Доброе имя - Наиль Эдуардович Выборнов

А тут… Винтовки, пистолеты, ножи, коробки с патронами. Причем самое разное — я заметил несколько рычажных винтовок и совсем уж старых револьверов, чуть ли не времен освоения Дикого Запада. Но при этом были и современные модели. В конце стоял стенд, на котором презентовали Дезерт Игл, причем там был даже слоган — самый мощный пистолет в мире. Я обратил внимание на один из лежащих там же на столе магазинов со здоровенными патронами, и у меня вдруг возникло странное ощущение, что я такой уже где-то видел. Только вот так и не смог вспомнить, где.

Но меня этот слонобой не особо интересовал. Мне бы что-нибудь простое на самом деле, как можно лучше подходящее под руку.

А еще тут пахло попкорном, хот-догами и бургерами — оружейные столы соседствовали с вагончиками, где готовили еду. Сара посмотрела на меня жалобным взглядом — после завтрака прошло уже достаточно много времени, нам ведь пришлось проехать весь Лос-Анджелес почти из конца в конец два раза. И мы отправились к стойке.

Там я взял два хот-дога, колы. Девушка смолотила свой быстро, я же наоборот, жевал и с интересом оглядывался по сторонам. Вот, например, мимо прошел мужик в кожаной жилетке, с длинными волосами под банданой и торчащей во все стороны клоками бородой. На его плече был вытатуирован флаг Конфедерации, на жилетке были цвета мотоклуба и отдельно нашивка «1 %». А «один процент» в США — это вовсе не БПАН и не «мне плевать на всех, паркуюсь где хочу». Это серьезная тема.

— Так куда пойдем? — спросила Сара, допивая колу.

— Сперва тебе кое-что присмотрим, — ответил я. — Что-то, что можно в сумочке спрятать или просто под рукой держать. Пошли.

Мы неспешно двинулись вдоль рядов, и я приглядывался к разложенному товару, периодически останавливаясь у столов, где были действительно интересные штуки. Например, нашлось несколько СКС — понятия не имею, откуда они тут взялись, и действительно ли они русские, или это какие-нибудь копии. Были и автоматы Калашникова, хотя не знаю, действительно ли это автоматы, или просто карабины. Я помнил, что в двухтысячном в Неваде появится болгарский завод «Арсенал», где будут делать нелицензионные копии «калашей», да еще и копировать новые модели с огромной скоростью. Но до этого было еще далеко.

Продавцы тоже были разные: часть — солидные мужчины в форменных жилетках представителей оружейных магазинов, а вот другие — явно частные лица. И они-то меня и интересовали, потому что они могли продать мне оружие с рук на руки, максимум — выписав данные водительских прав, больше их ничего не интересовало.

На третьем ряду я остановился у стола, за которым сидел пожилой и совершенно седой мужчина, разложивший перед собой несколько револьверов разного калибра. Были там и старые модели, а я, как назло, в револьверах не разбирался. Но мне нужны были те, что называют или только будут называть «снабби», револьверы для стрельбы на расстояние удара ножом. Дальше Саре все равно бесполезно, это надо всерьез учиться.

— Сара, я у тебя как художник у художника спрошу, ты стрелять умеешь? — повернулся я к ней.

— А причем тут художник? — полюбопытствовала она.

Да, все-таки тяжело с женщиной, которая росла без нашего культурного контекста. Но увы. Русские скоро поедут, но в большинство своем они окажутся на панели. Как одна известная лысая из «Брата 2».

— Да не важно, это так, шутка. Так умеешь?

— Двадцать второй у меня был, — ответила она. — Ругер. Пистолет и винтовка.

— Хорошо, значит, общий смысл знаешь, — я повернулся к продавцу и спросил. — Можно посмотреть?

— А может, такой? — спросила Сара, выхватив из кучи оружия огромный «Смит энд Вессон». Направила его вверх и проговорила. — Повезет тебе, панк?

— Тебе он запястье сломает, — ответил я, аккуратно забрал револьвер из ее руки и положил на стол.

Нужен револьвер, потому что для новичка это самый лучший вариант. Выстрелить и убежать. И осечки ему не страшны, достаточно еще раз на спуск нажать.

Проблема в том, что у револьверов калибр мощный. А нужно что-то под ее руку, но при этом все равно достаточно убойное.

Я посмотрел на нее. Девчонка она, в общем-то, крепкая, не худая и спортом явно занимается. Наверное тридцать восьмой осилит.

Я взял со стола короткоствольный револьвер, отщелкнул барабан — он отошел нормально, не люфтил. Потом направил вниз, большим пальцем взвел курок. Нажал на спусковой крючок.

— Смит энд Вессон Ледисмит — сказал продавец.

— Женское оружие? — спросил я.

— Нет, это название осталось, — усмехнулся старичок. — Делали в начале века револьверы под женскую руку, а этот просто называется так же. Тридцать восьмой калибр, пять патронов в барабане, алюминиевый сплав.

— Сколько? — спросил я.

— Двести тридцать, — ответил продавец. — Могу скинуть до двухсот двадцати, если наличными и сразу.

— Держи, — я передал его Саре. — Как тебе?

— Маленький он какой-то, — заметила она. — И легкий.

— Зато в сумочку влезет, — ответил я. — И всегда носить с собой сможешь.

— Да в мою сумочку что только не влезет, — она усмехнулась. — Но вроде держать удобно.

— Берем, — решил я, достал бумажник, потом показал значок. Это должно было снять вопрос о пятнадцатидневном периоде.

Так и получилось. Отсчитал двести двадцать долларов, продавец кивнул, потом выписал данные моих водительских прав, и мы двинулись дальше.

Но это определенно не все. Встречать киллеров Гольдберга я собирался во всеоружии, а для этого мне нужен длинный ствол. Я бы, может, и карабин взял, но на них косо смотрят, да и мне же не во Вьетнаме воевать. А вот дробовик — самое то. Потому что на близкой дистанции нет ничего страшнее, чем дробовик.

Вспомнить только, какую резню устраивали американцы в немецких окопах с помощью своих «траншейных метел». Такую, что немцы потом требовали их запретить, как негуманное оружие. И обещали казнить всех, кто попадется с дробовиком.

Мы прошли еще несколько рядов, и опять же искать пришлось частного продавца. Ну я и нашел — парень молодой совсем продавал целый арсенал. При этом сам он выглядел, как типичный хиппи — длинные волосы, ленты, фенечки и знак мира.

— Откуда это у тебя? — спросил я, не удержавшись. Ну вот совсем он не был похож на поклонника второй поправки.

— От отца досталось, — ответил он. — Батяня был тот еще фанат оружия, но это не для меня. Вот и продаю. Возьми что, если надо, по дешевке отдам, брат.

В общем-то, я сразу заметил то, что хотел — Ремингтон 1100. В охотничьем варианте, конечно, с деревянным прикладом-рукоятью. Можно было бы купить тут