Значит, война - Дмитрий Ромов

Он замолчал, внимательно слушая Олега и только качал головой, вставляя время от времени:

— Так… Так… Сука… Сука… Вот сука!

А Олег говорил и говорил.

— Ладно, давай, побудь там, — подвёл итог дед. — Ты мне здесь, конечно, нужен, но Фокус сейчас важнее… Нет, не через Алексея… Нет, я сказал! Напрямую через меня. Да, все эти вопросы буду решать лично я… Ничего страшного, в любое время, я вообще не сплю… Всё, давай… Давай…. Давай, молодец, работай.

— Чё ты про Олега скажешь? — спросил он у меня, отключившись.

— Про Олега? — переспросил я. — Парень вроде нормальный. Резкий, соображает хорошо. Дело знает, похоже, но что у него внутри, сказать не могу. Внешне всё норм. По поводу преданности не знаю. На риск идёт без раздумий. Не отчаянный, но дерзкий.

— Вот мне такие и нужны. Нужно его поставить заместителем Алексея.

Ширяй замолчал.

— Чего он сказал-то? — спросил через какое-то время я. — Нашёл явку?

— Да, — кивнул он. — Нашёл. Но чувак исчез. Тот, который сидел в турфирме и должен был отдать документы Фокусу.

— Исчез до или после?

— Скорее всего после встречи с Фокусом. В смысле, исчез он только вчера, а перед этим за день был на работе, как обычно.

— А вообще-то встречался он с Фокусом или нет? — прищурился я.

— Конкретной информации нет, — угрюмо ответил Ширяй. — Скорее всего, да. Правда Фокуса по фотографии никто из сотрудников не опознал…

— Фокус бы сам туда не пошёл, послал бы курьера, чтобы забрать документы. Я думаю, документы уже переданы. Но судя по всему, переданы недавно, раз этот кренделёк исчез только сейчас.

— Олежка работает. Он взял помощника этого чувака, сейчас крутит его.

— Работает он, конечно, жёстко, — кивнул я. — Но а нам чё, танцы с этими турками танцевать? Нам нужна информация.

— Да, именно, — задумчиво покачал головой Ширяй. — Параллельно пробует пробить через кореша, можно ли как-то посмотреть камеры и всё такое. Короче, Олежка пока там. И я, если честно, даже не знаю где у меня сейчас более важный фронт и не послать ли мне к нему ещё людей?

— Я могу, теоретически, — пожал я плечами, хотя мне туда лететь смысла не было.

— Нет, ты давай в Верхотомск.

— И я! — капризно воскликнула Ангелина.

Ширяй не отреагировал. В дверь постучали.

— Глеб Витальевич…

— Заходи, Алексей, — кивнул дед.

— По дому Чингиза нанесён удар. Взрыв. Судя по всему, действительно небольшой беспилотник.

— Сука, — покачал головой Ширяй. — Шах!

— Вот, видишь? — воскликнула Ангелина. — А я что, должна здесь под дронами сидеть?

— Помолчи, — оборвал её Ширяй. — Докладывай, Лёша.

— Чингиз жив, но ранен, сейчас в Склифе. Состояние средней тяжести. Контузия, осколочные ранения. Точнее пока не могу сказать, но скоро узнаю. Разместили в интенсивной терапии. У него там охрана, доступ закрыт. Первоначальная информация такая. Детали будем уточнять.

— Усиль контроль за домом, — кивнул Ширяй. — В подвале оборудуйте комнаты для проживания. Для Ангелины и для меня. Завтра утром всех моих замов доставить сюда. Офис переносить не будем, но совещания нужно организовать здесь. Понял?

— Понял, Глеб Витальевич. — Алексей кивнул, но не ушёл, остался на месте.

— Ещё какие-то новости?

— Да.

Он подошёл к Ширяю и протянул ему телефон.

— Чё это за херня?

— Видео, — сказал тот.

Ширяй ткнул в экран, и комнату наполнили крики, вздохи и звуки совершенно определённого характера.

— Чё за порнуха⁈ — гневно посмотрел на Алексея Ширяй.

— Это видео и ещё несколько подобных роликов с тем же главным героем сейчас активно крутятся по многим пабликам. Идут комментарии, что руководитель программы совместного проекта с Академией наук…

— Погоди-ка, — перебил его Ширяй. — Это чё? Это этот? Это младший Шах, что ли?

— Да, это он.

— Ну-ка, Серёга, иди посмотри.

Я подошёл и заглянул. Разумеется, этот ролик я уже видел. И остальные тоже. Они были взяты из трофейной коллекции мадам Иды и отправлены Михаилу вместе с задачей для него и Сергея Сергеевича. Подошла Ангелина и тоже уставилась на экран.

— И что пишут? — спросил злорадно Ширяй.

— Пишут очень неприятные вещи для Шихтмана. Поливают грязью, кто-то возмущается, кто-то злорадствует. Я уже читал, что якобы Шихтман поддерживал отношения с Эпштейном и бывал на его острове много раз.

— Это кто ж такую херню вывалил⁈ — обрадовался Ширяй. — Ты знаешь?

— Нет, — покачал головой Алексей. — Источник пока неизвестен.

— Ох, сейчас Шах закрутится, как уж на сковородке! — засмеялся дед. — Правда начнут кричать, что это ИИ.

— Так уже, — Алексей ткнул в телефон. — Уже народ зарубается, кричат, что нейросеть, но появились и экспертные высказывания, типа что это не генерация, а реальная съёмка.

— Пха-ха-ха! — загоготал Ширяй. — Серый, ты видал чё? Ну, держись! Надо бить из всех пушек! Это кто-то прямо нам подыграл, да? Серёга, не знаешь, кто? Хорошо бы и на самого Шаха что-то нашлось. Извращуги конченные. Ты видала, внуча, что за хмырина с тобой фотался? Смотри, какой шланг у него! Пха-ха-ха! Пха-ха-ха! Урод в натуре!

Он вдруг резко оборвал смех и хлопнул ладонью по столу.

— Ладно, всё! Занимайтесь своими делами. Идите. Алексей, ты с нашим-то взрывом разбираешься? Есть что-то?

— Разбираемся, Глеб Витальевич. Доложу, как что-то прояснится.

— Само оно никогда не прояснится, понимаешь?

— Конечно…

— Конечно… — передразнил его Ширяй. — Семьям погибших не забудь компенсацию и всё, чтоб нормально. Соболезнования тоже.

— Уже занимаемся…

* * *

— Серёж, ты правда хочешь меня оставить здесь? — спросила Ангелина, когда вернулись в комнату.

— Я там тебя не защищу, — сказал я, хотя не был в этом уверен.

Она снова прильнула ко мне.

— А он что ли меня защитит? Какого хрена меня защищать? Я сама тебя защищать хочу. Под угрозой ты, а не я.

— Послушай… Сейчас неделю-другую нужно переждать. Ты видишь, что творится? Пошёл уже компромат в дело. Как ты думаешь, что будет делать сейчас Шах? Ударили по его ребёнку. На кого он подумает? На Сенатора? Вряд ли. На