Путь Стратега 3 - Саша Токсик

лодки друг к дружке? Мы так и сделали. Взяли гвозди, две долбленки и вколотили в них несколько досок, выструганных лично Йориком. Итог получился… неоднозначным. Течение в нашей реке было лишь с виду спокойным. Порой оно умело удивлять. И оно неприятно удивило, когда наши доски начали трещать к концу первого дня испытаний.

— Трещит! Ну точно трещит! — первым расслышал кто-то из рыбаков.

— Мои доски не трещат! — тут же рыкнул Йорик, наблюдавший за испытаниями с берега.

Получившийся катамаран качало на волнах так, что голова шла кругом. Даже матёрые рыбаки из Усть-Задена в один голос заявили, что много они так не накатаются. Или кто-то рухнет за борт, или по прибытии в Упахалово у нас уйдет несколько дней, только чтобы отдышаться.

Тогда мы попробовали закрепить основу посредством веревок из крапивы. Поскольку крепить было толком не за что, веревками мы обтянули весь корпус долбленок, наматывая их под днищем. Получилось уже не столь красиво, но хотя бы качка уменьшилась.

Лука и рыбаки отметили, что раз узел «живет», то и надёжности у такой конструкции будет поболее. Долбленки могли куда легче чувствовать себя на волнах, оттого крепление и не рвало в разные стороны.

Вот только практически сразу возникла новая напасть — наши веревки из крапивы быстро намокли и едва ли не расползались. От такого крепления уже было мало пользы.

Но эту беду удалось решить достаточно быстро. Мы лишь использовали канат, закупленный у Чемоданова. Уж его-то на несколько ходок к Меченому должно было хватить. А к тому времени вернётся уже и караванщик со своими товарами, у которого мы закупимся чем-то получше.

С компоновкой решили, с креплением тоже… казалось бы, ура?

Ха, если бы.

Вот поставили мы катамаран на воду. Убедились, что он не опрокидывается, даже загрузили несколько корзин с камнями вместо будущего товара. Корзины, кстати, мы положили не на крепление между долбленками, а на дно лодок. Так мы меньше рисковали утопить корзину-другую в пути.

Новая проблема всплыла, когда рыбаки попробовали сделать пробную ходку вдоль русла реки. В руках у них были всё те же весла, которыми они работали на долбленках. И вот мы поняли… что наша конструкция не желала плыть туда, куда нам нужно.

То есть вдоль течения она вполне себе плыла, как один большой плот, но вот уже куда-то в другую сторону… тут оказалось все очень грустно.

Рыбаки не могли синхронизировать работу весел. Да и работать ими, сидя на креплении между лодками, стало в разы неудобнее. Высота посадки, если так выражаться, изменилась.

— Влево его! Влево веди! — кричали теперь крестьяне, наблюдая беспомощное кручение катамарана на месте.

— К берегу давай!

— Нет, пусть течение подхватит!

Ростислав залез обратно на борт, но проблемы это не решило. Даже втроём управлять катамараном не получалось.

Судно кое-как вытянули на берег, и пока молодой охотник обсыхал и ругался на бесполезные весла, ко мне подошёл Елисей.

— Далеко мы так не уедем, — произнес старый травник.

— А то я не знаю, — помассировал я переносицу. Мы были так близки к решению, но вместе с тем столь же далеки. Как управлять лодкой без весел? Посредством руля? Да? А на болотах это как сделать? Вернуться к веслам? Так запутаются в водорослях, на что мне и жаловался Лука.

— О чем думаете, господин Стратег? — обратился ко мне Елисей. — Поделитесь? Говорят, в споре рождается истина. Может, и сейчас получится что придумать?

Я посмотрел на умудренного травника, после чего выдал поток своих умозаключений. Может, и вправду потомок друидов сможет чем подсобить?

— Весла не годятся, а управлять судном нужно. Ладно ещё на реке можно плыть по течению, — произнес я, — но как быть дальше? На болотах сплошной камыш, кочки и илистое дно. На своих двоих не пройдешь, а катамаран… сам видишь, что с ним.

— С лодкой я, увы, не подскажу, — покачал головой Елисей. — А вот с болотом, может, что и придумаю. Я по ним нередко ходил.

— Да?

— А то ж! — хмыкнул травник. — На болотах, куда ход зверью всякому заказан, растет много чего полезного и интересного.

— И как ты там ходишь, если зверьё не может? — улыбнулся я.

— Так известно как! Перед каждым шагом в воду опускаю длинный шест! — пояснил Елисей. — Как проверю, что ступать можно — иду. А если уйдет глубоко, то ищу другой путь.

— Занятно…

Шест, да? Было бы славно, если бы мы могли его использовать. Уже в следующий миг я замер, зацепившись за мысль.

Шест? Проверка дна? Разве таким способом не передвигались по воде наравне с веслами?

Я тут же нашел взглядом Луку, который крутился вокруг катамарана, проверяя узлы.

— Лука, нужен твой совет!

Мужчина оглянулся на меня, удивлённо вскинув брови. Я вкратце пересказал ему наш с Елисеем разговор. Лодочник немного подумал, после чего хлопнул себя по лбу.

— А почему бы и нет!

Как оказалось, не только при помощи весел можно было плавать по рекам. Для нашего катамарана идеально подходил вариант с отталкиванием шестом ото дна.

На большой глубине это, понятное дело, не срабатывало, но таких глубин в нашей речке и не было.

У нас же получилось так, что шесты станут способом перемещения на все случаи жизни. Ну так и пусть. Если работает — не трогай.

Не прошло и полутора часов, как катамаран был вновь спущен на воду. Рыбакам выдали длинные шесты и поставили всю ту же задачу — сплавать вверх и вниз по течению.

И что вы думаете? У них это получилось! Да, не быстро и слегка неуклюже, но это сработало. А значит, плаванию до Меченого — быть.

Не отходя от берега, я отдал приказ — готовить наш новый речной флот. Нам предстояло конкретно так подготовиться к отправлению.

Но это уже сущие мелочи. До нашего плавания оставались считанные дни.

* * *

Пока мое внимание было целиком сосредоточено на комплектовании будущего отряда к Меченому, ко мне в терем неожиданно пришел Тимофей. И вид у него был неважный.

— Господин Стратег, прошу, спасите меня! — воскликнул парнишка, стоило ему меня увидеть.

Я, сидя за столом и составляя список моих сопровождающих, удивлённо поднял взгляд.

— Что у тебя? Сбежал кто-то?

— Нет.

— Животные убили кого-то?

— Нет, что вы!

— Тогда что стряслось?

— Они меня больше не слушаются!

— Это как это? — не понял я. — Волы упорствуют?

— Не волы. Клюворезы! — не выдержал Тимофей.

Я удивился ещё больше.

— Это которые птенчики?

— Они самые! Не птенчики, а звери! Лучше вам самим всё увидеть! — заявил он.

Я переглянулся с Любой,