Вирус Aeon. Нева - Татьяна Кравченко

Нева непроизвольно сжала руки сильнее. Она знала это чувство. Холодок между лопаток, первобытный инстинкт, кричащий об опасности. Она сама тысячи раз ощущала его на своей коже.

— ...а там на горизонте, вернее, там и горизонта-то не видно было...

Дейв замолчал, глотнув воздуха, словно ему снова не хватало его на той вышке.

— ...просто черное море. Как цунами. Пыль столбом... Они шли в нашу сторону. Я сразу Тома по рации, вызвал... Я еще столько много их не видел... ни раз... Потом мы услышали, когда уже уезжали, гул. Будто рой шершней, который медленно приближается.

— Я сразу объявил тревогу и приказал всем собраться в особняке, — продолжил Сет, его голос был ровным, но Нева слышала под этим ровным тоном сталь пережитого ужаса. — Мы с Томом приехали через двадцать минут на вышку к Дейву.

Том говорил, глядя в пол:

— Мы залезли наверх... и увидели своими глазами эту катастрофу.

Нева представила это. Том, подносящий к глазам бинокль. И тот миг, когда его взгляд, вместо привычных линий дорог и полей, встречает бесконечное, шевелящееся пятно, пожирающее ландшафт. Ее собственное сердце сжалось в тот момент, когда она увидела то же самое с другого холма. Это было чувство абсолютной, тотальной беспомощности.

— В бинокль Том увидел хамви, он мчался впереди, — сказал Сет.

— Да, — подхватил Майкл, обменявшись взглядом с Джеком. Они говорили по очереди, как по заранее отрепетированной роли. — Мы, когда с вами на мосту расстались... Ну и поехали в ту сторону, куда Эд сказал. И через часов восемь-девять наткнулись. Просто уперлись в них. Поднялись на склон, увидели, что они растянулись на сотни миль и просто... что они наш город сотрут с лица земли. Ну, мы и дали деру в Пальмонт предупредить.

Джек кивнул:

— Приехали раньше орды. Но если бы не Дейв... — он кивнул в сторону Дейва, — ...то не успели бы все собрать.

Рассказ замолк, оставив в воздухе тяжелое, густое эхо. Все взгляды снова были прикованы к Неве. Она сидела неподвижно, ее лицо было бледным и застывшим, как маска. Внешне — собранный лидер, выслушивающий доклад. Внутренне — ее разум был полем боя.

Она переживала это вместе с ними. Каждую секунду. Она чувствовала тот леденящий ужас Дейва на вышке, когда он обернулся и увидел надвигающийся конец всего. Она слышала нарастающий гул, который сначала был просто странным звуком, а потом — погребальным звоном. Она видела, как Том и Сет мчались на вышку, еще не зная масштаба катастрофы, и как их мир рушился в окулярах бинокля. Она ощущала отчаянную гонку Майкла и Джека, их панический бросок назад, чтобы успеть крикнуть «бегите!».

И за всем этим стояла одна пронзительная, невыносимая мысль: "А если бы мы не уехали? Если бы я была там?"

Она представила себя за стенами особняка. Она бы смотрела, как это черное море подходит все ближе. Она бы отдавала приказы, зная их бесполезность. Она бы видела, как рушатся укрепления, которые они строили месяцами. Она бы слышала крики...

Ее взгляд на секунду задержался на Томе. Живом. Она сжала кулаки, подавляя дрожь, которая пыталась прорваться наружу. Эта мысленная картина была хуже любого кошмара. Они не просто потеряли дом. Они чудом избежали гибели в самом страшном ее проявлении — гибели на глазах у тех, кого не смогли спасти.

Она все еще переживала это. Прямо сейчас. Ее разум отказывался принять факт их спасения, зациклившись на том, как все могло бы произойти. И вместе с этим пришло горькое, беспощадное понимание: их побег, их успешная миссия за бензином — все это было отсрочкой. Не решением. Орда никуда не делась. Она была там, на поверхности. И она доказала, что никакие стены, кроме, возможно, этих подземных бетонных катакомб, не могут остановить ее.

Она медленно выдохнула, заставляя легкие работать. Заставляя себя вернуться в настоящее. Они были здесь. Живые. Все. Это был единственный факт, который имел значение в эту секунду. Все остальное — боль, горечь, страх перед будущим — приходилось отложить. Запереть глубоко внутри.

— Было ясно, что никакие стены нас не спасут, — Сет тяжело вздохнул, его пальцы бессознательно сжимали край стола. — И мы приняли решение уезжать. У нас было несколько часов на сборы. Мы начали грузить в грузовики наши запасы. Сначала всё из особняка, потом — с фермы...

Он замолчал, и в его глазах мелькнула тень той спешки, того адреналина и отчаяния.

— Даже несколько коз и кроликов удалось спасти. Не всех, конечно...

Нева удивленно посмотрела на Сета, ее брови поползли вверх.

— И где они сейчас?

— Наверху, — ответил он, жестом показав куда-то наверх, за стены подземного убежища. — Там несколько комнат оборудовали под временные загоны... Но чем мы их будем кормить зимой? Да и в кабинетах, среди аппаратуры, им не место.

Все замолчали. В воздухе повисло тягостное, неловкое молчание. Каждый в глубине души понимал полнейшую абсурдность происходящего — они, борясь за собственную жизнь, тащили с собой в бетонную нору живность, требующую ухода и корма. Но в то же время все понимали и другое — эти животные кормили их все это время, давали молоко, мясо, хоть какое-то подобие нормальной жизни. Это была не просто скотина, а часть их крошечного, хрупкого мира, который они пытались сохранить.

И тут Эд, до этого молча наблюдавший за разговором, поднял голову. Его спокойный, уверенный голос разрезал тягостную паузу.

— У меня есть идея. Что если мы переправим их на остров к Оскару?

Все взгляды устремились на него.

— Там есть постройки, есть где держать животных. И это юг, — Эд посмотрел на окружающих, его глаза выдавали проблеск давно забытой надежды. — Там снега не бывает. На острове травы много, особенно после дождей. Они смогут пастись почти круглый год.

Предложение повисло в воздухе на секунду, а затем комната взорвалась одобрительными возгласами.

— Это отличная идея!

—Эд, ты гений! Снова разведем стадо, как и раньше!

—Да, это же хорошее решение!

Напряжение, висевшее в воздухе, будто вытянули пробкой. Абсурдная проблема внезапно нашла свое изящное решение, и в глазах у людей, только что переживших крушение своего мира, снова зажегся огонек. Огонек не просто выживания, а возможности хоть что-то построить заново. Эда хлопали по плечу, благодарили. Впервые за этот долгий вечер в