Фантастика 2026-164 - Дмитрий Ромов

некой богине, приносящей удачу. Гладиаторы боятся его, но зрители любят, поэтому я не могу просто распять его на кресте за эти заблуждения. Кое-кто теперь тоже молится этому дикарскому божеству, насмотревшись на его битвы.

Он попал в рабство за бунт против Цезаря, это восстание было весьма изобретательным, хоть и скоротечным. Я думаю, он вполне мог бы стать вождем или шаманом, и его речь выдает в нем человека как минимум неглупого».

Фрументарии заняли места, чтобы воочию убедится в сказанном. Начинался очередной бой, на который пришла большая толпа ликующих зрителей. Выйдя на песок, Логан присел на одно колено, что-то прошептал и медленно поднял правую руку к небу, пока левая держалась за сердце. Затем он посыпал волосы песком.

Против Логана выступали сразу три воина. Они быстро окружили его. Их одновременная атака не оставила бы шансов Логану, вооруженному лишь коротким мачете и небольшим щитом.

Соперник забросил сеть на Логана, но она пролетела над его головой и сковала человека с пращей. Запутавшись, он метнул железный шар в голову третьего. Тот как раз замахивался копьем – и от точного удара снарядом в висок упал замертво, выронив древко вперед. Подлетев высоко в воздух, оно трижды перевернулось и по приземлению вонзилось в живот человеку, запутавшемуся в сети.

За пару секунд два соперника Логана погибли. Последний выживший обнажил мачете и, уверенный в своей силе, замахнулся им. Однако лезвие Логана внезапно сверкнуло, отразив солнечный свет, и ослепило силача. Тот как раз устремился вперед, надеясь войти в клинч, но его клинок не сошелся с клинком Логана – они разминулись, и гладиатор просто упал, разбив голову о камень.

Логан вновь победил, даже не замахнувшись своим оружием. Трибуны ликовали. Убедившись в его исключительности, фрументарии отправились в казармы.

– Цезарю нужна помощь? – уточнил Логан у легионера, стоящего перед ним. – Моя?

– Ты знаешь, что такое нейрохирургия? – спросил агент Цезаря у Логана. Они встретились в тени одной из колонн, на которых стояла арена Чикаго.

– Знаю, – врал Логан. Думая, как подкрепить слова, он соврал еще раз, перебрав несколько вариантов ответа и выбрав случайно один из них, – лечение маленьких сосудов. Верно?

– Верно, – кивнул фрументарий. – Цезарь болен, ему нужна операция. Спасешь его – и проси что хочешь.

Логану выпал шанс отомстить. Он дал согласие, сказал, что может провести операцию, и на следующий день в сторону Нового Вегаса прямо сквозь пустыню помчался автомобиль – запрещенный в Легионе механизм Старой Америки.

Когда дело касалось жизни Цезаря, любые запреты теряли значение.

Прибыв в полевой лагерь, Логана отмыли, замаскировали его шрамы и хорошо одели, придав ему облик благородства, а затем направили в палаты с ранеными воинами, чтобы удостовериться в его навыках, прежде чем пустить к Цезарю. Он был уже пятым по счету лекарем – его предшественники не достигли успеха, и за это их вздернули.

Логан осмотрел легионеров, мало понимая, что ему предстоит сделать. Он увидел раны, нанесенные огнестрельным и энергетическим оружием, глубокие порезы и следы от когтей пустошных чудовищ. Все возможные варианты нагноений и инфекций, требовавших серьезного хирургического вмешательства.

Логан действовал наугад, смешивая травы и прочищая раны водой, и это даже помогло нескольким легионерам, однако с тяжелыми увечьями такой метод сработать не мог. Тогда он обратился к своим мистическим покровителям в привычной шаманской молитве.

Уже через десять минут в личных вещах одного из предыдущих докторов Логан обнаружил довоенный медицинский журнал. Прочитав его от корки до корки за пару часов, Логан вдруг ощутил прилив вдохновения. В этот момент он словно потерял над собой контроль.

Взяв в руки инструменты, он инстинктивно провел несколько операций, давая своему разуму быть проводником идей из потустороннего мира всех человеческих знаний. Логан резал плоть и пилил кости как бы вслепую, полностью очистив ум от любых мыслей: полагаясь на духов, он давал им управлять своими руками. И это сработало. Воины быстро пошли на поправку.

Закончив последнюю операцию, Логан вышел на улицу и стал свидетелем казни очередного несчастного. Его волокли по земле к кресту, он кричал и брыкался. Когда извивающуюся жертву ударили по затылку, тело вздрогнуло, грудь поднялась – и из потайного кармана его пиджака выпал стимулятор. Этого никто не заметил, кроме Логана.

Когда стемнело, он подошел к месту казни и нашарил стимулятор в кустах. Укола этим довоенным препаратом хватило для последнего умиравшего пациента с раздробленной ногой. Фантастическим образом его кость срослась, а из раны выдавился гной. Плоть за пару минут соединилась розовым шрамом.

На следующий день Логана представили Цезарю. Повелитель сотни племен, пораженный болезнью, тупоумно скалился и орал благим матом. Он вздрагивал от собственных мыслей, ведь они тревожили опухоль и этим причиняли вполне осязаемую боль.

Логан понял, что ему ничего не нужно делать: такими темпами вождь умер бы сам. Однако он жаждал мести и потому решил убить властителя Легиона собственными руками.

Их отвели в лечебную палату. Цезарь уснул от укола неизвестным довоенным наркотиком, а новоявленному хирургу передали докторский саквояж со всеми возможными инструментами для самой тонкой работы.

Логан выбрал наиболее острый нож и увидел свое искаженное отражение в идеально отполированной медицинской стали. Он замер, предвкушая следующий момент. Его сердце забилось с тем же ритмом, как в тот день, когда Цезарь лишил его семьи.

Кровь застучала в ушах, заглушая все звуки вокруг. Дыхание стало столь горячим, что обжигало губы. Логан набрал в грудь воздух, сжал челюсти…

…И со всей силы вонзил лезвие в голову Цезаря. Центурионы и деканы, следившие за операцией, сорвались с мест. Логан успел вытащить нож и еще раз вонзить его в голову диктатора.

Легионеры схватили дикаря за руки и оттащили от своего кумира, прижали его к деревянной опоре. Логан поймал несколько ударов по лицу, услышав хруст своих костей, затем его пнули по солнечному сплетению. Он согнулся, истекая кровью, и даже не пытался защитить себя. Воля к жизни исчерпала себя – мужчина сделал то, о чем грезил последние годы.

Его распрямили и снова прижали к опоре, на которой держалась тканевая крыша палатки. Один из центурионов вытащил из ножен железный меч и занес клинок над Логаном.

Цезарь никак не мог выжить после таких ранений.

Но это был тот редкий момент, когда пути людей, отмеченных высшими силами, сошлись. Эдварду Сэллоу было уготовлено выжить. Логан же был очень удачлив.

Цезарь вскочил с кушетки. Он быстро дышал, держась за грудь. Из его головы торчал нож.