Обратный отсчет - Токацин

— проворчал Гедимин, чувствуя себя немного неловко — разогнать последних рабочих он не хотел. — И спроси, могут ли они работать. Нужны двое, чтобы копать, и двое — месить тектон. Закончится камень — пусть тоже копают. А я пока соберу подъёмник…

Когда он вернулся с подъёмной машиной, в долине было тихо. Двое Текк’тов, отодвинув крышку шахты, рылись внизу, двое мяли камень, свившись вокруг него плотными клубками, Бронны снова застучали молотками, и Нурру больше не стояла в дверном проёме.

— Текк’ты сказали, что все их сородичи на Равнине вчера говорили о твоей стройке, — сообщил Вепуат, придерживая каменную балку, пока Гедимин закреплял опору. — Теперь все о ней слышали.

Гедимин хмыкнул.

— Это хорошо или плохо?

Вепуат пожал плечами.

— Посмотрим… А что ты филка не позвал? Сразу бы посадил на подъёмник…

— Если бы я ещё знал, где они, — Гедимин недовольно сощурился. — В лагере никого нет, одни аборигены.

Вепуат мигнул.

— Странно. А бронеход на месте? Проверь там — может, совещание устроили… А я посижу на подъёмнике.

— Осторожнее тут, — Гедимин неприязненно покосился на соседний холм, изрезанный разломами. «Заминировать их, что ли? Никто дружелюбный оттуда всё равно не придёт…»

…Выйдя из шлюзовой камеры, сармат открыл было рот — и остановился на пороге, растерянно глядя на отсек. За его столом стоял филк и увлечённо копался в реактивах, выгребая запасы сеша и сушёной слизи. Другой взвешивал найденное, то и дело сверяясь с передатчиком, и недовольно хмыкал. Посреди отсека под защитным полем, упирающимся в вытяжку, стояла защищённая от света установка — в ней в потоке ксенофтора горели рэссеновые опилки. «Наработка красного ксенофторида?» — Гедимин изумлённо мигнул. «Мать моя колба…»

— Не хватает! — громко сказал филк с весами. Тот, кто копался в чужом столе, выпрямился и сердито фыркнул.

— А я что сделаю⁈

— Ищи лучше! — заявил первый. — Где-то у него должно быть ещё, ему много привозили.

Гедимин увидел у его локтя контейнер с пометкой на крышке — «XliXf» — основные запасы неиспользованного жёлтого ксенофторида хранились там. Светозащищённая установка загудела — давление в ней неуклонно росло. Третий филк, охнув, вынырнул из-за стола Вепуата и бросился к ней.

— Осторожно, — заметил с порога Айзек, спокойно наблюдающий за отсеком. — Если вы её взорвёте, Гедимин сильно обидится.

Гедимин сердито фыркнул, выходя из-за мутного купола. Айзек, не изменившись в лице, приветливо помахал ему и снова повернулся к филкам.

— Нашёл! — донеслось из-за стола ремонтника. Филк вынул из ящика длинный контейнер с измельчённой сухой слизью и грохнул им об стол.

— Потише! — Гедимин хотел ткнуть его кулаком в плечо, но ограничился тычком пальца. Филк, схватившись за «повреждённое» место, шарахнулся к стене и испуганно замигал.

— Ну-ну, — укоризненно сказал Айзек, не двигаясь с места. — Они уже знают, что это вещество не взрывоопасно.

Гедимин фыркнул.

— Откуда⁈ Я не знаю ничего про эту дрянь, а они вдруг знают… Что вы тут вообще делаете?

— Гзеш, — коротко ответил Айзек. — Решили тебя не отвлекать. Дело, в общем-то, несложное. Выкройка на скафандр у нас сохранилась, жидкостную сварку они худо-бедно освоили…

Гедимин мигнул.

— Чего?.. На кой вам скафандр? — вопросов было много, но начать сармат решил с этого.

— Ещё пять, — безмятежно поправил его Айзек. — Для новых поселенцев. Наша колония растёт. Будет больше добровольцев для помощи тебе… Ты не волнуйся, мы их тут снарядим. Технологии уже освоены. Ты лучше подумай вот о чём. Шатры — это хорошо. Но пора бы построить барак.

— Барак? — переспросил Гедимин, растерянно глядя на него. «Как тут всё у них… быстро происходит. И главное — внезапно…»

— Для начала — небольшой, мест на пятьдесят, — как ни в чём не бывало, продолжал Айзек. — Маккензи думает перекидывать сарматов сюда понемногу, малыми партиями, чтоб снаружи не заметили. Когда прибудут последние, у тебя, наверное, уже будет готов жилой корпус под землёй. Так что очень большой барак можешь не строить. Пятьдесят жилых ячеек, пищеблок, терморегуляция… Душевая пусть стоит где стояла — тебе, наверное, сложно будет перестраивать крышу…

— Мать моя пробирка, — еле слышно пробормотал Гедимин, пытаясь на ходу подсчитать объём работ. — Пятьдесят ячеек… Маккензи не может придержать своих сарматов, пока жилой корпус не готов?

Айзек покачал головой.

— Если двести сарматов пропадут в один день — будет очень подозрительно. А вот по десятку в месяц из разных гетто — ещё куда ни шло.

— В шатры их селите, — Гедимин недовольно сощурился. — Нас же поселили. И лаборатории в шатрах. И ничего.

Айзек невесело усмехнулся.

— Гедимин, ты пока подумай, посоветуйся с Текк’тами… Чертёж у тебя где-то был… Кириг, температура!

Филк, охнув, снова подбежал к гудящей установке. Её металлические части уже отчётливо светились красноватым. Гедимин сердито фыркнул.

— Айзек, у тебя есть свободный филк? Нужен кто-то к подъёмнику.

«Теперь сюда притащат ещё пятерых,» — думал Гедимин, вместе с филком по имени Дасьен быстро возвращаясь к шахте. «А потом и пять десятков. А работать по-прежнему будет некому.»

…Вепуат, обвешанный «трилобитами», стоял у погасшего маяка, задумчиво на него щурился и временами посматривал на дозиметр. Гедимин покосился на свой прибор — вспышку «сигмы», даже на другом краю лагеря, трудно было бы не заметить. «Всё тихо, фон в норме… А чего Скогны верещат?»

Верещали именно Скогны — даже Гедимин уже научился по голосам отличать их от Броннов. Броннская полевая кухня была частично разобрана, и с её печами возились светлокожие аборигены; немногие темнокожие, не обращая внимания на повозку и кухонную утварь, разгребали и ровняли гравий чуть в стороне от бочки с водой. В паре шагов от заглублённой площадки стоял на ребре глубоко вкопанный каменный диск — одна из заготовок, притащенных из «ободранной» долины. Появился он тут недавно — Гедимин не помнил в окрестностях кухонь ничего подобного.

— Чего они? — спросил он у задумчивого Вепуата, кивнув на Скогнов. Сперва он испугался, что они напали на Броннов и разграбили повозки, но нет — всё было расставлено в прежнем порядке, и Скогны мирно занимались готовкой, только почему-то на всех печах — и на своих, и на броннских.

— А? — Вепуат не сразу отвлёкся от показаний дозиметра. — А, эти… Недовольны двойной работой. Бронны не готовят, приходится им…

— Почему