Питер Грант - Бен Ааронович

– То есть, кроме нас, там никого не будет? – решил уточнить я.

Кумар поднялся на ноги.

– Вообще народу там соберется немало, – сказал он. – Сегодня в подземку согнали всех, кто согласился взять дополнительную смену. Завтра у магазинов последний рабочий день перед Рождеством и первый день на этой неделе, когда поезда нормально ходят. В общем, жесть будет.

– А ваши ребята – они как, боевые? – решил уточнить я.

– Еще какие, – сказал Кумар.

– Отлично, – кивнул я, – значит, есть кого позвать на помощь, если что.

Темноту внизу вдруг пронзил луч фонарика, а тишину – резкий полицейский свисток.

– О, обходчик пришел, – сказал Кумар и крикнул вниз: – Дэвид, мы здесь!

Пока они перекрикивались, Лесли сходила за Найтингейлом. План был такой: он будет следить за происходящим наверху и в случае чего поспешит к нам на помощь. Или, скорее, заберет нас, если мы вылезем на поверхность где-нибудь не здесь.

– Давай уже опустим лестницу? – предложил я.

– Если только это лестница, – скептически отозвалась Лесли.

Я лег на пол и высунул голову в люк, высматривая медный рычаг, при помощи которого лестница раскладывалась. Луч фонарика снизу устремился мне в лицо.

– Отойдите немного в сторону! – крикнул я, и луч сместился. Я уже протянул руку к рычагу, как вдруг прямо над ухом у меня раздалось:

– Уверен, что безопасно?

Я повернул голову. Лесли, оказывается, легла на пол рядом со мной и тоже высунулась в люк.

– Ты о чем?

– Мы не знаем, как работает эта фигня, – сказала она, пристально глядя на рычаг. – А вдруг крутанется и оторвет тебе руку?

Еще во время стажировки в Черинг-Кроссе я понял, что к предложениям Лесли стоит прислушиваться. Особенно после случая с карликом, стриптизершей и шубой.

– Ладно, спущусь по веревке, – сказал я, встал и пошел ее искать.

Найтингейл жестом велел мне отойти в сторону. Я чувствовал, как он выстраивает форму порядка эдак четвертого. И коротко, не расходуясь на внешние эффекты, выдает заряд силы – тактика, в которой я стал наконец распознавать его сигнаре. Раздался скрип, потом лязг: рычаг сработал сам собой. Затем я услышал неожиданно тихий, но долгий металлический скрежет: лестница, раздвигаясь, устремилась вниз.

– Ну, так тоже можно, – пожал я плечами.

– Это магия? – спросил Кумар.

– Пожалуйста, давайте поторопимся, – ушел от ответа Найтингейл.

Я осторожно поставил ногу на верхнюю ступеньку, перенес вес. Ступенька спружинила, но выдержала, и я полез вниз. Последнюю ступеньку отделяло от земли чуть меньше полуметра. В целях безопасности, подумал я, чтобы случайно не наступить на контактный рельс. Остальные, увидев, что я успешно спустился, последовали моему примеру. Кумар представил меня обходчику – веселому валлийцу по имени Дэвид Ламберт. Именно его заботой было каждую ночь бродить по тоннелям и проверять, нет ли где каких аварий.

– Я шестой год хожу по этой ветке, – сказал он, – и всегда думал, зачем там наверху эти железяки.

– А выяснить не пытались?

– Да как-то нет, – сказал обходчик. – Это же не наше оборудование, а у меня и так забот по горло.

Мы уже находились за пределами фальшивых домов, но вокруг по-прежнему было темно хоть глаз коли. В пятидесяти с лишним метрах к востоку светились огни станции «Бейсуотер», где бригады рабочих в светоотражающих комбинезонах устанавливали на рельсы тяжелую ремонтную технику.

Мы понимали, что где-то в тоннеле должна быть потайная дверь. Даже если посуду возили ночью, свежие-то овощи приходилось доставлять днем, когда по тоннелям ездят поезда. А пятиминутного интервала в их движении для такого дела явно мало. Даже не пятиминутного, а меньше – в свете фар машинист далеко видит в тоннеле. Итак, поскольку на пятьдесят метров в любую сторону не нашлось никакого явного входа, мы предположили, что он тайный.

– Тайный вход всегда есть, – сказал я, – поэтому надо, чтобы в команде обязательно был вор.

– Ты не говорил, что играешь в «ДнД», – удивилась Лесли, когда я объяснил, почему именно вор. Очень хотелось объяснить, что играл я, когда мне было тринадцать, и не в «ДнД», а в «Зов Ктулху». Но горький опыт подсказывал, что не стоит.

– А интуицию прокачать не надо? – спросила Лесли, когда я медленно двинулся вдоль грязной кирпичной стены тоннеля.

– Что-то ты многовато знаешь о компьютерных играх, – заметил я.

– Еще бы, – отозвалась Лесли. – Брайтлинси, знаешь ли, не тянет на парк развлечений.

Внезапно я что-то почувствовал. Остановился, провел пальцами по кирпичной кладке, ощупывая шершавую поверхность. И вот оно: запах горячего песка, как от печи для обжига. И тихий, едва различимый далекий рокот. Слишком слабый даже для вестигия, еще летом я его и не уловил бы, но постоянная практика делает свое дело.

– Есть, – сказал я.

Определил источник: с северной стороны тоннеля, под дорогой, на которую выходят окна фальшивых домов. Пятачок, который не просматривается ни из одного здания, расположенного фасадом к путям. Меньше чем в пяти метрах от того места, куда вывела нас раздвижная лестница.

Я достал телескопическую дубинку и провел, постукивая, по стене. Полости за ней вроде не было, и все же кирпич отзывался на звук иначе, чем вокруг этого участка. Для надежности стены туннеля были усилены нишами, арочные своды которых, если смотреть снаружи, напоминали отделанные кирпичом окна. В нише, подумал я, проще всего было бы сделать потайную дверь. В любом приключенческом фильме такая дверь открылась бы, если нажать на нужный кирпич. Я приглядел подходящий, как раз на уровне пояса, и нажал, просто чтоб отвязаться от этой идиотской мысли.

Кирпич плавно поехал внутрь. Раздался щелчок, и дверь приоткрылась.

– Охренеть! – выдохнула Лесли. – И правда тайный вход!

Дверь была плотно притерта и как следует смазана. За ее состоянием явно следили: несмотря на солидный вес, она открылась легко, стоило мне потянуть. Внутренняя ее сторона была стальной – отсюда и тяжесть. А внешнюю для маскировки каким-то образом умудрились облицевать толстым слоем керамики.

– Молви «друг» и войди, – прокомментировал Кумар.

Я вошел и огляделся. За дверью чернел выложенный кирпичом проход, в котором могли свободно разойтись два человека. Сводчатый потолок был неожиданно высоким – пришлось выпрямиться, чтобы достать до него. Тайный ход шел параллельно тоннелю: направо, к Бейсуотеру, и налево, в сторону Ноттинг-Хилла. По левую руку на полу валялся раздавленный стручок фасоли.

– Ага! – сказал я. – Вот они куда пошли.

Неподвижный воздух был каким-то безвкусным, как много раз кипяченная вода.

– Тогда вы пойдете по следу из хлебных крошек, – решил Найтингейл, – а мы с Дэвидом пока бегло осмотрим ход в противоположном направлении. Определим, где он заканчивается.

– Думаете, идет аж до Бейкер-стрит? – усомнилась Лесли.

– Если