"Фантастика 2026-186". Компиляция. Книги 1-25 - Айлин Лин

А, будучи отпущен на свободу, не принял урока. Второй раз возить его по полу в назидательных целях Лал не посчитал нужным. Просто ударил в локоть так, что минут на пятнадцать Амрай оглох, часа через четыре смог двигать рукой, а пальцы трястись у него перестали примерно через сутки. Злился он неимоверно. Никогда и ни у кого Лал еще не видел такого сумасшедшего и, при этом, так успешно сдерживаемого бешенства. Сам Лал молча ушел спать, чтобы зрелище его не нервировало. И чтобы снова не повестись на какую-нибудь провокацию. А когда проснулся – ахнул. Запрокинув голову и свесив за край обвязанную белыми волосами руку, Амрай с закрытыми глазами полулежал в купели в такой неживой, неестественной позе, что Лал немедленно представил, будто этот болван от безысходности и тоски перерезал себе вены и тихонько помер, не спросив позволения и не согласовав это дело с контрактом. Как был полуодетым, Лал одним прыжком оказался в воде, схватил Амрая за руки , вывернув тыльную сторону предплечий к свету. Вены были целы. И вода чистая, белая. Когда Амрай открыл глаза, полные непонимания и недоверия, Лал упал к нему в воду, выдохнул: «Дурак, напугал!» – и прижал голову Амрая к своей груди. Хватая воздух ртом, как пойманная рыба, Амрай кое-как выпутался из объятий, прикрываясь распущенными волосами, выскочил из купели, схватил одеяло, свалился на теплый камень и долгое время не мог отдышаться. Потом, слегка запинаясь, проговорил:

– Давай... условимся. Кидаться на меня будешь... если увидишь, что я в исступлении бьюсь головой о стену... и выхода другого нет. Тогда хватай меня и делай... что хочешь. Но пока я себя контролирую, я запрещаю ко мне прикасаться!

– Амрай не делай из этого покушение на твою жизнь или честь. Я за тебя испугался. Мне показалось... ты умер. – Лал сел, зачерпнул воды и умыл лицо.

– Думала, вены из-за тебя вскрою?.. Успокойся. Я боялся, что мне с тобой будет гораздо хуже, но мне просто плохо. Это выносимо, это я терпеть могу. Только давай уйдем отсюда.

– Ты куда-то торопишься?

– Нет. Просто здесь никогда не выпадет первый снег.

Глава 20

* * *

Первое, что сделал Фай, едва его оставили одного – вывернул аптечку Сана, где у того хранилась коробочка с тестами. Проверил. Потом до темноты сидел на кровати, держа в руках результат. Маркер был бледный, может быть, из-за остаточного фона импланта, может, из-за срока всего дней в десять. Но он был. За окном собиралась гроза. В стекла порывами бил ветер. Тучи плывшие с холмов, выглядели черно и страшно. Молнии ветвились на горизонте сразу по три-четыре с секундным интервалом. Приходил посыльный. Принес бутылочки с пилюлями, травяной порошок, флакон с масляным настоем и подробную инструкцию что, когда и как применять для профилактики или устранения возможных проблем. Он же положил на стол рядом с пузырьками ключ, завернутый в шелковый вышитый платочек.

Перед этим Ли с Саном долго говорили в «командирской» спальне. Морального права вмешиваться Фай за собой не чувствовал. Старался смотреть на ситуацию отстраненно, с некоторой беспристрастной дистанции. Потому что изнутри в ней запутался по самое некуда. Можно было отправиться на Бо, попросить инъекцию гормонов, получить компрометирующую отметку в карте, поменять имплант на новый и ждать, как скоро его руководительский и нравственный авторитет подвергнут сомнению, а характер испытают на прочность плоскими шутками и прочим казарменным юмором. Можно было делать вид, что акция спланирована, и гордо ходить с пузом. Разница в сроках в пять-шесть недель на глаз будет неочевидна. Но врачи-то поймут, что отец не Сан, что забеременели они не в один цикл. Если героически родить в первобытных условиях – мало ли, всякие неожиданности случаются – тогда ему будут скорее сочувствовать, чем смеяться. Но. Он родит получеловека. Так заложено генетически. Впрочем, таю от таю тоже иногда производят полулюдей. Великолепный Лал, гордость и совесть всех верхних, будь они неладны со своим культом руководителя и введенной в традицию диктатурой, чуть не родил получеловека, верхние вовремя заметили и не допустили. Это было единственное позорное пятно в его блестящей биографии. На нижнем Тай, в отличие от верхнего, родить получеловека дадут, но дальше размножаться неполноценному потомству не позволят. Но хотя бы жизни за неполноценность там не лишают. Просто принудительная стерилизация. Ну, и что это будет за жизнь?..

Дин, конечно, скотина. Поберег Фаю нервы. Интересно, Фай ему в самом деле проиграл, или Дин его обманул и в тот раз?.. Впрочем, ясно одно: здесь этот ребенок никому не нужен. Ни самому Фаю, ни Сану, ни, тем более, не то в шутку, не то всерьез предложившему прикрытие Ли. Фай вспомнил, как ждал первенца. Сколько тогда было тревог и страхов, и всякого досадного «невовремя», через которое приходилось карабкаться. Как оставлял восьмилетнего ребенка чужим людям, не зная, вернется ли их экспедиция. Он и сейчас не знает, вернется ли. Если да, то куда. И когда. Фай прижал ладонь к животу и вслух произнес:

– Ладно, малыш, не бойся. Мы что-нибудь придумаем.

Тихонько оделся, взял ключ и выглянул из спальни. Навстречу ему тут же вышел Сан и, словно ничего не случилось, сказал:

– Между прочим, отличный доктор. Не знаю, что он мне дал, но мне намного легче. Когда вы с ним встречаетесь?

– Через две декады, – стеклянным голосом ответил Фай.

Сан посчитал в уме и удовлетворенно кивнул. Фаю стало неприятно, но он принял решение молчать на эту тему. Его еще ждал разговор в подвале, сил и так мало, чтоб тратить их на собственные житейские неурядицы.

– Фай! – окликнул его Сеймур Сан. Когда Фай почти вышел в коридор.

– Что, – недружелюбно откликнулся Фай, предполагая, что его вызывают на тяжелый разговор.

– Давай начистоту.

Фай еще больше нахмурился. Сейчас это было последнее, чего бы ему хотелось. Сеймур Сан сказал:

– Ты гульнул. И я гульнул. Мне повезло больше, мы с тобой сделали ребенка на месяц раньше, чем приняли решение его сделать. Давай попробуем еще раз начать все с начала. Я без чувства обиды, а ты без чувства вины.

– Да ты, б..дь, сокровище, – горько произнес Фай. – Ты сможешь?

– Я много чего могу.

– Если я оставлю ребенка. Сможешь?

Сан вздохнул. Сделал к Фаю шаг. Потом еще шаг. И еще. Уткнулся ему лбом в плечо.

– Знаешь, как мне херово,