Лыжня Антикайнена. Снова в СССР - Алексей Почтарёв

пассажирских вагонов. На рельсах стояли два пассажирских поезда, один был должен отправиться на Петрозаводск, другой — на Ленинград. Вагон номер пять, в который как я заметил еще на станции Лендеры сел человек в фиолетовой футболке, уже стоял под своим номером в составе Ленинградского поезда.

Когда Вениамин приходил к деду у него была тетрадка с компроматом на леспромхозовское начальство, возможно она сохранилась в вещах учетчика.

Я поднялся по крутым металлическим ступенькам и вошел в плацкартный вагон. Он был практически пуст, большинство пассажиров гуляли где-то на улице. Навстречу попался крупный мужчина в синем спортивном костюме, он шел так быстро, что мне пришлось отскочить в пустое купе, иначе он бы просто снес меня. Я заметил из какого купе этот мужчина вышел. На боковом сиденье сидела пожилая женщина, перед ней на столе стоял стакан с чаем, на обрывке газеты лежал бутерброд с колбасой и разрезанный на две половинки свежий огурец, посоленный крупной солью.

— Вы не видели, в каком купе ехал мужчина в фиолетовой футболке?

— А тебе зачем? — спросила бабушка, недовольно глядя на меня.

— Он просил принести одну вещь…

— Вон в том вроде, — ответила она равнодушно, взяла со стола бутерброд и откусила большой кусок отвернувшись к окну.

Я прошел в указанное купе. Именно из него вышел тот мужчина в спортивном костюме, что чуть не сбил меня в проходе вагона. В купе других пассажиров не было, спросить где вещи погибшего учетчика было не у кого. Да и если встретившийся мне мужчина в спортивном костюме был убийцей, то наверняка он забрал все, что ему было нужно.

Я попытался сосредоточиться, как это делал на сеансе гипноза в клубе и почувствовать тетрадь учетчика, но у меня ничего не получилось. То ли тетради действительно не было, то ли мои фантастические таланты проявлялись только в клубе под воздействием гипнотизера.

Когда бежал в этот вагон, я как-то не задумывался, что я не взрослый облаченный властью человек, а всего лишь семилетний пацан. Не мое дело ловить убийц и казнокрадов, для этого есть, как тут говорят, компетентные органы. В общем повел себя не как взрослый человек, а как глупый малолетний ребенок.

С этими мыслями я вышел из вагона. На улице стемнело, на станции включили свет, а пассажиры стали возвращаться в вагоны. Через полчаса наш поезд отправится в путь.

— Ты куда делся? — спросил дедушка, стоявший возле нашего вагона. — Я уже два раза всю станцию обошел, тебя нигде нет.

— Да, так, — я махнул рукой, не хотелось рассказывать, что я зачем-то побежал в вагон, в котором ехал учетчик Вениамин.

— Убийцу что ли искал? — догадался дед. — Не переживай, приедем в Петрозаводск, я кое с кем встречусь, расскажу об этом случае.

— С кем, кое с кем? — спросил я.

— В партизанском отряде у меня был хороший товарищ, вместе с ним мы прошли и огонь, и воду. Сейчас он в КГБ, занимает немалый пост. Поговорю с ним. Всякие дела с Финляндией — это по их ведомству. Если это действительно убийство — они точно разберутся.

— Понятно, — ответил я. Действительно, чего это я, такими расследованиями должны заниматься не семилетние мальчики и не учителя истории, а профессионалы своего дела.

— Пойдем в вагон, — сказал дед, — скоро уже поедем.

И мы вернулись в вагон.

Когда стало совсем темно наконец-то наш поезд сдвинулся с места. Я лежал на верхней полке, слушал перестук вагонных колес на рельсовых стыках и думал о том, что меня ждет в переди.

Глава 7. Знакомство с родителями

«В прошлом году в Петрозаводске был организован первый жилищно-строительный кооператив „Дружба“. Через семь месяцев чрез все пять этажей взметнулся светлый, насквозь пронизанный солнцем кооперативный дом. 47 новоселов стали получать газеты, письма и журналы по новому адресу: пр. Ленина, 52-а».

Газета «Ленинская правда» от 19 июля 1964 года.

— Орзегу проехали, — сказал дедушка, — сейчас будет птицефабрика, а там уже и Петрозаводск пойдет.

Мы сидели одетые и готовые к выходу из вагона. Подняли нас рано, когда большинство пассажиров еще спало, нужно было сходить в туалет, пока там свободно. Прозеваешь, придется стоять долгую очередь, а перед городом проводник закроет туалеты на ключ. Кто не успел, тот опоздал — терпи до дома. Про биотуалеты тут пока никто ничего не слышал.

Чай тоже уже попили, постельное белье сложили, и дедушка отнес его к купе проводников.

Проводница, мощная тетка в форменной одежде периодически проходит по вагону, поднимает тех, кто еще не встал, требует сдать постельное белье.

— Не забудьте сдать полотенца, — напоминает она безалаберным пассажирам. Туалеты сразу после Орзеги она закрыла и несколько пассажиров с недовольными лицами, кто не успел, прошли мимо нас на свои места.

— Соскучились по папе с мамой? — спросила нас с Татьяной бабушка с улыбкой на лице. — Ничего, скоро дома будете.

— Я бы еще у вас погостила, — заявила Татьяна, — в городе сейчас скучно.

— Так ваша мама решила — в начале августа привезти вас домой, — ответила бабушка.

— Мне в школе еще летнюю практику нужно отрабатывать, — погрустнела сестра.

— Сашу к школе нужно подготовить, — сказала бабушка, — канцелярские принадлежности я для вас захватила, а вот остальное нужно покупать. Да и у нас с дедушкой в городе есть дела. Семью Сергея нужно навестить. Давно с ним не виделись.

Сергей — старший брат нашей мамы тоже в Петрозаводске. Офицер Петрозаводского гарнизона. Живет с семьей в коммунальной квартире. У него один ребенок — сын, на два года старше Татьяны.

Вчера, после происшествия на станции Суккозеро долго не мог уснуть. Все думал, как меня встретят родители Саши и Тани. Отец может и не заметить изменения, произошедшие с его сыном. Мужчины больше сосредоточены на работе, на каких-то своих увлечениях, мало обращают внимания на маленьких детей. Женщины более внимательны, замечают малейшие изменения в поведении своих отпрысков. Тем более, что Инга, мама Саши, до этой поездки к дедушке с бабушкой очень много времени проводила с ребенком. Со слов Татьяны брат с раннего детства был мальчик болезненный, капризный, постоянно требовал к себе внимание. Как мать отнесется к изменениям в поведении сына? Поймет, что я другой человек? Смирится с этим? Пока одни вопросы, ответа на них нет. А вопросы непростые, от ответа на них зависит вся моя дальнейшая жизнь.

Было бы мне шестнадцать лет (здесь в шестнадцать лет выдают паспорт) уехал бы учиться в другой город, жил бы в общежитии, устроился на работу. В семь лет ребенок