"Фантастика 2026-186". Компиляция. Книги 1-25 - Айлин Лин

смотрели на нас не мигая, "рты" раззявлены в беззвучном крике, по морщинистым "щекам" текут кровавые слёзы. А ещё ветер. Он был каким-то не таким, завывал, как тысячи мучеников, доводя меня до ужаса. И если бы не уверенно шагающий впереди Арфей и прикрывающий мою спину не менее грозный гиатрос Иринеос, я бы забилась в какой-нибудь самый дальний угол, стараясь спрятаться от всего, что меня окружало. В какой-то момент показалось, что нагоняют жуть именно на меня. Психологическая атака. И только вера в свои силы, и в то, что я нужна друзьям, помогли мне не сдаться под этим странным натиском.

Арка была каменной, монументальной настолько, что казалась нерушимой, сотворённой не просто на века, а на тысячелетия. Письмена, щедро покрывавшие тело конструкции, были мне незнакомы, чёткие символы соединялись между собой витиеватой линией, чуть мерцавшей светло-голубым точно таким же светом, что и мои руки в моменты сильных эмоциональных переживаний.

- Заметила? - тихо прошептал гиатрос Иринеос, остановившись рядом со мной.

- Да, как у меня, - я подняла руки вверх и позвала силу, подаренную богом Асклепием.

- Выглядит странно, - пожал плечами Арфей, - может, арку создали целители? Предлагаю вам коснуться камня, - вдруг предложил он, а я сделала резкий шаг назад.

- Нет уж, давайте без непонятных экспериментов, - покачала головой, - боюсь, что результат может нас смертельно удивить.

- Верно, гиатрос Аглая, - одобрительно кивнул старый лекарь. - Пойдёмте, лес пройден, цербер остался позади, через эту арку ему хода нет.

Не став медлить более, мы отправились по каменной тропинке вперёд, к виднеющемуся вдали замку.

Дом, обитель, дворец, как угодно назовите место, где жил и правил Аид, представлял собой монолитную гору тёмно-серого цвета с одной единственной дверью, точнее вратами. И были они такой высоты и ширины, что пропустят в себя кого и что угодно. Глядя на место, через которое проходят души людей, я не могла не впечатлиться, но оно, вопреки всему, совсем не пугало.

- Дом и судилище для душ, - тихо прошептала я, оглядывая это мрачное великолепие. - А ведь на всём пути от луга и до арки нам более ни одной души не встретилось. Думается мне, всё это по воле бога Аида.

- Души, что бродят по асфоделовому лугу не увидеть невозможно, так как их связь с миром живых на том этапе ещё достаточно крепка, - пояснил Арфей, поправляя чехол, в котором хранил свою драгоценную лиру. - Пойдёмте, нас ждут.

Ворота были распахнуты настежь, мы поднимались к ним не спеша по широкой, вырубленной в камне лестнице.

- Вы попробуете убедить Аида вернуть вам Эвридику снова? - спросила я, не сводя взора с тёмного зева, куда наша троица держала путь.

- Аид запретил мне появляться в его владениях, - вздохнул Арфей, - но Нииса была настойчива, и в итоге убедила меня в том, что вы откроете путь... И оказалась права, я спокойно прошёл к асфоделову лугу, затем сыграл Харону, и продолжал играть весь путь до противоположного берега Стикса. И каково же было моё удивление, когда на тропе не застал уснувшего от моей мелодии Цербера. Зато он был дальше и готовился разорвать вас, гиатрос Иринеос, - обернулся Арфей к целителю, - гиатрос Аглаю он бы не убил, не было у него на то приказа.

- Как вы это всё поняли? - ошеломлённо спросил старый лекарь.

- Я ведь полубог, чувствую намерения высших существ, - равнодушно пожал плечами мужчина. Он был спокоен и сосредоточен. Интересно, что он чувствует сейчас, когда так близок к возможности вернуть любимую?

- А ещё, - вдруг тихо добавил Арфей, словно говорил прежде всего для себя, - если не удастся оживить Эвридику, останусь здесь, попрошу Аида соединить нас навеки. Устал я от бренности бытия, бессмысленности своего существования.

Я удивлённо на него посмотрела: мне было, что ему возразить, многое показать с другой стороны, что его искусство может лечить души, то, чего я не могу сделать со своей медициной. Душа слишком тонкая материя, а ему подвластно исцеление именно нематериальных ран и заболеваний, если так можно выразиться.

Но я промолчала. Каждый вправе решать сам за себя. Мои советы точно будут не к месту.

За разговором мы поднялись на последнюю ступеньку и, пройдя два десятка шагов по ровной площадке, замерли у входа в гору. Кованые блестящие ониксовые врата были открыты. Но желания ступить во тьму за ними не было никакого. Взяв за ладонь гиатроса Иринеоса, крепко её сжала и шагнула вперёд.

Арфей чуть отстал: он вынул свою лиру, нежно провёл пальцами по инструменту, а через мгновение всё окружающее нас пространство обволокло прекрасной мелодией. Она плыла, расходясь волнами, успокаивая дрожащие колени и вселяя в нас уверенность, что всё будет хорошо.

И даже густая темнота, в которую мы нырнули, уже не так пугала, и красные глаза, мелькавшие то тут, то там, остались без должного внимания.

Чем глубже мы продвигались, тем светлее становилось. Музыка, сотворённая гениальным Арфеем, не смолкала ни на мгновение.

- Зала Высшего последнего суда, - прошептал Иринеос, замирая у дверей, голос его едва заметно дрогнул, всё же он грек и стоять вот так рядом с тем, чего живые никогда не видели, это для него большое потрясение. Впрочем и для меня тоже.

На гладкой поверхности белоснежных дверей по самому низу алой краской были изображены сцены сражений, выше - голубое небо, а дальше вписаны боги Олимпа, возлежащие на кушетках с гроздями винограда в руках, насмешливо или равнодушно глядящие на суету внизу.

Протянув руку вперёд, крепко схватилась за кованую золотую ручку и потянула на себя, ожидая сопротивления, и сильно удивилась, когда створка легко поддалась, бесшумно распахнувшись.

Переглянувшись с Иринеосом, оглянулась на Арфея, тот стоял с полуприкрытыми веками и наигрывал лёгкую грустную мелодию.

Вдох-выдох. Гер, я уже рядом! Подожди ещё немного!

Оказавшись внутри очень большого помещения в мрачновато-серых тонах, я с любопытством огляделась. Так вот она какая зала Великого последнего суда грешников. А сколько здесь колоритных персонажей собралось! Не счесть! Я была подготовлена, поэтому вглядывалась в каждого жителя этого царства с интересом.

Вот слева практически у самых колонн на высоких стульях восседают трое судей Тартара: Минос, Эак и Радамант. Чуть дальше с гордым и презрительно-независимым видом стоит трёхликая богиня Геката. За её спиной мечутся серые тени - Фурии, те самые, которые хватали грешников и тащили их в местный ад.