Обратный отсчет - Токацин

«Значит, месяц…» — он, достав из реактора контейнер для облучаемых образцов, сложил внутрь подвернувшиеся плёнки — из жёлтого гзеша, из зелёного, с высоким и низким содержанием спиральных молекул. «Да я и сам собирался провести такие испытания. И насчёт восьмидесяти процентов Гварза говорит дело. Но почему так бесит-то⁈»

Полог снова приподнялся — в шатёр осторожно заглянул Вепуат. Гедимин, выглянув из-под защитного поля, попытался изобразить улыбку и закрыл корпус реактора. «Запуск… ну вот, пусть работает.»

— Что у вас тут было? — спросил разведчик, присаживаясь на ближайший стул. — Гварза, выходя, чуть ли не зубами скрипел!

На плече Вепуата ворочался, пытаясь закинуть хвост на другое плечо, «трилобит» с наполовину втянутыми крыльями. Одного не хватало — вместо него была короткая культя.

— У Гварзы не получились микропроцессоры, — буркнул Гедимин, складывая в ящик мифриловые кольца и ипроновые стержни — ещё на месяц, до новых испытаний. — И он срывается на моих механизмах. Ты не рано вытащил Подранка? Ему уже можно тренироваться?

— А, — Вепуат переложил хвост «трилобита» себе на спину и потянул его за голову, чтобы она немного перевесила. — Спокойно он всё равно не сидит. Будет ползать и порхать без присмотра, покалечится. Вот, повязку содрал… А что с механизмами? Ты свою штуку для ангара уже собрал? Может, отнесём её на место, пока Гварза не докопался?

…Гедимин опустил рычаг и услышал перестук деревянных створок — по всему ангару вдоль двойных складчатых стен закрывались и открывались лючки-воздуховоды. Потянуло сквозняком. Выждав десяток секунд, Гедимин поднял рычаг. Вдоль ангара снова зашелестело и застучало, и ветерок утих.

— Вепуат, готов? — громко спросил он. Разведчик высунулся из складского помещения и помахал хвостом «трилобита» — Подранок всё никак не мог устроиться на плече и теперь развернулся задом наперёд.

Гедимин опустил второй рычаг. Едва затих перестук маленьких крышек, с шелестом вошли в пазы массивные дверные створки из прокалённой древесины. Сармат сделал для них уплотнители из прочного красного гзеша; теперь они не громыхали при закрывании — только протяжно шуршали.

«Здесь плюс пятнадцать,» — сармат покосился на термодатчики, выждал ещё пару минут и поднял рычаг.

— Плюс десять! — доложил Вепуат, быстро выбираясь за дверь. Подранок лежал на его руках, полусвёрнутый, втянув нежные крылья и не подавая признаков жизни.

«Терпимо…» — сармат перевёл рычаг в режим проветривания. «Не хватает цистерны с холодной водой. К следующему ливню можно будет притащить… Хотя — проще выгонять аборигенов в их посёлки. Всё равно во время нергета никакой работы не будет.»

— Куда⁈ Сиди, рану запачкаешь! — донеслось из-за ангара, и Гедимин скупо улыбнулся. «Отогрелся… Вепуату надо какую-то накладку на скафандр — животные уже не помещаются.»

38 день Пустоты, месяц Металла. Равнина, Сфен Земли, долина Элид

— И ничего не радиоактивно, — пробубнил Вепуат, под неодобрительным взглядом Гедимина снимая скафандр. Он оставил в предбаннике одежду и влез под тёплый душ. Гедимин, покосившись на дозиметр, поморщился, но промолчал и только включил напор посильнее, чтобы его скафандр поскорее затопило изнутри. Мимо, расплёскивая воду и хлопая по стенам хвостами, проносились мокрые «трилобиты». Сокол и Чужак метались под потолком, Подранок на полувыпущенных крыльях прыгал за ними по полу — чуть медленнее, но довольно бодро. Он уже пробовал подлётывать, но что-то ему сильно мешало.

— Заваливается набок, — заметил Гедимин, наблюдая за скачущим «трилобитом». — Может, ему протез приклеить?

— Думать надо, — пробормотал Вепуат, обеспокоенно глядя на Подранка. — Он ещё не вполне окреп. Посмотрим через пару дней. В конце концов, у него много крыльев, не одна пара, — как-то они должны компенсироваться…

…Из-под приподнятого полога лабораторного шатра сочился зелёный свет, пересекаемый шевелящимися тенями — в палатке кто-то возился. Заглянув, Гедимин увидел, как Таркасан наливает в ведро шевелящуюся Би-плазму. Оставив до краёв пару сантиметров, он прихлопнул жижу крышкой и защёлкнул фиксаторы. В крышку глухо застучало — подогретая, активная Би-плазма расползалась во все стороны, натыкаясь на препятствия.

— Облучить? — Гедимин кивнул на сфалт за плечом — «Одного твэла на ведро хватит…» Таркасан проследил за его взглядом, и его передёрнуло.

— Айзек сказал — неси, как есть, — буркнул он, поднимая ведро. Из закупоренного бака не доносилось ни звука, только луч сигма-сканера, пройдя сквозь стенки, показал, что контейнер заполнен наполовину, и недавно кто-то менял кассету с субстратом. Би-плазма в тепле росла быстро, и Гедимин задумался о погружном охладителе — рано или поздно бак переполнится, и кто будет всё это есть?..

Филк вышел. Гедимин придвинул ближе бочонок с «вечным льдом» и задумчиво на него посмотрел. «Ледышку надо подогревать куском кейека. Но от него и Би-плазма подогреется. Поместить кейек в верхней части, ледышку — в нижней, трубку сделать полой… Из рэссены выковать? Би-плазма ест рэссену? Надо спросить у Айзека…»

— Мастер Дим-мин, — под полог просунулся костяной посох. Сармат вопросительно хмыкнул.

— Говорят, твоя огнелёдная машина до сих пор работает, — в шатёр, пригнувшись, вошёл Гор. — А я не нашёл её в долине… А, вот где она.

— Не лезь к машине, — дежурно предупредил Гедимин, вставая между механизмом и стражем. «Какой-то он сегодня не такой…» — мелькнуло в голове, когда сармат разглядел Гора чуть лучше. Его посох, обычно сияющий белым даже при дневном свете, сильно потускнел и «горел» сегментами; хитиновые щитки гигантского богомола были покрыты пятнами сажи и чего-то рыжеватого, маслянистого, сильно напомнившего Гедимину сагатскую кровь.

— Просто любопытство, — сухо щёлкнул жвалами Гор, выпрямляясь во весь рост. Одну из конечностей с лезвиями он держал как-то неуверенно. Лезвия были чистыми — даже нарочито, будто их только что отскоблили.

— Разреши мне искупаться, — попросил страж, слегка наклонив голову и разведя лезвия в стороны. — Говорят, в твоей купальне вода всегда тепла и приятна.

Гедимин мигнул.

— Да, иди, там ещё осталось, — сказал он, вспоминая, какой температуры была вода в горячей цистерне, когда он уходил из душевой. — Ты не ранен? Может, Вепуата позвать? Он немного разбирается…

Гор свёл лезвия на груди.

— Не стоит беспокойства, мастер Дим-мин. Мне нужна только вода. А проклятым всеми богами нергонам никакой лекарь уже не поможет.

Гедимин невольно поёжился.

— На тебя напали? — он вышел из шатра вслед за Гором, напряжённо прислушиваясь к ночным звукам. В лагере было тихо — даже «трилобиты» молчали, и их никто не окликал из-за холмов.