Обратный отсчет - Токацин

Антенны Райвига снова заколыхались, и Гедимин просунул вторую руку под защитное поле. Существо впервые рванулось, втянуло голову в плечи и попыталось вывернуться. Гедимин хмыкнул.

— А если я их оторву?

Антенны он достать не успел — пока тянулся к вырывающемуся Райвигу, за шатрами сверкнул полупогасший посох. Скогны расступились, пропуская стража, и Гедимин облегчённо вздохнул, крепче вцепился в длинную шерсть Райвига и в очередной раз его встряхнул.

— Гор, сюда! У меня Райвиг, и он фонит, все Скогны рехнулись!

В полумраке громко щёлкнули жвалы. Страж, замерев в пяти метрах от Гедимина, вскинул посох и всадил на полметра в землю. Тусклая палка покрылась световыми пятнами, и сармата накрыло сияющей волной. Защитное поле растворилось. Скогны взвыли, хватаясь за копья. Райвиг рванулся с неожиданной силой, оставив в руке Гедимина клок шерсти, бросился к обрыву — и с горловым клёкотом выгнулся назад, пронзённый двумя копьями.

Гор остановился рядом с ошеломлённым Гедимином и опёрся на погасший посох, бесстрастно глядя на Скогнов. Они уже волокли к лагерю мёртвого Райвига, по пути выдёргивая копья и радостно вереща. Ещё пара секунд — и над стоянкой аборигенов вспыхнули жаровни, а Гедимин услышал пронзительный визг десятков глоток. Он уткнулся взглядом в гравий с маслянистыми пятнами и судорожно сглотнул. «Взял, называется, „языка“…»

— Моё почтение, мастер Дим-мин, — услышал он ровный голос стража и тихие щелчки жвал. Гор повернулся к нему и низко наклонил голову, прижимая все верхние конечности к груди. Его костяной посох не только утратил свечение, но и его поверхность, казалось, потемнела и как-то ссохлась. «Совсем разрядился,» — промелькнуло в голове Гедимина.

— Как ты справился с Райвигом? — спросил Гор. — Даже мои глаза меня в первый миг обманули. Если бы не твой крик…

Гедимин поморщился.

— Скафандр, — он притронулся к шлему. — Защищает от излучения. Райвиг об этом, похоже, не знал. Пытался меня облучить. А когда сообразил — было поздно… Его поторопились убивать. Можно было расспросить…

Гор щёлкнул жвалами.

— Ты недавно на Равнине, мастер Дим-мин. Ты очень умён, но знаешь мало. Никто ещё не добился правды от Райвига. Лишняя трата сил на этих существ. Иди в купальню, омой свою броню. И… тебе нужна эта шерсть?

Гедимин, ошалело мигнув, протянул ему руку. Часть волокнистого меха уже высыпалась на землю. Гор поддел волокна посохом и сгрёб их крючковатой клешнёй, стараясь не выронить ни одного.

— Лучше сжечь, — пробормотал он, отходя от Гедимина, и снова защёлкал жвалами. Сармат ещё несколько секунд слышал эти звуки в притихшем лагере. В голове гудело. «Дикая планета,» — он брезгливо поморщился, глядя на тёмные пятна на гравии. «Что те дикари, что эти. Надо проверить ангар — вдруг его заминировали…»

…В утреннем свете над полевыми кухнями — на равном расстоянии между волокушами Броннов и Скогнов, будто по линейке отмеренном — поднимался высокий костяной шест. К нему прикрутили две перекладины; на них висела распяленная кожа Райвига, а на самом верху, на шесте, торчала, свесив переломанные антенны, его голова. Её развернули мордой к степи, но Гедимина всё равно передёргивало, когда он поднимал к ней взгляд.

— Мн-даа… — промычал Вепуат. Он, обвешенный со всех сторон «трилобитами», вслед за Гедимином вышел на окраину, бросил взгляд на новое «украшение» и тут же уткнулся в смарт.

— Это же разумное существо было… — Гедимин в очередной раз посмотрел на растянутую шкуру, скривился и отвёл взгляд. Вепуат внезапно дёрнулся, отчего-то сильно смутился и прикрыл ладонью экран.

— М-да. У них тут… своеобразные традиции, — пробормотал он, борясь с одолевающим смущением, пока Гедимин озадаченно на него смотрел. — Ремонтник, ты это… если поймаешь ещё кого-нибудь интересного, местным не говори. Позови меня или Айзека. По рации ска… А, ядро Сатурна! Тут ведь связь не работает.

— Я могу посигналить сигма-лучом, — предложил Гедимин, отворачиваясь от «украшения» над волокушами. — Какой-нибудь несложный сигнал.

Он оглянулся на долину, скрытую за краем плато, — где-то там стоял ангар будущего цеха, и лежал разобранный подъёмник.

— Подозреваю, пригодится…

…Кеззий-серебрянный сплав, подобно ипроновой фольге, экранировал катушку с боков; Гедимин пока не знал, с чем это связано, — он вообще немного ещё знал о местном «магнетизме». Вот и сейчас он задумчиво смотрел на повисший в воздухе бочонок. Внутри осталась пригоршня осколков «вечного льда», ещё один, покрупнее, сармат закрепил в самой катушке. Теперь бочонок висел рядом со столом, намертво приклеившись к «магниту».

«Любопытно. Через слой древесины магнит пробивает. А через слой кейека — нет…» — Гедимин убрал «ледышку» из катушки, поймал падающий бочонок и вставил между витков фрагмент кейека. Бочонок не шелохнулся.

«Через слой льда не чует. А если перевернуть…» — сармат поставил ёмкость другой крышкой кверху, и она взлетела на полметра и прилипла к катушке. «Любопытно. Экранируют они друг друга, что ли…»

Полог качнулся. Рядом с шатром захрустел хитин, потом под «дверь» просунулся костяной посох.

— Мастер Дим-мин, могу я тебя потревожить?

Гедимин удивлённо мигнул.

— Заходи, — он накрыл осколок «вечного льда» защитным полем. «Чего ему вдруг понадобилось? Палку чинить?»

— Лёд… — гигантский богомол, едва распрямившись, громко щёлкнул жвалами. — Я почуял холодный ветер у твоего шатра. Ты снова неосторожен, мастер Дим-мин.

Гедимин недовольно сощурился.

— Ты из-за этого пришёл? У меня опыты со льдом. Скоро закончу. Сильно не похолодает.

Гор качнул лапами-лезвиями, осторожно прижимая их к хитиновым бокам. Гедимин смотрел на это природное оружие и думал, что навряд ли биологический вид стража отличается миролюбием… и не сродни ли он той саранче, которая сожрала леса вокруг Ураниум-Сити?

— Я пришёл попросить льда, — сказал Гор, прижимая крючковатые лапы к груди. — Только пару крупиц — и осколок кейека, чтобы не дать им воли.

Гедимин мигнул.

— Ночью же, с первой оказией, я его тебе верну, — пообещал Гор, выкладывая на стол кожаный мешок, крепко перетянутый верёвкой. Внутри что-то хлюпнуло.

— Держи, — Гедимин придвинул к нему кювету с двумя крупными камешками, разложенными на разных краях. — Мешок не прожжёт?

— Не беспокойся, — Гор быстро обернул раскалённый камень какими-то обрывками, сунул в мешок и тут же затолкал внутрь — уже без обёрток — кусок «вечного льда». Несколько секунд он держал лапу над сумкой, потом заметил что-то и расслабленно опустил лезвия.

— Моя благодарность,