Фантастика 2026-44 - Мария Александровна Ермакова

Агна была многим, но только не глупой. Когда их губы разомкнулись, она подняла на него заплаканные, покрасневшие глаза. Она прекрасно понимала, что для него всё это может обернуться смертным приговором.

— Не уходи, прошу тебя, — её голос дрогнул. — Давай просто убежим отсюда. Куда угодно.

Он молча покачал головой и с бесконечной нежностью поцеловал её в лоб. Затем приложил свою широкую ладонь сначала к собственному сердцу, а потом к её груди, словно говоря безмолвно, что его сердце навсегда принадлежит только ей. Или что он будет жить в ней, пока она помнит его. В любом случае этот простой жест вызвал у меня ком в горле, который было невозможно проглотить. Агну же эти беззвучные слова буквально сломили. Маленькая храбрая девушка обвила руками его мощную шею и, горько рыдая, прижалась к нему всем телом, словно пытаясь слиться с ним воедино.

Они действительно любили друг друга всем сердцем.

И, судя по всему, это было окончательное прощание.

Я чувствовала бы себя гораздо хуже от этого зрелища, если бы мне самой не предстояло в ближайшее время пройти через нечто подобное. Либо я потерплю неудачу в задуманном, и мой разум очистится от всего того, что делало меня собой, либо Самир погибнет в этой битве, и я останусь в этом жестоком мире совершенно одна, без человека, которого успела так глубоко и безоговорочно полюбить.

Поэтому мне пришлось отвести взгляд в сторону. Не потому, что их чувства казались мне чем-то постыдным или неуместным, а потому что смотреть на это было слишком больно. Это отзывалось острой болью где-то глубоко внутри.

Балтор внезапно взяла меня за обе руки, заставив вздрогнуть.

— Я прекрасно понимаю тебя, дорогая.

— Ты же телепат, — я попыталась улыбнуться. — Это нечестно с твоей стороны.

Она мелодично рассмеялась и крепко обняла меня.

— Глупышка, я бы поняла всё и без того, даже не заглядывая к тебе в голову для полной уверенности. Тебе действительно стоило бы научиться получше охранять свои мысли от посторонних.

— Если мы выживем в этой заварушке, я с величайшей радостью научусь этому у тебя.

— Договорились! Обязательно потренируемся.

— Нам совершенно некогда на всё это, — громко и резко прервал наш разговор Келдрик. — Балтор, мы с тобой должны немедленно найти…

— Никто никуда не пойдёт, — прозвучал неожиданный твёрдый голос.

Все разом обернулись на звук. В широком дверном проёме стоял Сайлас. На его мускулистых руках и кистях ярко сверкала золотая броня, в которой я видела его однажды в настоящем бою. Численно он был в явном меньшинстве — но Каел, Келдрик и Балтор были серьёзно ранены и ослаблены. У Торнеуса, правда, имелось оружие, но я полагала, что оно сработало на вампире лишь потому, что тот был застигнут врасплох и не ожидал нападения. Да и здесь было слишком тесно, чтобы я могла развернуться в полную силу и использовать все свои способности.

И всё же. Четверо могущественных владык и Торнеус против одного Сайласа. Их шансы на победу были более чем хороши, практически гарантированы.

— Сайлас, ты прекрасно понимаешь, что проиграешь, если начнёшь здесь драку, — спокойно сказала я.

Сайлас молча кивнул, очевидно принимая тот факт, что подобный сценарий для него абсолютно обречён на провал.

— Я просто обязан исполнить свой долг перед ними. У меня нет выбора.

— Ах ты бедняжка, только посмотри на себя! — воскликнула Балтор. Она исчезла в мгновение ока и тут же появилась прямо позади ошеломлённого Сайласа. Без всяких церемоний она быстро приложила свои тонкие ладони к его вискам. Он резко дёрнулся от полной неожиданности, но, когда попытался развернуться и защититься, его глаза вдруг остекленели и потеряли всякое выражение.

Да, точно. Балтор и её знаменитые «магические ручки», которые так сильно ненавидел и боялся Горыныч.

Вампир снова отчаянно попытался сопротивляться нашествию. Он судорожно ухватился за её хрупкие запястья, изо всех сил пытаясь противостоять тотальному контролю парящей за его широкой спиной хрупкой эльфийки. Но Балтор работала поразительно быстро и уверенно. Спустя несколько мгновений его сильные руки обмякли и безвольно повисли вдоль мускулистого тела, веки медленно сомкнулись. Ноги внезапно подкосились, и он тяжело рухнул на холодный каменный пол. Балтор плавно опустилась вместе с ним, оказавшись на коленях над его совершенно безвольным телом.

— Тихо, тихо, милый, — негромко успокаивала она его, нежно поглаживая бледную щеку. — А теперь давай-ка внимательно посмотрим, что же тут у нас творится.

— Что именно ты делаешь с ним? — с любопытством спросила я.

— Это очень похоже на прополку запущенного сада, — задумчиво ответила Балтор, и её обычно звонкий голос звучал ещё более отрешённо и далёко, чем всегда.

— Ты… прямо сейчас пропалываешь его разум? — я невольно сморщила нос. — Это, должно быть, ужасно больно для него.

— Ох, вы, молодые, всегда воспринимаете всё так буквально! — искренне рассмеялась Балтор. — Вечные сидят словно застарелый яд глубоко в его голове. Их цепкие когти намертво вплелись в его сознание, подобно разросшимся корням старого дерева в твёрдую землю. Но при этом они всё ещё остаются отдельными и вполне различимыми для опытного взгляда. Я лишь аккуратно распутываю эти запутанные нити, понимаешь? Я не могу полностью освободить Сайласа от их тлетворного влияния. Это только он должен сделать самостоятельно, по собственной воле. Но я вполне могу наглядно показать ему весь их тлен воочию. Я способна вытащить на яркий свет все эти гнилые корни и явить их Жрецу такими, какие они есть на самом деле — отвратительными паразитами.

— Хм, — задумчиво протянула я. — А почему бы тогда не сделать ровно то же самое с самим Королём Всего и не решить разом все наши проблемы?

— Потому что для Сайласа, Вечные — это жестокие захватчики, чужеродные сущности. Он пришёл в этот странный мир цельным человеком, с абсолютно цельной душой. Для Короля Всего же, для твоего возлюбленного Римаса, — Балтор тихо хихикнула, давая ясно понять, что она всё-таки основательно покопалась в моей голове, — это его самая истинная сущность, его основа. То существо, которое мы все знали раньше, было лишь человеком, чья тонкая душевная ткань оказалась буквально изорвана в кровавые клочья в их долгое отсутствие. Его чудовищное безумие стало прямым результатом их насильственного удаления из него. Он остался совершенно