо разило перегаром и немытым телом.

Едва переступив порог, Хай Дэй резко затормозил. Его тяжелый, налитый кровью взгляд наткнулся на Линь Чжао.

Пожалуй, это была сцена, достойная самых крутых боевиков. Жаль, что их еще не снимают.

Секач смотрел на Чжао. Чжао пялился на Секача. Воздух между ними буквально вибрировал от напряжения. Не хватало на фоне какой-нибудь подходящей музыки, чтобы нагнетала атмосферу.

Триада и хунхузы делят сферы влияния в Харбине не первый год. Перемирия между ними всегда носили лишь временный характер. А тут — встреча. Не для того, чтобы пустить друг другу кровь, а ради беседы. Ни один, ни второй к такому морально были не готовы. Они не ожидали увидеть здесь друг друга. Для них это оказался пренеприятнейший сюрприз. Подстава чистой воды.

Секач утробно зарычал. Правая рука вожака «лесных бандитов» метнулась под тулуп. Его парни синхронно, как по команде, вскинули обрезы. Целились они, само собой, в людей Триады.

«Зеленая банда» отреагировала молниеносно. В руках появились японские «Намбу» и немецкие «Маузеры». Фокусники, мать их так.

Тимофей, не дожидаясь первых выстрелов, шагнул вперед, загораживая меня от всех бандитов сразу.

Я резко отодвинул вахмистра с дороги, вышел вперед.

— Стоять! — рявкнул так, что, сам впечатлился.

Сделал еще несколько шагов, прямо на линию огня, между готовыми