Обратный отсчет - Токацин

и Гедимин, проходя мимо лаборатории, видел, как свисают с крыши их хвосты. По пути к шатру он встал в проёме, за которым виднелась башня-маяк — она ещё светилась, никто не убрал фонари и рассыпанный кейек. Там тоже было тихо, никто не возился на ступенях и не слетался роем к оставленной еде.

«Прибрались, что ли?» — Гедимин направил на башню луч сигма-сканера. «Или за ночь падальщики всё подобрали?»

Сканер не показывал никакой ксенофауны, да и ксеноорганики на ступенях не было — снизу всё было чисто, чуть выше стояли пустые чашки с сухими стенками. Гедимин озадаченно хмыкнул. «Действительно, пищу прибрали. Странно, что посуду бросили. Ритуал какой-то, что ли…»

Вепуат тоже спал — Гедимин просканировал его шатёр и увидел полки, увешанные спящими «трилобитами», и сармата, свернувшегося среди подстилок, как в гнезде. Рядом лежали два отключенных дрона.

«Зря он их тут бросил,» — недовольно сощурился Гедимин, проходя мимо. «Лучше бы оставил в бронеходе, под экранами. Отрастят они тут щупальца…»

На лабораторном столе в шатре стояла плошка с ягодами курруи. Гедимин, еле слышно хмыкнув, проверил столешницу, ящики, а потом и поршневую машину, — пыли не было нигде, как будто уборщики только что вышли. «Не хуже, чем роботы,» — снова хмыкнул сармат, устраиваясь за столом и раскладывая чертежи. «Так, на чём я вчера закончил? Системы управления. Не нравятся они мне…»

Под пологом что-то зашуршало, потом в шатёр пролезла мордочка нхельви. Гедимин оглянулся на зверька — тот тут же исчез, а в проём, приподняв край полога, просунулся Бронн. Быстро оглянувшись, он шагнул к столу. За ним в шатёр юркнули ещё трое. Каждый поклонился, и все остановились у входа, с опаской глядя на Гедимина. Сармат мигнул.

— Чего? — спросил он. Бронны быстро переглянулись, и один из них подошёл ближе и заговорил — торопливо, приглушённо и совершенно непонятно. Каждые несколько секунд подавали голос другие аборигены, но и их понять было невозможно.

«Кажется, они о чём-то просят,» — думал Гедимин, озадаченно глядя на Броннов. «Никакой аварии не было, но что-то им нужно. Придётся будить Вепуата…»

Он поднялся на ноги, и аборигены, замолчав, отступили к пологу.

— Ничего не понимаю, — вздохнул сармат. — Идём к Вепуату.

Услышав имя разведчика, Бронны слегка оживились, запищали и выбрались из шатра. Кто-то даже придержал для Гедимина полог.

— Ядро Сатурна! — Вепуат уже не спал, сидел среди подстилок и пил воду, но от света фонаря в лицо вздрогнул и прикрылся ладонью. Гедимин виновато сощурился.

— Надо приделать к этой штуке отражатель. Светит во все стороны…

— Ага… уэ-э-эх… — Вепуат протяжно зевнул и убрал фляжку. На полках завозились разбуженные «трилобиты». Бронны, притихшие было у двери, недовольно запищали. Вепуат повернулся на звук и удивлённо хмыкнул.

— Они с тобой, что ли?

Гедимин пожал плечами.

— Пришли, чего-то просят. Переведи!

Бронны, услышав вопрос на знакомом языке, зашевелились, заверещали почти в полную громкость, то и дело спохватываясь и прикрывая пасть ладонями — и снова срываясь на визг. Вепуат мигнул.

— Ага, понятно… — он повернулся к Гедимину. — Они слышали, что у тебя есть частица силы Пламени. Просят тебя усилить их амулеты.

Гедимин мигнул.

— Что?

Бронны уже рылись в карманах и отстёгивали от пояса мешочки. Перед сарматом появились камешки, косточки и фигурки из дерева, пучки шнурков и даже что-то вроде стеклянных бус. Он снова мигнул.

— Что я со всей этой ерундой должен сделать?

— Усилить Пламенем, — Вепуат пожал плечами. — Так я понял. Они слышали, что ты вернул так силу посоху стража. Они обычно со своими амулетами обращаются к стражам, но если твоя частица Пламени сильнее, чем их посохи, она даст амулетам больше силы… Чего ты смотришь? Перевожу, как могу!

— Да я вижу, что переводишь… — пробормотал Гедимин, глядя то на связки камешков и потемневшие кости, то на сфалт за своим плечом. «Вернул силу посоху… Ну да, было дело. Но там был особый материал, и под излучением… Hasu! Я же не могу засунуть в реактор весь этот хлам!»

— Я не умею ничего усиливать, — сказал он, угрюмо щурясь. — А эти штуки никак не усилишь. Это же просто цацки!

Вепуат развёл руками.

— Они очень просят, ремонтник. Что там ты сделал с посохом стража? Сунул в реактор? Ну, и эти штуки сунь туда же. Вдруг поможет.

Гедимин сердито фыркнул.

— Ты понимаешь, что говоришь? Они эти камешки носят на себе. Какой реактор, они от облучения сдохнут…

Вепуат протянул руку, и ближайший Бронн после недолгой заминки положил камни на шнурках ему на ладонь.

— Да тут вроде нечему засвечиваться… — пробормотал разведчик, разглядывая обломки. — На металлические руды непохоже… Посмотри сам на сканере, сюда наведёнка налипнет или нет?

Сканер показывал незнакомые элементы в составе — эти камешки явно принесли сюда издалека, из местности с другим геологическим строением… и кое-где был даже ирренций — разрозненные атомы, доли промилле… Гедимин смотрел на экран в растерянности. «Совать в реактор личные вещи…» — его передёрнуло. «Ради дурацких выдумок… С другой стороны — тут уже есть ирренций, хуже не будет…»

— Ладно, — буркнул он, стараясь не смотреть на Броннов. — Скажи — пусть кладут сюда все свои… амулеты. Я их соберу и пойду заряжать.

Аборигены переглянулись и снова запищали. Кто-то достал плетёный из ремешков кошель, и его быстро наполнили камешками, косточками и деревяшками.

— Они очень благодарны, — сказал Вепуат, слегка нахмурившись. — Гедимин, ну, ты… Осторожнее с дозой, ладно?

Сармат поморщился, резким движением взял кошель и выбрался из шатра, едва не своротив опоры. Ему было не по себе. «С чего они взяли, что можно зарядить любую вещь? Посох стража — Куэннская штука, сам себе аккумулятор. А тут где аккумуляторы?»

Высыпав на стол содержимое кошеля, Гедимин ещё раз его просканировал — может, он чего-то не разглядел, и там всё-таки есть «омикрон-батарейки»?

«Ничего. Камень, дерево, кость…» — сармат тяжело вздохнул и покосился на сфалт. «Наведённая радиация… Сдохнут же из-за своих дикарских поверий. Нет. Пойду верну им цацки. Скажу, что зарядил. Всё равно не смогут проверить. А так — хотя бы не облучатся.»

— Вот, — буркнул он, зайдя в шатёр Вепуата. Бронны, притихшие было в темноте, при появлении источника света снова оживились. Гедимин высыпал на контейнер из-под «трилобита» все цацки и, развернувшись, направился к лаборатории. «Чем только